— Мы обязательно должны попасть в собор, а потом давайте отправимся на мальтийский пляж, — предложила Шарлотта.
— А я не приписан ни к каким экскурсиям, — заявил Мэтт. — Поэтому с удовольствием поваляюсь возле бассейна.
— Мэтт, не говори глупостей, — сказала Шарлотта. — Мы же в Европе. Нельзя все время торчать на корабле.
— Не хочу никаких экскурсий, хочу отдохнуть, — резко парировал Мэтт.
Шарлотта обиженно опустила голову. Реган прикусила губу, но промолчала. Корд, чувствуя, как закипает, столкнулся взглядом с Реган. В ее глазах стояла немая мольба.
— Я сейчас вернусь, — еле сдерживаясь, сказал Корд.
В экскурсионном бюро выстроилась длинная очередь, но наконец Корд нашел через телефон небольшого местного оператора Кико из Валетты и заказал экскурсию «Чудеса Мальты», рассчитанную на полдня. Он сразу же оплатил все собственной картой. Прежде чем вернуться в «Шеллз», он присел на оранжевый стул, чтобы почитать в телефоне новости.
Заметка эта затерялась в гуще новостей от
— О боже, — пробормотал Корд.
В статье говорилось, что, по версии анонимных источников, в компании «Третий глаз» происходят «большие перемены», «все работы засекречены, и это не может не вызывать глубокого беспокойства». Корд нервно потер лоб. В конце шла цитата инсайдера: «Сможет ли „Третий глаз“ перевернуть наше восприятие мира, или же это всего лишь раздутая пустышка? Ответ на этот вопрос может дать только время».
Наплевав на разницу во времени, Корд набрал Джорджи.
— Корд, три часа ночи… — сонно проговорила она.
— Ты читала?
— Что именно?
— Статью про «Третий глаз» в
Через пару минут Джорджи сказала:
— «Анонимный источник»?
— Вот именно.
— Прости, но я не представляю, кто бы это мог… — попыталась сказать Джорджи, но Корд перебил ее:
— Ты ничего не хочешь мне сказать?
На том конце повисла долгая пауза.
— Нет, — как-то неуверенно сказала Джорджи.
У Корда упало сердце.
— Так. Что случилось? — спросил он.
— Ничего, — ответила Джорджи. — Просто… Ничего такого.
— Что еще за перемены? — не отставал Корд.
— Ну…
— Джи, скажи мне.
— Я ухожу из «Третьего глаза», — сказала Джорджи. — Но это… Это личное и никак не связано с нашим продуктом. Точно тебе говорю. Все работает, ты же сам видел.
— В каком смысле личное?
Джорджи вздохнула.
— От тебя фиг отвяжешься. Просто… Просто у меня будет ребенок.
— Ого, — сказал Корд и протер глаза. — Понял. Здо2рово.
— Да ладно тебе.
— Просто… Не ожидал, Джи. И кто отец?
— Ты его не знаешь.
— Зд
— В январе, — сказала Джордж.
— Что ж, прекрасно. Только, Джи, дай мне знать, если возникнут проблемы с «Третьим глазом», обещаешь?
— Конечно. Корд, ты же меня знаешь.
— Я подставил под это свою задницу.
— Никто не просил тебя вкладываться по полной, — сказала Джорджи. — Это было твое решение, Корд. Я просто дала тебе зеленый свет.
Он потер виски.
— Еще поговорим, — сказал он.
— Ага, — ответила Джорджи. Корд представил ее сейчас — со спутанными волосами и в длинной футболке с Гарфилдом[85]
, в которой она обожает спать.— И мы в воде не горим, — прибавил он.
Она устало рассмеялась. Корд даже не помнил, откуда взялась эта присказка (наверное, из какого-то старого фильма), но они часто повторяли ее друг другу в знак поддержки.
— Точно, — сказала Джорджи.
Потом Корд позвонил Вайатту. Сонный, он прочитал заметку и сказал:
— Попробую разобраться.
— Хорошо. Я тебе перезвоню.
— Корд… — сказал Вайатт.
— Что?
— Насчет их технологии… С ней точно все в порядке?
Корд помолчал и снова потер глаза.
— Их технология изменит мир, — сказал он.
— Понятно.
— Ты мне что, не веришь?
— Я же сказал — все нормально.
Корд дал отбой и тупо уставился перед собой. Перед ним тянулась стойка экскурсионного бюро. Какая-то женщина в розовых шортах сосала из банки пиво. На полу — ковер со спиральным рисунком, чуть дальше — стеклянная лестница. Корд вспомнил свое отражение в зеркале — утром в ванной в отеле Орландо, на следующий день после презентации «Третьего глаза». Испуганное серое лицо надломленного человека.
Там реально что-то происходило — в том ангаре? Корд надеялся, что да. Он тщетно пытался вспомнить — что же он видел? Он забрасывал и забрасывал в прошлое невод своей памяти как рыбак, потерявший надежду.
Но так ничего и не выловил.
3 / Реган