Читаем Том 7. Изборник. Рукописные книги полностью

В тихий вечер, на распутьи двух дорогЯ колдунью молодую подстерёг,И во имя всех проклятых вражьих силУ колдуньи талисмана я просил.Предо мной она стояла, чуть жива,И шептала чародейные слова,И искала талисмана в тихой мгле,И нашла багряный камень на земле,И сказала: «Этот камень ты возьмёшь,–С ним не бойся, – не захочешь, не умрёшь.Этот камень всё на шее ты носи,И другого талисмана не проси.Не для счастья, иль удачи, иль венца, –Только жить, всё жить ты будешь без конца.Станет скучно, – ты верёвку оборвёшь,Бросишь камень, станешь волен, и умрёшь».

«Я подарю тебе рубин…»

Я подарю тебе рубин, –В нём кровь горит в моём огне.Когда останешься один,Рубин напомнит обо мне.В нём кристаллический огоньИ металлическая кровь, –Он тихо ляжет на ладоньИ обо мне напомнит вновь.Весь окровавленный кристаллГорит неведомым огнём.Я сам его зачаровалБезмолвным, неподвижным сном.Не говорит он о любви,И не любовь в его огне, –В его пылающей кровиТы вспомнишь, вспомнишь обо Мне.

«Белый ангел надо мною…»

Белый ангел надо мною,И бескровные устаБезмятежной тишиноюИсповедуют Христа.Ангел жжёт полночный ладанЯ – кадило перед ним.И в цепях моих разгаданДым кадильный, тихий дым, –Возношенье, воздыханьеУ спасающих икон,Свеч отрадное мечтанье,Утешительный канон.

«Зелёный изумруд в твоём бездонном взоре…»

Зелёный изумруд в твоём бездонном взоре,   Что зеленело на просторе,   Замкнулось в тесный круг. Мерцает взор зелёный, изумрудный, –   Мне кажется, что феей чудной   Прокинешься ты вдруг. Уже не дева ты, – Зелёная царица,   И смех твой – звон ручья,И взор зелёный твой – лукавая зарница,     Но ты – опять моя. И как бы ты в траве ни затаилась,   И чем бы ты ни притворилась,     Сверкая и звеня, – Везде найду тебя, везде тебя открою,   Зеленоглазая! Ты всё со мною,     Ты вечно для меня.

«Иду в лесу. Медлительно и странно…»

Иду в лесу. Медлительно и странноВокруг меня колеблется листва.Моя мечта, бесцельна и туманна,  Едва слагается в слова.И знаю я, что ей слова ненужны, –  Она – дыхания нежней,  Её вещания жемчужны,  Улыбки розовы у ней.    Она – краса лесная,    И всё поёт в лесу,  Хвалою радостной венчая    Её красу.

«Вечер мирный наступил…»

Вечер мирный наступилДень за рощею почил,В роще трепетная мглаИ прозрачна, и светла.Из далёкой вышиныЗвёзды первые видны.Между небом и землёйЗа туманною чертойСны вечерние легли,Сторожа покой земли.

«Зачем возрастаю?»

Перейти на страницу:

Все книги серии Собрание стихотворений

Похожие книги

Уильям Шекспир — природа, как отражение чувств. Перевод и семантический анализ сонетов 71, 117, 12, 112, 33, 34, 35, 97, 73, 75 Уильяма Шекспира
Уильям Шекспир — природа, как отражение чувств. Перевод и семантический анализ сонетов 71, 117, 12, 112, 33, 34, 35, 97, 73, 75 Уильяма Шекспира

Несколько месяцев назад у меня возникла идея создания подборки сонетов и фрагментов пьес, где образная тематика могла бы затронуть тему природы во всех её проявлениях для отражения чувств и переживаний барда.  По мере перевода групп сонетов, а этот процесс  нелёгкий, требующий терпения мной была формирования подборка сонетов 71, 117, 12, 112, 33, 34, 35, 97, 73 и 75, которые подходили для намеченной тематики.  Когда в пьесе «Цимбелин король Британии» словами одного из главных героев Белариуса, автор в сердцах воскликнул: «How hard it is to hide the sparks of nature!», «Насколько тяжело скрывать искры природы!». Мы знаем, что пьеса «Цимбелин король Британии», была самой последней из написанных Шекспиром, когда известный драматург уже был на апогее признания литературным бомондом Лондона. Это было время, когда на театральных подмостках Лондона преобладали постановки пьес величайшего мастера драматургии, а величайшим искусством из всех существующих был театр.  Характерно, но в 2008 году Ламберто Тассинари опубликовал 378-ми страничную книгу «Шекспир? Это писательский псевдоним Джона Флорио» («Shakespeare? It is John Florio's pen name»), имеющей такое оригинальное название в титуле, — «Shakespeare? Е il nome d'arte di John Florio». В которой довольно-таки убедительно доказывал, что оба (сам Уильям Шекспир и Джон Флорио) могли тяготеть, согласно шекспировским симпатиям к итальянской обстановке (в пьесах), а также его хорошее знание Италии, которое превосходило то, что можно было сказать об исторически принятом сыне ремесленника-перчаточника Уильяме Шекспире из Стратфорда на Эйвоне. Впрочем, никто не упомянул об хорошем знании Италии Эдуардом де Вер, 17-м графом Оксфордом, когда он по поручению королевы отправился на 11-ть месяцев в Европу, большую часть времени путешествуя по Италии! Помимо этого, хорошо была известна многолетняя дружба связавшего Эдуарда де Вера с Джоном Флорио, котором оказывал ему посильную помощь в написании исторических пьес, как консультант.  

Автор Неизвестeн

Критика / Литературоведение / Поэзия / Зарубежная классика / Зарубежная поэзия