Однако если поэзия Абдуллаева совершенно не интересовала читателей и культурные институты в независимом Узбекистане, то в Российской Федерации у него была своя читательская аудитория. С начала 1990‐х годов стихи Абдуллаева публикуются в наиболее престижных российских журналах, таких как «Знамя», «Дружба народов» и «Новое литературное обозрение», а его книги выходят в российских издательствах, специализирующихся на современной русскоязычной литературе, – от санкт-петербургского издательства начала 1990‐х годов «Митин журнал» до ведущих издательств экспериментальной поэзии (издательский дом «Новое литературное обозрение» и «Арго-Риск», связанный с влиятельным журналом современной поэзии Кузьмина «Воздух»506
). В 1994 году Абдуллаев был удостоен премии Андрея Белого, старейшей негосударственной литературной премии России, единственной, которая присуждалась в период с 1991‐го по 1997 год. Со временем его репутация достигла мирового масштаба, что повлекло за собой приглашения на международные фестивали, переводы на английский и другие языки, участие в стипендиальных программах DAAD, получение стипендии Иосифа Бродского в 2015 году, почетные звания и другие знаки признания.Иначе говоря, космополитичный среднеазиатский проект Абдуллаева нашел отклик среди читателей в Российской Федерации. Однако, в отличие от Рубиной, в читательскую аудиторию Абдуллаева входят представители культурной элиты, которые, хотя и не влияют на размер тиражей, предъявляют самые высокие требования к литературе. Абдуллаев стал одним из первых не просто провинциальных, но совершенно периферийных поэтов, неизменно включенных в литературную жизнь двух культурных столиц России в постсоветское время. Как и в случае Дины Рубиной, интерес читательской метрополии к Абдуллаеву напрямую связан с его периферийным положением, которое он претворил в открытость для новых артикуляций всемирности. Именно об этом говорил Аркадий Драгомощенко, в свойственном ему инновационном стиле, на церемонии вручения премии Андрея Белого:
…Имея честь воздать достойные почести прекрасному поэту, эссеисту, прозаику, редактору журнала «Звезда Востока», мы тем самым воздаем почести прежде всего не только ему самому, но той ойкумене, тому краю, тому миру, который создал этого поэта. […] Я удивился только тому, как можно совлекать тончайшие нити различных культур в определенный узор и понимать, что мы присутствуем здесь с разговором с великой европейской культурой с берегов Алжира, и как возможно возвращение ответа из Европы, какими окольными путями это возвращается туда, и как могущественны эти незримые связи. Я думаю, что вот именно вторая часть, за сотворчество, за созидание этих связей, этих культур, которые различны (естественно, они различны, иначе они не были бы другими культурами) есть самая главная задача поэта507
.