Читаем Знакомьтесь, литература! От Античности до Шекспира полностью

Сначала Марло приобрел известность как талантливый поэт-переводчик с греческого и латыни, но уже в 1584 году он дебютирует на лондонской сцене с трагедией «Дидона, царица Карфагена», написанной в соавторстве с Томасом Нэшем. Истинный гуманист, бунтарь по натуре, возрожденческий человек и яркий самобытный художник, он одну за одной создает пьесы, имеющие огромный успех у публики. «Тамерлан Великий», где изображена борьба против тирании и дана такая уничижительная критика религии, что даже в наши дни текст этой трагедии при постановке подвергают цензурным купюрам, чтобы случайно не задеть чьи-то чувства. Трагедия «Мальтийский еврей», с главного героя которой Шекспир впоследствии списал своего Шейлока из «Венецианского купца». Историческая хроника «Король Эдуард II» о гибели молодого английского монарха XIV века, известного своими гомосексуальными наклонностями и убитого посредством раскаленной кочерги, глубоко засунутой в задний проход. Кроме того, Кристофер Марло был первым, кто создал литературный вариант истории доктора Фауста на основе немецкой народной легенды, переведенной и изданной в Англии в 1550 году.


Исполнение Венецианского купца (акт 1, сц. Iii) в елизаветинском театре Глобус


Последней трагедией Марло стала «Парижская резня», основанная на событиях печально известной Варфоломеевской ночи. Премьера этой пьесы состоялась в 1593 году. В том же году в квартиру Марло, где оказался в тот момент бедолага Кид, по доносу некоего Ричарда Бейнза, профессионального сексота, врываются полицейские. Увы, иногда история сохраняет и такие имена. Бейнз давно следил за Марло и тщательно документировал все возмутившие его речи: «Почти во всякой компании, в какой он оказывается, совращает людей на атеизм, убеждая не бояться привидений и домовых», а еще говорит, что «первоначальной целью религии было держать людей в страхе, Моисей — фокусник, а святой Павел — обманщик».

Дальше происходит странное: после выбитых у Кида показаний выходит постановление об аресте, полицейский констебль задерживает Марло, однако за этим не следует ни суда, ни пыток, ни разбирательств, драматурга отпускают под обязательство ежедневно отмечаться в Тайном совете. Меньше чем через две недели после задержания, 30 мая 1593 года, в таверне на юго-востоке Лондона происходит событие, о котором нам детально известно из полицейского протокола — как мало бы знали мы о жизни поэтов, не существуй на свете этих полезнейших документов! В переводе с английского канцелярита XVI века на современный протокольный русский это выглядит так:

«30 мая 1593 года, находясь в кафе Дептфордского р-на города Лондон, после совместного распития спиртных напитков с Поули Р., Скирсом Н. и Фрайзером И., в ходе ссоры на почве внезапно возникших неприязненных отношений, Марло К., завладев принадлежащим Фрайзеру И. охотничьим ножом, нанес вышеуказанному Фрайзеру И. не менее двух ударов в область головы, вследствие чего причинил телесные повреждения легкой степени тяжести. Фрайзер И., действуя непредумышленно и в рамках необходимой обороны, воспользовавшись опьянением Марло К., отобрал принадлежащий ему охотничий нож и нанес им Марло К. проникающее ранение черепа в области лба над правым глазом, от которого Марло К. скончался на месте происшествия».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Психодиахронологика: Психоистория русской литературы от романтизма до наших дней
Психодиахронологика: Психоистория русской литературы от романтизма до наших дней

Читатель обнаружит в этой книге смесь разных дисциплин, состоящую из психоанализа, логики, истории литературы и культуры. Менее всего это смешение мыслилось нами как дополнение одного объяснения материала другим, ведущееся по принципу: там, где кончается психология, начинается логика, и там, где кончается логика, начинается историческое исследование. Метод, положенный в основу нашей работы, антиплюралистичен. Мы руководствовались убеждением, что психоанализ, логика и история — это одно и то же… Инструментальной задачей нашей книги была выработка такого метаязыка, в котором термины психоанализа, логики и диахронической культурологии были бы взаимопереводимы. Что касается существа дела, то оно заключалось в том, чтобы установить соответствия между онтогенезом и филогенезом. Мы попытались совместить в нашей книге фрейдизм и психологию интеллекта, которую развернули Ж. Пиаже, К. Левин, Л. С. Выготский, хотя предпочтение было почти безоговорочно отдано фрейдизму.Нашим материалом была русская литература, начиная с пушкинской эпохи (которую мы определяем как романтизм) и вплоть до современности. Иногда мы выходили за пределы литературоведения в область общей культурологии. Мы дали психо-логическую характеристику следующим периодам: романтизму (начало XIX в.), реализму (1840–80-е гг.), символизму (рубеж прошлого и нынешнего столетий), авангарду (перешедшему в середине 1920-х гг. в тоталитарную культуру), постмодернизму (возникшему в 1960-е гг.).И. П. Смирнов

Игорь Павлович Смирнов , Игорь Смирнов

Культурология / Литературоведение / Образование и наука