Читаем Временник Георгия Монаха полностью

Итак, славный Иоанн, пробыв епископом пять с половиной лет, <был> изгнан в Кукуз. Оттуда через три года /254в/ и два месяца переведен в Питиунт, и по дороге, будучи в Команах, преставился, <во многой скорби и бедствии>, в возрасте 52 лет. -Л А- Великий же папа Римский Иннокентий, услышав об изгнании и успении его, написал Аркадию следующее: "<Глас> крови брата моего Иоанна вопиет к Богу против тебя, царь, как некогда праведного Авеля против братоубийцы Каина, и несомненно отомщена будет каким-нибудь способом, потому что ты устроил неправедное гонение на церковь Божию и на святых[2252] ее, изгнав беззаконно [и безрассудно] великое /Б601/ светило и учителя всей вселенной с престола епископства его, а вместе с ним[2253] /И397/ изгнал и Христа. Новая же Далида[2254] Евдоксия, скоро[2255] обрив <тебя> бритвой обмана, проклятие себе изыскала и справедливую и неочистимую ненависть, /254г/ связав неподъемное бремя грехов <и> приложив к множеству прежних своих ужасных грехов".

А великий Исидор в одном послании так говорит: И- Желаешь[2256] песни[2257] о божественном Иоанне, но я высказаться не в силах: одолевает разум оцепенение[2258] от нее. Узнай же немного (о том), чего, как обычно, не уразумел Египет, Моисея отвергающий, Фараона принимающий, смиренных бичующий и трудящимся скорбь причиняющий, грады платы их лишающий, и до сих пор в этом упражняющийся. Помешанного на камнях и раба золота Феофила принимая, на четырех помощников[2259] и отступников опирающегося, против поистине боголюбивого[2260] и богоносного человека войну начал, /255а/ обретя укрепление[2261] для своей суровости в ненависти и вражде[2262] к моему [тезке]. "<Но> дом Давидов укрепляется и шествует, а дом Саулов ослабевает и посрамляется" (2 Цар 3.1) <и спотыкается>, как видишь, даже если человек Божий, увенчанный и победоносный, в бурю вошел[2263] и к вышней тишине перешел. /Б602/

А Епифаний, возвратившись на Кипр, уведал от Бога о своей приближающейся кончине и, говорят, так сказал сопровождающим его:

— Спешу я, спешу. Вам же оставляю царство, и город, и прощение[2264].

Он предсказал Иоанну предстоящую смерть в изгнании и победу, а Иоанн Епифанию — успение его на корабле. Божиим Духом предуведали это блаженные, чтобы никто /255б/ не думал, что они вражду имели между собой. Неужели бы во вражде преставились эти богоречивые и боголюбивые учители и искренние ученики миротворца Христа, говорящего: "По тому узнают все, что вы — Мои ученики, если любовь будете иметь между собой" (Ин 13.35)? Оставь. Если и <был> малый соблазн между (ними), слабость человеческую обличающий, о котором было сказано выше, то вскоре они <снова> взошли на /И398/ вершину добродетели — к любви, о которой говорит апостол Павел: "Любовь долготерпит, милосердствует, не гневается, не помнит[2265] зла" (1 Кор 13.4-5), потому что "Бог есть любовь, и пребывающий в любви — в Боге пребывает" (1 Ин 4.16). /Б603/

После же Иоанновой кончины один святой епископ по имени Адельфий говорил: "Печаль мне была великая, оттого что такой /255в/ муж, который был учителем всей вселенной, словами взвеселивший церковь Божию, почил вдали от престола своего. Молился я Богу со многими слезами, чтобы он явил мне, в каком (чине) пребывает Иоанн и причтен ли он с патриархами. И много времени <об этом> молился, и в один (из дней) внезапно пришел я в восхищение и увидел мужа прекрасного, и, взяв меня за правую руку, привел в место светлое и преславное, показывая мне церковных учителей. Я же стал присматриваться, чтобы увидеть, кого желал, великого Иоанна, возлюбленного моего. И показал мне всех, и имя каждого поведал мне, и, взяв меня <снова> за руку, вывел меня оттуда. Я же следовал за ним в печали, так как не увидел во святых отца Иоанна. Когда же я вышел, стоящий у дверей [удержал меня], говоря ко /255г/ мне:

— Что с тобой? Отчего печалишься?

Я же ответа ему не дал. Он снова говорит мне:

— Никто из вошедших сюда не выходит отсюда в печали.

Тогда я сказал ему:

— Как мне не печалиться, если моего /Б604/ возлюбленного Иоанна, епископа Константинова града, я не узрел здесь с другими церковными учителями.

Он же снова говорит мне:

— Иоанна, что о покаянии говорил?

Я [же] сказал <ему>:

-Да.

Он же, отвечая, говорит мне:

— Человек, сущий во плоти, видеть его не может. Ведь он вечно предстоит там, где престол Владычный.

Глава 51

А после Аркадия царствовал Феодосий, сын его, который и Доброписец[2266], 33 года. И вышел покататься верхом на поле[2267], <и> упав вместе с конем, умер. Этот построил в Халкопратии церковь святой Богородицы, которая была прежде /256а/ собранием[2268] иудейским. И стену городскую разрушил — со стороны суши, а не моря, и, прибавив еще две стадии, построил новую стену за 60 дней. /И399/

Перейти на страницу:

Похожие книги

Древнерусская литература. Библиотека русской классики. Том 1
Древнерусская литература. Библиотека русской классики. Том 1

В томе представлены памятники древнерусской литературы XI–XVII веков. Тексты XI–XVI в. даны в переводах, выполненных известными, авторитетными исследователями, сочинения XVII в. — в подлинниках.«Древнерусская литература — не литература. Такая формулировка, намеренно шокирующая, тем не менее точно характеризует особенности первого периода русской словесности.Древнерусская литература — это начало русской литературы, ее древнейший период, который включает произведения, написанные с XI по XVII век, то есть в течение семи столетий (а ведь вся последующая литература занимает только три века). Жизнь человека Древней Руси не походила на жизнь гражданина России XVIII–XX веков: другим было всё — среда обитания, формы устройства государства, представления о человеке и его месте в мире. Соответственно, древнерусская литература совершенно не похожа на литературу XVIII–XX веков, и к ней невозможно применять те критерии, которые определяют это понятие в течение последующих трех веков».

авторов Коллектив , Андрей Михайлович Курбский , Епифаний Премудрый , Иван Семенович Пересветов , Симеон Полоцкий

Древнерусская литература / Древние книги