В летний час неторопливо...
Размозжив задач, проблем,
Не стесняемый никем,
Он, наняв тоску-тревогу,
Шел, чтоб тайно уличить
Центр города; дорогу
Уж едва мог отличить!
Цвет витрин, жильцов берлоги...
Всё при всё в кромешной мгле!
Занавески на стекле
Помогали уж немногим.
"Вот же, - думал он, - беда
Неприятная объяла...
Но
Не вдохнет? Не так воняло!
Не бичи в конце концов
И не тяжести вериги!..
В этом мире "образцов",
В мире набожной интриги..."
Он бродил в вечерний час,
Словно туча небосвода,
Что проспорила подчас
Миг достаточный черёда;
И в настрое полусонном,
Недовольная собой,
Затмевает неуклонно
Солнце, полное мечтой.
Что же ждет её такую,
Упустившую момент?..
Вряд ли кто ей за презент
Шанс воткнет за дверь иную...
Но
Недоступное виденье,
Что его ум обожгло
И в движенье привело!
Он бежал чрез мостовые,
Треп власы, в вспотевший лоб
Отпускал удары злые,
Приступал сильней озноб!
И вдруг стал
Что прохожим был осмеян!
Севши в тень, он задрожал
И долго, дурно размышлял...
А ветер гнал ему навстречу
Вечор волнение; оно
Парило дивно, будто кречет;
На порывах внесено,
На крылах необычайных!..
Вновь он, солнца не узрев,
Забыв градской дурной напев,
Вспомнил о родных окраинах:
Гарь упрямо прибывала
На ветрах - от славных мест.
И безмолвно удушала...
Это ж после стольких верст!
Он походкой беспокойной
Поспешил найти приют,
Не провел где пять минут.
В месте, пяти звезд достойном,
Снес решающий удар,
Что в миру довольно стар...
Через дым домой понесся,
Путь держал он ровно день.
Край кричал: "Пожар вознесся
К высшей радости!" А лень
Норовит поймать удачу,
Руки к горю прилепив;
А когда ещё в придачу,
Славы бледной не допив,
Всюду рыщет непрестанно
И глаголет всякий час
Муж сильной, "новоизбранный",
То беда, как напоказ,
Завернулась в ризы мщенья!
И казалось бы, прощенья
Не видать, как всем ушей...
Что увидел он: пожар
Накануне здесь метался,
И оставил дерзкий дар!
Город смог не проходящий
Переваривал с трудом;
Но к стенам язык палящий
Равнодушен был... селом
Вся стихия занималась!
Отпечатав страшный след,
Увела мечты
Видя злое разрушенье,
К дому рвался своему
Наш
Примерялось исступленье...
Чуя черную разруху,
Он задорно допускал,
Что жизни нить-то не терял
И вчера, ну в самом деле!
В чем решающий вопрос?
В голове? удобном теле?
Или в духе, что возрос?!
Убежать? Не получилось!
И отчаялся он бедный!
Но прибыл. Вот рощи свод.
К ней бежать пустился бледный
И у выжженных ворот
Пролился фигурой медной...
В полумраке безнадежном
Дом искомый не застал:
Из-за стен уж ненадежных
Дымоход один торчал;
Вот и все... без убеждений!
А соседский скромный дом,
Не оставив повреждений,
Обживался
Без того
В дни последние некрепок
От старинных, гадких дум
(От нуждающихся сумм
И расставленных к ним сеток),
Тут и вовсе закипел:
"Как!
О спасительной судьбине!"
И, как зверь, рассвирепел!..
Бодро взявшись, он все риски
Разровнял: беда страшна!
Растревоженный, но списки
Все листал: не спасена...
У родных её на месте
Тоже нет: Давненько вести
Не слыхали те о ней;
О том же точно - у друзей...
Преклонился он, и силы
Вмиг оставили его;
Словно старец у могилы,
Прогибался: ничего
Не просил и без волнений
Презирал свой больший час,
Что судьба без размышлений
Пламень чистый ожиданий,
Что питался от преданий,
Обретенных в старине...
Но так уставших... в
И без ладной он опоры
(То спустя лишь день узнал)
Брел, бросая взгляд на
Где мечтатель почивал,
На прожженную дорогу,
Повинуясь только Богу...
Что хотел сказать убогий!
Бедность - сына обрела
И наряд его нестрогий
Вскоре жадно огрызла.
Беспокойный, обнищалый
Из села в село бродил,
Души родной не находил;
А лишь кусок сухой и малый
Ему бросали, чтоб поесть
Бродяга мог и дух унесть.
2012 г
Деяния. Пламень.
Чистая мысль. Чистая мысль чиста... горы пылают - от чистых мыслей! Блестящи мудрецы - на истинных горах.
Александр Васильевич Сухово-Кобылин , Александр Николаевич Островский , Жан-Батист Мольер , Коллектив авторов , Педро Кальдерон , Пьер-Огюстен Карон де Бомарше
Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Античная литература / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги