Читаем Собачья роза. Бутон, шипы и прочее… полностью

Нет жив ещё. Миледи, как?!Где быстрый клык мизерикорда?И заключительным аккордомколеном в зад? Ну, я — в кабак!Узрею истины я светсо дна бутылки иль стакана;и к Вам вернусь я из нирваны(конечно же, в дымину пьяным!)лишь через пару тысяч лет…

ВАРЯГИ ВО ГРЕКАХ

Улетали в эмпиреина планеты Платонашаровые валькириис интервалом в полтона.Сергей ТРУШКОВКрасногубой вампиринойвесом этак в полтоннышаровая валькирияподхватила Платонаи калёною чайкоюу скалистого Критатак, случайно-нечаянноувлекла Демокрита…Но игольчатой магиейбез излишнего шумаих распял на бумаге яс интервалом в полдюйма.

У.Е. И ДАЛЕЕ

На неслагаемые частиРассыпался хрустальный сонВозможности земного счастья.Уехала ты навсегда.Роман УРВАНЦЕВЧалма, лопатой борода,кальяна дым — густой и крепкий,у. е., халаты… Навсегдазабыты вы, цветы сурепки!На дню пять раз творить намаззовут горласто муэдзины…У. е. и пара чёрных глазпод паранджой… И комья глиныв руках умелых гончарастановятся горшком, кувшиноми пиалой. Зелёный чай,такой же, как у. е., зелёный,среди пустыни раскалённойв песок прольётся. Невзначайструна запретная задета.Послав к шайтану все запреты,мы сотворяем грешный рай.

«Увы, никогда не бывал я на славном Майдане…»

И волны, и ветер, и сотни стихий на МайданеСрывают, уносят подальше весь сор наносной.Везде помаранч проявляет все новые грани.Оранжевой осенью в городе пахнет весной.Оранжевой осенью в мире так пахнет весной!Михайло ЩЕБЕТУНУвы, никогда не бывал я на славном Майдане;Крещатик не видел, когда зацветает каштан…Сижу на Парнасе, грызу апельсин-померанец,и чую нутром — Фудзияму окутал туман.Там сакура спит, в сладкой неге весну ожидая;в оранжевом весь, приближается к храму сенсэй…А в скалы прибрежные бьётся волна штормовая —тайфун надвигается, словно сорвавшись с цепей.А я на Парнасе сижу, весь такой иностранец…Родную Ямато вдали то тряхнёт, то зальёт,а здесь — хорошо… Есть нора, и грызу померанец.Хотя по секрету скажу: померанец — не мёд.Дичок-апельсинчик оранжевый, вовсе не мёд.

СВИДАНИЕ ЗА ГОРИЗОНТОМ СОБЫТИЙ

Автопародия

Лексикона романтики дым;серый пепел с чужой сигареты,возле Веги развеянный где-то…Роман ЩИПАНМесто, которого нет.Время, которое мнимо.Клином там сходится светв пепел с чужих сигарет,в облако сизого дыма.Вечность проносится мимо;в миг — мириадами лет.Рядом — зануда-поэт.Сердце без маски и грима.Скучен невообразимо:вечно приносит сонет,но — без цветов и конфет.Время-то, знаете, мнимо;денег, естественно, нет.

КОРЯВЫЙ СОНЕТ

Перейти на страницу:

Все книги серии Народная библиотека XXI век

Похожие книги

Золотая цепь
Золотая цепь

Корделия Карстэйрс – Сумеречный Охотник, она с детства сражается с демонами. Когда ее отца обвиняют в ужасном преступлении, Корделия и ее брат отправляются в Лондон в надежде предотвратить катастрофу, которая грозит их семье. Вскоре Корделия встречает Джеймса и Люси Эрондейл и вместе с ними погружается в мир сверкающих бальных залов, тайных свиданий, знакомится с вампирами и колдунами. И скрывает свои чувства к Джеймсу. Однако новая жизнь Корделии рушится, когда происходит серия чудовищных нападений демонов на Лондон. Эти монстры не похожи на тех, с которыми Сумеречные Охотники боролись раньше – их не пугает дневной свет, и кажется, что их невозможно убить. Лондон закрывают на карантин…

Александр Степанович Грин , Ваан Сукиасович Терьян , Кассандра Клэр

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Русская классическая проза
Стихотворения. Пьесы
Стихотворения. Пьесы

Поэзия Райниса стала символом возвышенного, овеянного дыханием жизни, исполненного героизма и человечности искусства.Поэзия Райниса отразила те великие идеи и идеалы, за которые боролись все народы мира в различные исторические эпохи. Борьба угнетенного против угнетателя, самопожертвование во имя победы гуманизма над бесчеловечностью, животворная сила любви, извечная борьба Огня и Ночи — центральные темы поэзии великого латышского поэта.В настоящее издание включены только те стихотворные сборники, которые были составлены самим поэтом, ибо Райнис рассматривал их как органическое целое и над композицией сборников работал не меньше, чем над созданием произведений. Составитель этого издания руководствовался стремлением сохранить композиционное своеобразие авторских сборников. Наиболее сложная из них — книга «Конец и начало» (1912) дается в полном объеме.В издание включены две пьесы Райниса «Огонь и ночь» (1918) и «Вей, ветерок!» (1913). Они считаются наиболее яркими творческими достижениями Райниса как в идейном, так и в художественном смысле.Вступительная статья, составление и примечания Саулцерите Виесе.Перевод с латышского Л. Осиповой, Г. Горского, Ал. Ревича, В. Брюсова, C. Липкина, В. Бугаевского, Ю. Абызова, В. Шефнера, Вс. Рождественского, Е. Великановой, В. Елизаровой, Д. Виноградова, Т. Спендиаровой, Л. Хаустова, А. Глобы, А. Островского, Б. Томашевского, Е. Полонской, Н. Павлович, Вл. Невского, Ю. Нейман, М. Замаховской, С. Шервинского, Д. Самойлова, Н. Асанова, А. Ахматовой, Ю. Петрова, Н. Манухиной, М. Голодного, Г. Шенгели, В. Тушновой, В. Корчагина, М. Зенкевича, К. Арсеневой, В. Алатырцева, Л. Хвостенко, А. Штейнберга, А. Тарковского, В. Инбер, Н. Асеева.

Ян Райнис

Драматургия / Поэзия / Стихи и поэзия