Читаем Возникновение(СИ) полностью

Хватился б за волос наверно!




Рос в "обычаях" Андрей,




Покрытых набожной рутиной.




Умом был многих он смелей,




Взлохматив головы судей!




Но заболел Ириной...




С тех пор презрел он треск наук,




Предал образованье!




Но "жизнь" не выпала из рук:




Отец включил старанье -




И сына вытащил на путь




Почетной всюду службы;




Бранил почаще... но ничуть




Не растерял с ним дружбы.




Помог состроить светлый дом




В местах чуть езженых. Притом




Всечасно крайне удивлялся:




"Зачем в глуши, на что тут сдался!"




Но стоек сын: мечтал к природе.




Спор такой не поддержал;




Утверждал: "Пусть... на с в о б о д е!"




Первый камень сам заклал.




Мать ворчала с кислой миной,




Недовольная Ириной:




"Что за глупые порядки?




Эти старческие грядки,




Лес и тихие пруды...




Да и воздух так ли чистый?




Лик ночной звезды лучистый? -




Вот уж в чем нам нет нужды!.."




Но хвалила всем отца,




Что пристроил всё ж юнца...




Мы ж подступим с удивленьем,




Растворимся в красоте.




И с завидным нетерпеньем




Поспешим по Высоте!




Скорей! гулять зову я вас




К родным лугам и рощам южным,




К ручейкам прозрачным, дружным,




Что взволнуют тотчас нас




Удивительной красою




Чистоты легчайших вод!




Улыбнемся ж в небосвод




И с ребячьей быстротою




Поспешим упасть в луга,




Чтоб смотреть, как облака




Преждевременно кучатся,




Как теряют всякий вид,




Как растаять не боятся,




Зная: бог им - не грозит!




Уморились на цветах?




Так пойдем бродить оврагом!




Здесь порыв нас встретит - врагом,




Но сойдет тотчас в мечтах:




Вдаль стремится, вздыбив волны




На полях, что злаком полны;




Вдруг собрат нас вновь стращает!




Но вослед спешит, сбегает...




День к полудню уж стремится...




Последим в сосновый бор!




Он поможет отлучиться




От жары; здесь всяк узор




Мил у древа векового!-




Удивляет всякий глаз!




А волнуясь через раз,




Гиганты страждут неземного!




Но с пониманием шумят;




Одни ворчать вот так способны:




Ни свиста, плеска... нет, не волны!




Их ли бури - не казнят?..




Исполинов строй редеет,




Обнищал вдруг хвойный лес -




И пространство вновь светлеет!




Наш на страже интерес:




Поспешим сквозь осторожно,




Огибая тени сложно,




Проверяем всякий звук,




Трели слушаем послушно,




Скорострельный дятла стук...




Удивлениям не душно!




Робкий шелест выдает




Необъятное пространство;




Миг спустя дерев убранство -




И порыв нет-нет качнет!




Что же может быть приметней,




Чем природы новизна?




И не призрак! В дымке летней -




Вод озерных гладь ясна!




Стаи птиц спешат чудесно,




Всплески резкие кругом,




В облаках бледно-телесных




Гром ругается тайком...




Потопленные древа




Будто узники печали,-




Участь эта не нова,




И мечтателя глава




Им сочувствует едва ли...




Нам бы птицей ввысь стремиться




Над водой в вечерний час,




С тех высот чтоб убедиться:




Наш обманут зоркий глаз -




Супротив брега прелестны,




Также блещут красотой,




Но изрядной крутизной




Обитателям известны...




Здесь любил Андрей читать,




Заниматься трудной думой:




Жизнь младую примерять,




Небывалого искать...




И без мысли толстосума.




Подле дуба векового,




Что весною топ немного,




Герой, прожив чуть двадцать лет,




Воображал, аки поэт:




Не без приземистого стона!




Неприступностью влекла




Невесомость небосклона,




Что прозрачностью текла




И всечасно вдохновляла




На прекрасную борьбу;




Разуверил он "начало".




Здесь испытывал судьбу.




Повесы чувствуют улыбки




В примирения тенях




И в добротных простынях?..




