Мои глаза бредут, как осень,По лиц чужим полям,Но я хочу сказать вам – мира осям:«Не позволям».Хотел бы шляхтичем на сейме,Руку положив на рукоятку сабли,Тому, отсвет желаний чей мы,Крикнуть, чтоб узы воль ослабли.Так ясновельможный пан Сапега,В гневе изумленном возрастая,Видит, как на плечо белее снегаМеха надеты горностая.И падает, шатаясь, панНа обагренный свой жупан...
1911
* * *
Когда над полем зеленеетСтеклянный вечер, след зари,И небо, бледное вдали,Вблизи задумчиво синеет,Когда широкая золаУгасшего кострищаНад входом в звездное кладбищеОгня ворота возвела,—Тогда на белую свечу,Мчась по текучему лучу,Летит без воли мотылек.Он грудью пламени коснется,В волне огнистой окунется,Гляди, гляди, и мертвый лег.
1911-1912
* * *
И смелый товарищ шиповника,Как камень, блеснул В лукавом слегка разговоре.Не зная разгадки виновника,Я с шумом подвинул свой стул.Стал думать про море.О, разговор невинный и лукавый,Гадалкою развернутых страницЯ в глубь смотрел, смущенный и цекавый,В глубь пламени мерцающих зениц.
1913
Николай Гумилев
Сонет
Как конквистадор в панцире железном,Я вышел в путь и весело иду,То отдыхая в радостном саду,То наклоняясь к пропастям и безднам.Порою в небе, смутном и беззвездном,Растет туман... но я смеюсь, и жду,И верю, как всегда, в мою звездуЯ, конквистадор в панцире железном.И если в этом мире не даноНам расковать последнее звено,Пусть смерть приходит, я зову любую!Я с нею буду биться до конца,И, может быть, рукою мертвецаЯ лилию добуду голубую.
1905
* * *
Нас было пять... Мы были капитаны,Водители безумных кораблей.И мы переплывали океаны,Позор для бога, ужас для людей.Далекие загадочные страныНас не пленяли чарою своей,Нам нравились зияющие раны,И зарева, и жалкий треск снастей.Наш взор являл туманное ненастье,Что можно видеть, но понять нельзя.И после смерти наши привиденьяПоднялись, как подводные каменья,Как прежде, черной гибелью грозяИскателям неведомого счастья.
1908
Судный день
В. И. Иванову
Раскроется серебряная книга,Пылающая магия полудней,И станет храмом брошенная рига,Где, нищий, я дремал во мраке будней.Священных схим озлобленный расстрига,Я принял мир и горестный, и трудный,Но тяжкая на грудь легла верига,Я вижу свет... то день подходит Судный.Не смирну, не бдолах, не кость слоновью —Я приношу зовущему пророкуБагряный ток из виноградин сердца.И он во мне поймет единоверца,Залитого, как он, во славу РокуБлаженно расточаемою кровью.