Читаем Взгляните на картины полностью

Но вот мой взгляд опять падает на лицо Богоматери, и я замечаю, что складки ее полотняного головного убора рифмуются с жестом Марии Магдалины, создавая своего рода закольцованное пульсирующее движение, напоминающее «ломаные ритмы» Джерарда Мэнли Хопкинса[19]. Наконец, руки Богоматери. Они не только прекрасны сами по себе, но и находятся в гармоничном сопряжении. Левая кисть – окоченевшая и все-таки живая – вторит руке мертвого Христа; правая, помещенная между черепом Адама и изящной стопой святого Иоанна, словно черпает новые силы откуда-то из недр земли. Диагонально восходящую линию, заданную складками ее одеяния, продолжает рука святого Иоанна, и взгляд, пройдя по этой восходящей траектории, останавливается на его лице. Этот характерный типаж, который можно в значительной степени считать изобретением Рогира, будет потом неоднократно возникать во фламандском искусстве на протяжении всего XV века. Леонардо да Винчи считал, что подобным персонажам художники непременно склонны придавать – хотя бы отчасти – собственные портретные черты. И действительно, с портрета Рогира из Аррасского сборника[20] на нас смотрит такой же серьезный человек, в наружности которого читается нравственная твердость и требовательность к себе. Он не из тех, кто составит вам приятную компанию и поможет развеяться. Но и манить химерами недостижимого идеала тоже не станет. Никакого пафоса и экзальтации. Лишь будничная работа и понимание своего долга. Этакий добродетельный буржуа, богобоязненный труженик. Он знает цену предметам материального мира и обращается с ними ловко и бережно, при этом хорошо понимая, что мир вещей – не более чем наше временное пристанище.

Роже де ля Пастюр, известный как Рогир ван дер Вейден (ок. 1400–1464). Снятие с креста. Темпера и масло на доске. 220 × 262 см

Произведение выполнено по заказу гильдии арбалетчиков Лёвена для капеллы Богоматери, «что за городскими стенами» (Notre-Dame-hors-des-Murs). После приобретения сестрой Карла V Марией Австрийской картина была перевезена в Испанию. С 1574 года работа находилась в Эскориале, пока в 1943 году по распоряжению генерала Франко не была передана в музей Прадо. Дата создания остается предметом споров. Исходя из физиогномического сходства Никодима с портретом кисти Кампена, предположительно изображающим Робера де Масмина, ряд специалистов датируют картину годом смерти последнего – 1430-м. Другие авторы полагают, что создание произведения относится, скорее, к 1443 году. Что касается предлагаемой здесь датировки (1435 год), то она принята на основании как стилистических особенностей, так и исторических фактов: известно, что именно в этом году Рогир приобрел славу и состояние, и не исключено, что эта поворотная точка в его карьере явилась результатом создания данного шедевра.

«Снятие с креста» было признано выдающимся произведением уже в эпоху его создания. В 1443 году с картины сделали копию, а в 1567 году появилась великолепная копия, написанная по заказу Филиппа II Михилем Кокси и хранившаяся в Прадо, однако теперь занявшая место в экспозиции Эскориала.

Делакруа

«Вступление крестоносцев в Константинополь»

Делакруа. Вступление крестоносцев в Константинополь. 1840


Перейти на страницу:

Все книги серии Арт-книга

Сезанн. Жизнь
Сезанн. Жизнь

Одна из ключевых фигур искусства XX века, Поль Сезанн уже при жизни превратился в легенду. Его биография обросла мифами, а творчество – спекуляциями психоаналитиков. Алекс Данчев с профессионализмом реставратора удаляет многочисленные наслоения, открывая подлинного человека и творца – тонкого, умного, образованного, глубоко укорененного в классической традиции и сумевшего ее переосмыслить. Бескомпромиссность и абсолютное бескорыстие сделали Сезанна образцом для подражания, вдохновителем многих поколений художников. На страницах книги автор предоставляет слово самому художнику и людям из его окружения – друзьям и врагам, наставникам и последователям, – а также столпам современной культуры, избравшим Поля Сезанна эталоном, мессией, талисманом. Матисс, Гоген, Пикассо, Рильке, Беккет и Хайдеггер раскрывают секрет гипнотического влияния, которое Сезанн оказал на искусство XX века, раз и навсегда изменив наше видение мира.

Алекс Данчев

Мировая художественная культура
Ван Гог. Жизнь
Ван Гог. Жизнь

Избрав своим новым героем прославленного голландского художника, лауреаты Пулицеровской премии Стивен Найфи и Грегори Уайт-Смит, по собственному признанию, не подозревали, насколько сложные задачи предстоит решить биографам Винсента Ван Гога в XXI веке. Более чем за сто лет о жизни и творчестве художника было написано немыслимое количество работ, выводы которых авторам новой биографии необходимо было учесть или опровергнуть. Благодаря тесному сотрудничеству с Музеем Ван Гога в Амстердаме Найфи и Уайт-Смит получили свободный доступ к редким документам из семейного архива, многие из которых и по сей день оставались в тени знаменитых писем самого Винсента Ван Гога. Опубликованная в 2011 году, новая фундаментальная биография «Ван Гог. Жизнь», работа над которой продлилась целых 10 лет, заслужила лестные отзывы критиков. Захватывающая, как роман XIX века, эта исчерпывающе документированная история о честолюбивых стремлениях и достигнутом упорным трудом мимолетном успехе теперь и на русском языке.

