При этом моя курьерская деятельность не прекратилась, а сменились маршруты и увеличились расстояния. По моим догадкам, изменения коснулись, прежде всего, степени важности перевозимых документов. Ездил я теперь не по городу, а между городами, и по очень неблизким маршрутам. Хотя суть внешне оставалась прежней: приехал, нашел адресата, вручил пакет, получил роспись в книге. Бывало, уезжал на неделю-полторы, хотя такие долгие поездки случались не часто. Существовал в это время, как начинка своего автомобиля, - круглые сутки в машине, изредка - в мотеле или гостинице, обычно на ночь, не больше. Вот и сегодня меня вызвал Данилов, вручил командировочное предписание и велел завтра отправляться в долгий путь. Очень долгий: сначала в Курск, потом в Воронеж - в эти города я завезу документы, они уже сформированы пакетами и я получу их в приемной. Из Воронежа дорога в Волгоград, а оттуда в Краснодар, там и там документы заберу и привезу к нам. В общем, КВ ВК, а не маршрут. Конечно, я пытался понять, для чего вместо DHL или "Экспресс-почты", а то и фельдъегерской связи езжу с конвертами я, ведь это не сильно дешевле и вряд ли надежнее. Но у руководства банка был какой-то свой резон, иначе не гоняли бы меня (и не только меня) и банковские машины - я ведь не на своей катался.
Закончив, что мог успеть закончить, обошел подчиненных, растолкал то, что было в стадии исполнения и завершения, еще раз прошел по отделам и службам банка. Договорился забрать конверты, что должен везти, завтра рано утром у дежурного и уехал по своим делам. В списке этих дел было посещение друга отца, дяди Коли. Приехал, поставил машину у дома, поднялся на этаж. Позвонил раз, другой, третий - никто не открывает. Скрипнула дверь напротив, из-за нее высунула нос знавшая меня соседка:
-А он в больнице, в третьей городской! Заболел, кашляет очень. Это тут неподалеку!
Я и сам знал, где третья городская. Подъехал к ее корпусам минут через десять, уже заскочив в магазинчик поблизости и затоварившись продуктами для передачи, ходить без них к больному неприлично. Причем, всегда чувствуешь себя в этой ситуации немного идиотом: что нести - не знаешь, а идти пустым нельзя. Искать по палатам не пришлось: дядя Коля сидел на скамье центральной аллеи неподалеку от входа на территорию, грелся на теплом весеннем солнышке. Я подошел, он встал, обнял, сказал:
-Да вот, на память о зиме схватил простуду, кашель душит! Закололи меня, да что-то пока без толку. Иду к себе в палату из диагностики, это во-он тот корпус! Просветили да простукали всего.
Мы присели, я рассказал о своих делах, о том, что уезжаю, оставил принесенные продукты. Достал визитку, записал номер мобильного, подчеркнул номера своего служебного телефона и приемной банка - велел, в случае чего, в мое отсутствие звонить туда, Тамару я предупрежу. Поговорили еще немного, и я уехал.
***
Домой вернулся на четырнадцатый день. Как всегда, с ног не валился, но непрерывная езда, с короткими перерывами на перекус и на ночевку, все равно сказывается на самочувствии. Сразу проехал в банк, зашел к Данилову с привезенными документами. О доставленных бумагах в Курск и Воронеж он, разумеется, знал. Поговорили о поездке и дороге, о накопившихся за эти дни делах насущных, обсудили предстоящую немалую трату - приобретение нового сервера для банка, после чего я был отпущен до завтра - отдыхать с дороги.
Зашел в приемную управляющего и наткнулся на странный взгляд секретарши Тамары, сочувственно спросившей:
-А у вас кто-то из близких болеет?
Я недоуменно пожал плечами, и она передала мне листок из блокнота. На нем запись: "Областной онкодиспансер, врач Коваленко Сергей Дмитриевич, позвонить по номеру..." Озадаченно перечитав, прошел к себе и набрал номер. На том конце ответил мужской голос, я представился и спросил, что случилось. Голос сообщил, что у них находится Литвинов Николай Иванович, поступил из горбольницы номер три десять дней назад, состояние стабильно тяжелое с тенденцией на ухудшение. Хочет меня видеть, спрашивал уже несколько раз. И добавил, помолчав:
-Вы не тяните с посещением, а то можете не успеть...
***