Читаем ВВЕДЕНИЕ В ОБЪЕКТИВНЫЙ НАЦИОНАЛИЗМ (ЧАСТЬ III) полностью

А.Севастьянов, по-видимому, никогда не задумывался о проблемах социальной стабильности во время буржуазных революций, не изучал их. А эти проблемы вынуждают молодое буржуазное государство на определённом этапе развития любой ценой прорываться на мировые рынки и устанавливать контроль над ними, за счёт их эксплуатации удерживать внутреннюю политическую ситуацию у грани гражданской войны. Потому что политическая неустойчивость подспудно провоцируется частнособственническими интересами и аппетитами самых разных противоборствующих сил первичного буржуазного правящего класса, который во многом хищно эгоистический и паразитарный, по своей сути космополитический, состоит из узкого слоя выразителей коммерческого политического интереса, делающих быстрые капиталы за счёт коммерческой спекуляции, казнокрадства, разворовывания госсобственности. И до тех пор, пока миллиардный по численности Китай не в состоянии будет, так или иначе, но быстро захватывать с помощью военной силы контроль над большей частью мира, буржуазная революция в этой стране либо немыслима, либо приведёт государство к политической катастрофе, к самоистре­бительной гражданской войне, в сравнении с которой нынешнее самоистребление населения России окажется лишь невинной забавой.


2.

 Вторая важнейшая ошибка заложена в самом политическом кредо автора, которому он старается придать значение злободневного лозунга, - а именно в вынесенном в название статьи выражении: национал-капитализм. Обоснование этому кредо А.Севастьяновым даётся в трёх абзацах:

“Между тем, с точки зрения историков, фашизм - это ни что иное, как диктатура национального капитала. Ни больше, ни меньше...

Диктатура национального капитала... Да ведь это именно то, что необходимо России, как хлеб, как воздух. Национального, а не интернационального, как сегодня! Такая диктатура в качестве реакции на нынешнее положение дел возникнет непременно, как только национальный капитал окрепнет и сплотится, как только наши промышленники, торговцы и финансисты окончательно поймут, что в своей стране можно и нужно быть хозяином, а не лакеем. На это уйдёт около десяти лет.

Я не знаю, какую маску оденет, какое знамя поднимет новое общественное движение: возьмёт ли старое название - фашизм, национал-социализм - или придумает что-нибудь другое. Но я знаю, что сущность его будет одна: НАЦИОНАЛ-КАПИТАЛИЗМ”.

Здесь, что ни фраза, то абсолютная политическая ошибка.

Да, действительно, в среде историков фашизм определяется, как диктатура крупного капитала, и именно крупного, а не национального. Однако до сих пор ни один историк в мире так и не смог выстроить непротиворечивого теоретического обоснования такому определению, и в качестве доказательств его верности приводятся перечни крупных банкиров или промышленников, которые финансировали и продвигали к власти националис­тические движения. Очевидно, это определение слишком туманно, слишком общё, и отнюдь не всякий крупный внутренний капитал способствует установлению фашизма при общегосударственном кризисе.

Кроме того, в самом используемом автором и вообще патриотической средой слове “компрадоры” заложена некая мистика. Кого относить к “компрадорам” и по каким признакам? Почему “компрадорский” или интернациональный капитал не является национальным? Почему именно интернациональный капитал оказывается в начале буржуазной революции у власти? Почему при всём своём могуществе он не может подавить возникновение национального капитала? Как вообще, на основании каких критериев можно отнести один капитал к интернациональному, а другой к национальному? Ни на один из этих принципиальных вопросов никто из историков не смог дать вразумительного и убедительного ответа, - не даёт на них ответа и А.Севастьянов, тем самым значительно ослабляя политический заряд статьи, делая её в большей мере публицистической, нежели конструктивной и пригодной к реальной практике.

Весьма наивным выглядит и предсказание о десяти годах, якобы необходимых для вызревания материального и политического самосознания национального капитала. Почему не пять лет, не пятнадцать или не двадцать нужны для этого? Какая пифия в своём наркотическом бреду подсказала ему именно десятилетний срок? Ведь логического обоснования этому не представлено даже и намёком. Почему я, как читатель, должен верить этому прогнозу и не терять надежду наказать “компрадоров” и увидеть-таки у власти режим “национального капитала”?