Грегори Уайт-Смит , Стивен Найфи

Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги
Галерея аферистов
Галерея аферистов

Согласно отзывам критиков ведущих мировых изданий, «Галерея аферистов» – «обаятельная, остроумная и неотразимо увлекательная книга» об истории искусства. Но главное ее достоинство, и отличие от других, даже не в этом. Та история искусства, о которой повествует автор, скорее всего, мало знакома даже самым осведомленным его ценителям. Как это возможно? Секрет прост: и самые прославленные произведения живописи и скульптуры, о которых, кажется, известно всё и всем, и знаменитые на весь мир объекты «контемпорари арт» до сих пор хранят множество тайн. Одна из них – тайна пути, подчас непростого и полного приключений, который привел все эти произведения из мастерской творца в музейный зал или галерейное пространство, где мы привыкли видеть их сегодня. И уж тем более мало кому известны имена людей, несколько веков или десятилетий назад имевших смелость назначить цену ныне бесценным шедеврам… или возвести в ранг шедевра сомнительное творение современника, выручив за него сумму с полудюжиной нулей.История искусства от Филипа Хука – британского искусствоведа, автора знаменитого на весь мир «Завтрака у Sotheby's» и многолетнего эксперта лондонского филиала этого аукционного дома – это история блестящей изобретательности и безумной одержимости, неутолимых амбиций, изощренной хитрости и вдохновенного авантюризма.

Филип Хук

Искусствоведение

Похожие книги

Обри Бердслей
Обри Бердслей

Обри Бердслей – один из самых известных в мире художников-графиков, поэт и музыкант. В каждой из этих своих индивидуальных сущностей он был необычайно одарен, а в первой оказался уникален. Это стало ясно уже тогда, когда Бердслей создал свои первые работы, благодаря которым молодой художник стал одним из основателей стиля модерн и первым, кто с высочайшими творческими стандартами подошел к оформлению периодических печатных изданий, афиш и плакатов. Он был эстетом в творчестве и в жизни. Все три пары эстетических категорий – прекрасное и безобразное, возвышенное и низменное, трагическое и комическое – нашли отражение в том, как Бердслей рисовал, и в том, как он жил. Во всем интуитивно элегантный, он принес в декоративное искусство новую энергию и предложил зрителям заглянуть в запретный мир еще трех «э» – эстетики, эклектики и эротики.

Мэттью Стерджис

Мировая художественная культура
Сезанн. Жизнь
Сезанн. Жизнь

Одна из ключевых фигур искусства XX века, Поль Сезанн уже при жизни превратился в легенду. Его биография обросла мифами, а творчество – спекуляциями психоаналитиков. Алекс Данчев с профессионализмом реставратора удаляет многочисленные наслоения, открывая подлинного человека и творца – тонкого, умного, образованного, глубоко укорененного в классической традиции и сумевшего ее переосмыслить. Бескомпромиссность и абсолютное бескорыстие сделали Сезанна образцом для подражания, вдохновителем многих поколений художников. На страницах книги автор предоставляет слово самому художнику и людям из его окружения – друзьям и врагам, наставникам и последователям, – а также столпам современной культуры, избравшим Поля Сезанна эталоном, мессией, талисманом. Матисс, Гоген, Пикассо, Рильке, Беккет и Хайдеггер раскрывают секрет гипнотического влияния, которое Сезанн оказал на искусство XX века, раз и навсегда изменив наше видение мира.

Алекс Данчев

Мировая художественная культура
Миф. Греческие мифы в пересказе
Миф. Греческие мифы в пересказе

Кто-то спросит, дескать, зачем нам очередное переложение греческих мифов и сказаний? Во-первых, старые истории живут в пересказах, то есть не каменеют и не превращаются в догму. Во-вторых, греческая мифология богата на материал, который вплоть до второй половины ХХ века даже у воспевателей античности — художников, скульпторов, поэтов — порой вызывал девичью стыдливость. Сейчас наконец пришло время по-взрослому, с интересом и здорóво воспринимать мифы древних греков — без купюр и отведенных в сторону глаз. И кому, как не Стивену Фраю, сделать это? В-третьих, Фрай вовсе не пытается толковать пересказываемые им истории. И не потому, что у него нет мнения о них, — он просто честно пересказывает, а копаться в смыслах предоставляет антропологам и философам. В-четвертых, да, все эти сюжеты можно найти в сотнях книг, посвященных Древней Греции. Но Фрай заново составляет из них букет, его книга — это своего рода икебана. На цветы, ветки, палки и вазы можно глядеть в цветочном магазине по отдельности, но человечество по-прежнему составляет и покупает букеты. Читать эту книгу, помимо очевидной развлекательной и отдыхательной ценности, стоит и ради того, чтобы стряхнуть пыль с детских воспоминаний о Куне и его «Легендах и мифах Древней Греции», привести в порядок фамильные древа богов и героев, наверняка давно перепутавшиеся у вас в голове, а также вспомнить мифогенную географию Греции: где что находилось, кто куда бегал и где прятался. Книга Фрая — это прекрасный способ попасть в Древнюю Грецию, а заодно и как следует повеселиться: стиль Фрая — неизменная гарантия настоящего читательского приключения.

Стивен Фрай

Мировая художественная культура / Проза / Проза прочее