За серыми окнами Горного, —Забыть их до смерти нельзя,Где лекции слушал покорно я,Азы теормеха грызя,Над линией узкой причальноюМаячили верфи вдали,Гудками глухими печальнымиПрощались с землей корабли.За серыми окнами Горного,Дневной застилая нам свет,Желтея большими погонами,Огромный качался портрет.Мы шли с первомайскими флагами,Усталых не чувствуя ног,Под статуей Сталина плакали,Купив со стипендий венок.За серыми окнами ГорногоРассвет загорался и гас.Желание славы упорноеСжигало неопытных нас.Направо вели экспедиции,Налево блестела вода, —Присевшими на воду птицамиКачались у пирса суда.За серыми окнами ГорногоКлубился туман над Невой,И небо, от копоти черное,Вдруг вспыхивало синевой.И плыли в воде отражения,И вензель мерцал у плеча,Как солнечное продолжениеРожденного в небе луча.
9
Был недоступен видевшийся рядомГиссарских гор багряный окоем.С Григорьевой, начальницей отряда,Полмесяца мы прожили вдвоем.Уран мы там искали или медь,Не помню. По ночам на перевалеВ одном мешке мы с ней в обнимку спали,Чтобы друг друга в холод отогреть.Свет гаснул постепенно, как в кино.Во тьме шакалы выли, то и дело,И, не мигая, нам в глаза гляделоНочного неба звездное окно.Мне было девятнадцать, тридцать ей,И для меня она было старуха.Ее дыхание щекотало ухо,Могучий жар струился от грудей.Мне было девятнадцать, тридцать ей, —Я был как первоклассник целомудрен.Нам на рассвете ветер лица пудрил,Окутывая снегом до бровей.У каменистых склонов на грудиРисунок гор обозначался слабо.Кончался май. Все было впереди, —«И женщины, и подвиги, и слава».
10
Окошечко на полюсВ палатке меховой,Где проводили поиск,Рискуя головой,На дышащей на ладанПластинке изо льда.Высокие окладыПлатили нам тогда!Открыточки с «бикини»Отрады не дают.Куда здесь глаз ни кинешь,Увидишь только юг.Вода под нами плещет,И горек сукрозит.Пучок ледовых трещинУгробить нас грозит.Над глубью океана,От Питера вдали,Сошлись меридианыНа лысине Земли.Грустить, приятель, брось-ка,Щетину теребя, —Земля, как мяч в авоське,Под пяткой у тебя.Гляди, приятель, зорко,Чтоб колыхаться могНад газовой конфоркойСиреневый цветок.Окошечко не полюсВ палатке меховой,Где голые по поясВодою снеговойМы растирались дружно,С планетою «на ты»,И день сиял снаружи,Не зная темноты.Над зыблющейся безднойМы жили, муравьи,Раскрывшей нам любезноОбъятия свои.Окошечко на полюс,Верни мне этот свет,Где спал, не беспокоясь,Не ожидая бед,Под белым снежным ливнемАрктических высот,Уверенный наивно,Что Родина спасет.