Но если нет теоретического обоснования понятию “национальный капитал”, причин его появления и становления, вызревания к способности бороться за власть и накапливать силы, чтобы захватить её, то на каком таком основании возникает понятие национал-капитализм и где ясное и практически полезное определение, что же это собственно такое? Опять возникает подозрение, что автору главные положения статьи нашептывала некая пифия.

Перейти на страницу:

Все книги серии Политическая хроника

Похожие книги

Управление знаниями. Как превратить знания в капитал
Управление знаниями. Как превратить знания в капитал

Впервые в отечественной учебной литературе рассматриваются процессы, связанные с управлением знаниями, а также особенности экономики, основанной на знаниях. Раскрываются методы выявления, сохранения и эффективного использования знаний, дается классификация знаний, анализируются их экономические свойства.Подробно освещаются такие темы, как интеллектуальный капитал организации; организационная культура, ориентированная на обмен знаниями; информационный и коммуникационный менеджмент; формирование обучающейся организации.Главы учебника дополнены практическими кейсами, которые отражают картину современной практики управления знаниями как за рубежом, так и в нашей стране.Для слушателей программ МВА, преподавателей, аспирантов, студентов экономических специальностей, а также для тех, кого интересуют проблемы современного бизнеса и развития экономики, основанной на знаниях.Серия «Полный курс МВА» подготовлена издательством «Эксмо» совместно с Московской международной высшей школой бизнеса «МИРБИС» (Институт)

Александр Лукич Гапоненко , Тамара Михайловна Орлова

Экономика / О бизнесе популярно / Финансы и бизнес
Экономика для "чайников"
Экономика для "чайников"

В этой книге вы найдете описание самых важных экономических теорий, гипотез и открытий, но без огромного количества малопонятных деталей, устаревших примеров или сложных математических "доказательств". Здесь освещены такие темы. Как государство борется с кризисами и безработицей, используя монетарную и фискальную политики. Как и почему международная торговля приносит нам пользу. Почему от плохо разработанных прав собственности страдает окружающая среда, где происходит глобальное потепление, загрязнение воздуха, воды и грунта и исчезают виды растений и животных. Как прибыль стимулирует предприятия производить необходимые товары и услуги. Почему для общества конкурирующие фирмы почти всегда лучше, чем монополисты. Каким образом Федеральный резерв одновременно руководит количеством денег, процентными ставками и инфляцией. Почему политика государства в виде контроля над ценообразованием и выдачи субсидий обычно приносит больше вреда, чем пользы. Как простая модель спроса и предложения может объяснить назначение цены на все, начиная с комиксов и заканчивая операциями на открытом сердце. Я сделаю все, от меня зависящее, чтобы все вышеперечисленное — и даже больше — объяснить вам ясным и понятным языком. В этой книге я разместил информацию таким образом, чтобы передать вам бразды правления. Вы можете читать главы в произвольном порядке, у вас есть возможность сразу же попасть туда, куда пожелаете, без необходимости читать все то, на что вы не хотите тратить свое внимание. Экономистам нравится конкуренция, поэтому вас не должно удивлять, что у нас существует множество спорных точек зрения и вариантов каких-либо определений. Более того, лишь в результате энергичных дебатов и внимательнейшего обзора всех фактов, предлагаемых нашей профессией, можно понять взаимосвязи и механизмы нашего мира. В этой книге я постараюсь прояснить те фантазии или идеи, которые приводят к многим разногласиям. Эта книга содержит перечень ключевых идей и концепций, которые экономисты признают справедливыми и важными. (Если же вы захотите, чтобы я высказал собственную точку зрения и назвал вам свои любимые теории, то придется заказать мне чего-нибудь горячительного!) Однако экономисты не достигли согласия даже по поводу того, каким образом представлять ключевые идеи и концепции, так что в данном случае мне нужно было принять несколько решений об организации и структуре. Например, когда речь идет о макроэкономике, я использую кейнсианский подход даже в том случае, когда приходится объяснять некоторые не-кейнсианские концепции. (Если вы не знаете, кто такой Кейнс или что такое кейнсианство, Не переживайте, позднее я вам его представлю.) Некоторым из вас это может не понравиться, но, по моему мнению, это способствует краткости изложения.

Шон Масаки Флинн

Экономика / Финансы и бизнес