Основываясь на письменных исторических записях, бо́льшая часть того, что мы знаем о Гриспасе Аттоксе, относится к его жестокому убийству британскими солдатами. Именно он был убит первым во время стычки 1770 года, которая стала известна как Бостонская бойня, инцидент, часто упоминаемый как начало Войны за независимость США. Большинство источников сходятся во мнении, что Аттокс родился в рабстве во Фреймингеме, штат Массачусетс, в семье африканца, Принса Янгера, и коренной американки, Нэнси Аттокс. Он сбежал в 27 лет и работал китобоем под именем Майкл Джонсон. У нас есть разные сообщения о его участии в столкновении с британскими солдатами. Однако мы до сих пор не знаем, был ли это запланированный протест, который он возглавил, или запутанная уличная драка, или что-то среднее. Даже в базовом очерке его жизни есть противоречивые исторические свидетельства, которые ставят под сомнение каждый факт, который я здесь перечислила.
Гриспас Аттокс и еще четверо мужчин, погибших во время резни, – вместе с мальчиком, умершим несколькими неделями ранее также в стычке с британскими войсками, – делят могилу на Бостонском кладбище Гранари Бераинг Граунд, где также похоронены родители Бенджамина Франклина и многочисленные лица, подписавшие Декларацию независимости. Я думала о маленьком следе, который оставила колониальная жизнь, пока шла по парку «Бостон Коммон» от надгробия Аттокса к памятнику 1888 года в честь пятерых убитых во время резни. Семиметровая статуя женщины, олицетворяющей дух революции, с разорванными цепями, символизирующими освобождение, возвышалась над головой. Торжество этого образа рассеялось для меня, когда я опустила взгляд на бронзовую табличку на уровне глаз, где было изображено безжизненное тело Аттокса. Даже в его увековечивании телесная форма Аттокса и смысл его смерти – не жизни – выставлены напоказ.
Мы знаем гораздо больше о Генри Уэллкоме, фармацевтическом магнате XIX века, который купил записную книжку с надписью «Обложка этой книги сделана из дубленой кожи негра, казнь которого вызвала Войну за независимость». Мы знаем, что, основав свою американскую фармацевтическую компанию в 1880 году, мужчина заработал огромное состояние на продаже «спрессованных лекарств». Они были более безопасными и позволяли принимать медикаменты в стандартных дозах в отличие от препаратов, созданных с помощью ступки и пестика. Он даже придумал слово «таблетка», чтобы описать их. Уэллком использовал свое состояние, чтобы собрать самую большую частную музейную коллекцию в мире, наняв небольшую армию агентов, чтобы приобрести как можно больше предметов из разных эпох и регионов. Несмотря на баснословные траты, он внимательно следил за всеми сделками с артефактами и был бдителен в отношении подделок (хотя был рад заказать копию, если оригинал не продавался, чтобы заполнить брешь в коллекции). Несмотря на внимание к происхождению каждого приобретенного им произведения, записная книжка из кожи Гриспаса Аттокса, по-видимому, не считалась потенциальной подделкой.
Научные исследования кожи не были доступны в 1929 году, когда Уэллком купил этот предмет за три фунта – на сегодняшний день примерно 170 долларов. Это кажется мне небольшой суммой для книги XVIII века – переплетенной в кожу исторически важной фигуры, – хотя предполагаю, что необычность такого предмета затруднила бы сравнение цен. Если бы у агентов были подозрения относительно подлинности, они бы прибегли к тому же визуальному осмотру фолликулов, который всегда использовали антиквары-книготорговцы, подобному тому, который Национальный Фонд провел в 2002 году. Тем не менее эта организация определила, что книга была фальшивкой. Как Кристофер Калнан, советник по сохранению органического материала, писал в письме в Фонд Уэллкома по поводу запиской книжки из кожи Аттокса, «структура волосяного фолликула состояла из набора из трех-четырех первичных отверстий, окруженных более мелкими вторичными. Зернистый рисунок не был плоским, но имел ярко выраженную приподнятую фактуру между волосяными фолликулами. Переплет не из человеческой кожи. Кожа имеет характеристики верблюжьей, лошадиной или козлиной. Толстый слой воска (?), которым заполняли прорехи, затрудняет идентификацию»[27]
.Моя команда не проверяла предполагаемые антроподермические книги Уэллкома с помощью пептидной массовой дактилоскопии, но когда я держала в руке записную книжку с черной, как смоль, зернистой обложкой и металлическими украшениями с вырезами в форме сердца и луны, то была готова согласиться с оценкой Калнана. Кожаная обложка блокнота очень напоминала мне французский молитвенник из Калифорнийского университета в Беркли, который, как оказалось, был из конской кожи, но моя интуиция ошибалась в прошлом. На самом деле есть только один способ выяснить это – проверить.