Зря взвились, декора рыбки!




Что вопрос вам вдохновенный?-




Вздор, оплошность... Чередой




Час гниет ваш погребенный




Под громадиной седой




Трона как бы векового,




Прочь сокрытого от глаз;




Лишь венчанье напоказ




Невозможно уж святого!..




2




Когда же ветер норовит




Обставить в силе всех на свете,




А солнца луч уже палит,




Едва размыслив о предмете,




Тогда язвительная пыль




Послушно над тополом реет,




А полувысохший ковыль




Один от радости бледнеет.




Умом испытанный Андрей,




Одетый не по зову дней,




Тащил осмысленно веригу,




Сравнил которую он - с игом.*




Предотпускная беготня




Его едва ли увлекала:




Друг он осени начала.




В тот час брал свободы дня




У ценившего начальства




Его расстроившийся ум,




За которым ноль бахвальства!




И к тому же разгильдяйство




Раз иль два давало шум




В год - завидный показатель:




Рад и друг, но и предатель!




Но всех вместе сушь пугала,




Ведь удачная жара




Подкупила час утра!-




Роса уже не утешала...




И тревога нарастала:




Ветер, пыль! Жара стращала.




А когда уж затяжное




Пекло вспыхнуло на вид,




Повеса впал в унынье злое;




Вспомнил: "Выше есть святое!.."




И читать давай молитв!..




Суверенный же правитель,




Как упитанный учитель,




Свой народ предупреждал:




Чтоб со спичкой не играл!




Храма верный настоятель




Свой лишь опыт помянул.*




Усмехнулся кто - предатель!




А пожар идею гнул,




Напитавшись бледной славой,




Шел палящий за наградой




В стае высохших ветров...




Известье се нашло героя




Вдали от дома своего,




Где без здравого настроя




Он служил ради всего.




Вздоры крайне деловые




Свез "Андрей" в столичный град,




За который уж не рад




Ворон!.. да и псины злые.




Но столица впечатлила! -




Нет ни ворона, ни пса;




Скрыта дымом вся краса,




Кою живность заклеймила!




И собрат "Андрея" шел




Без лица, нетерпеливо;




Кто... куда... лишь день взошел




Перейти на страницу:

Похожие книги

12 великих комедий
12 великих комедий

В книге «12 великих комедий» представлены самые знаменитые и смешные произведения величайших классиков мировой драматургии. Эти пьесы до сих пор не сходят со сцен ведущих мировых театров, им посвящено множество подражаний и пародий, а строчки из них стали крылатыми. Комедии, включенные в состав книги, не ограничены какой-то одной темой. Они позволяют посмеяться над авантюрными похождениями и любовным безрассудством, чрезмерной скупостью и расточительством, нелепым умничаньем и закостенелым невежеством, над разнообразными беспутными и несуразными эпизодами человеческой жизни и, конечно, над самим собой…

Александр Васильевич Сухово-Кобылин , Александр Николаевич Островский , Жан-Батист Мольер , Коллектив авторов , Педро Кальдерон , Пьер-Огюстен Карон де Бомарше

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Античная литература / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги
Месть Ночи(СИ)
Месть Ночи(СИ)

Родовой замок семьи Валентайн с грустным названием Антигуан кому-то со стороны мог показаться хмурым и невзрачным. Он одинокой серой глыбой возвышался невдалеке от маленького крестьянского поселения, стихийно возникший множество лет назад примерно в одно время с самим замком и носившее с ним одно имя. Возможно, именно из-за своей древней истории Антигуан всегда являлся местом, где семья проводила свои самые значимые празднества, не смотря на свой совершенно не праздничный вид. С другой стороны, ни одно другое имение, каким бы красочным и приветливым оно не казалось, не было достаточно вместительным для проведения таких массовых событий. А этим вечером событие выдалось действительно массовым. Все даже самые дальние родственники решили показаться на торжестве. Действительно, что может ещё так послужить поводом для всеобщего сбора, как не совершеннолетие наследника рода?

Сергей Владимирович Залюбовский

Фэнтези / Прочие приключения / Прочая старинная литература / Древние книги