Читаем Галина Волчек как правило вне правил полностью

И вот у «Современника» новый адрес — площадь Журавлева, дом 1. Дворец культуры, некогда прославленный советским КВНом, а также шумной премьерой перестроечной картины Сергея Соловьева «Асса», оказался совсем не приспособлен для театра, да еще с большим серьезным репертуаром.


Ольга Султанова, помощник режиссера: — Старое здание, декорации хранить негде — их на спектакли привозили с Чистых прудов на площадь Журавлева и потом обратно. Лифтов нет, репетиционные залы на третьем и пятом этажах. В зрительном зале вообще акустические ямы, и артисты нервничали, когда работали, думали, что их не слышно. Службы из подвала таскали на себе костюмы. Примоститься негде: узкий коридор, семь гримерок, каждая на три человека, и одна большая для массовки — так что особо не разгуляешься. Бывало, по мосткам наверху над сценой идешь, все скрипит, того и гляди упадешь. В общем, было нелегко, но все же как-то приспосабливались.

Приспособились, многое переделали под себя, хотя настроение в труппе кислое. Но Волчек находит одно слово, которое позволяет изменить черный цвет на более светлый. «Это не переезд, — говорит она. — Это эвакуация, а из нее люди всегда возвращались». В этом вся Волчек — главное, не оглядываться, не ковырять рану, а бежать дальше.


Галина Волчек

Фото Олега Хаимова


«Амстердам» Александра Галина

Скворцов — Михаил Ефремов. Лариса — Алена Бабенко

Фото Сергея Петрова


«Поздняя любовь» А. Н. Островского

Сцена из спектакля с участием Василия Мищенко, Дмитрия Гирева, Николая Клямчука, Марины Хазовой. Фото Сергея Петрова


«Современник», выехав из Дворца на Яузе в конце 2018 года, оставил театрам, которые так же временно въезжали на площадь Журавлева после него, внутреннюю трансляцию (она была только в основных гримерках), звонки в зрительном зале, связь со световым и звуковым пультами, а также новые штанкеты, которые частично заменили старые. (Именно из-за старого штанкетного оборудования один раз пришлось отменять спектакль «Враги. История любви» — не пошла сложная самодвижущаяся кулиса.)

Теперь, оглядываясь назад, можно только удивляться: как в таких экстремальных условиях Волчек и ее команда выпускали премьеры? Их за три года «эвакуации» восемь: «Поздняя любовь», «Скажите, люди, куда идет этот поезд…», «Свадьба», «Амстердам», «Не становись чужим», «Шагает солнце по бульварам», «Декамерон», «Дама».


«Скажите, люди, куда идет этот поезд…» Анны Батуриной

Сцена из спектакля

Фото Сергея Петрова


«Не становись чужим» Гарольда Пинтера

Сцена из спектакля с участием Сергея Шеховцова, Ильи Древнова, Михаила Ефремова, Дмитрия Смолева. Фото Сергея Петрова

2015

{ДВОРЕЦ НА ЯУЗЕ}

Заботы, проблемы, которые в ежедневном режиме подкидывает жизнь, Волчек решает, но ее кипучая повседневность происходит на фоне прогрессирующей болезни. С каждым днем ей становится все труднее ходить, и сколько она ни обращается к врачам — в России или за рубежом, — положение ее только усугубляется. И вот она уже в инвалидной коляске. Слово преодоление становится основным в жизни: с ним она просыпается, с ним — ложится.


Дольган Лиджиев, врач, использующий восточные практики: — Преодоление — лишь одно из ее слов. Тут я бы добавил: сила духа, характер, целеустремленность. У Галины Борисовны действительно очень серьезные проблемы с опорно-двигательным аппаратом, но в том-то и дело, что она не считает себя больной. Внутренне она здорова, и мы часто говорим с ней о том, что, если звезды так сойдутся, мы еще будем танцевать с ней вальс.


Лиджиеву Волчек доверяет, называет его «мой кармический доктор», а она для него — «энергетическая мама».

Дольган Лиджиев:

Перейти на страницу:

Все книги серии Театральная серия

Польский театр Катастрофы
Польский театр Катастрофы

Трагедия Холокоста была крайне болезненной темой для Польши после Второй мировой войны. Несмотря на известные факты помощи поляков евреям, большинство польского населения, по мнению автора этой книги, занимало позицию «сторонних наблюдателей» Катастрофы. Такой постыдный опыт было трудно осознать современникам войны и их потомкам, которые охотнее мыслили себя в категориях жертв и героев. Усугубляли проблему и цензурные ограничения, введенные властями коммунистической Польши.Книга Гжегожа Низёлека посвящена истории напряженных отношений, которые связывали тему Катастрофы и польский театр. Критическому анализу в ней подвергается игра, идущая как на сцене, так и за ее пределами, — игра памяти и беспамятства, знания и его отсутствия. Автор тщательно исследует проблему «слепоты» театра по отношению к Катастрофе, но еще больше внимания уделяет примерам, когда драматурги и режиссеры хотя бы подспудно касались этой темы. Именно формы иносказательного разговора о Катастрофе, по мнению исследователя, лежат в основе самых выдающихся явлений польского послевоенного театра, в числе которых спектакли Леона Шиллера, Ежи Гротовского, Юзефа Шайны, Эрвина Аксера, Тадеуша Кантора, Анджея Вайды и др.Гжегож Низёлек — заведующий кафедрой театра и драмы на факультете полонистики Ягеллонского университета в Кракове.

Гжегож Низёлек

Искусствоведение / Прочее / Зарубежная литература о культуре и искусстве
Мариус Петипа. В плену у Терпсихоры
Мариус Петипа. В плену у Терпсихоры

Основанная на богатом документальном и критическом материале, книга представляет читателю широкую панораму развития русского балета второй половины XIX века. Автор подробно рассказывает о театральном процессе того времени: как происходило обновление репертуара, кто были ведущими танцовщиками, музыкантами и художниками. В центре повествования — история легендарного Мариуса Петипа. Француз по происхождению, он приехал в молодом возрасте в Россию с целью поступить на службу танцовщиком в дирекцию императорских театров и стал выдающимся хореографом, ключевой фигурой своей культурной эпохи, чье наследие до сих пор занимает важное место в репертуаре многих театров мира.Наталия Дмитриевна Мельник (литературный псевдоним — Наталия Чернышова-Мельник) — журналист, редактор и литературный переводчик, кандидат филологических наук, доцент Санкт-Петербургского государственного института кино и телевидения. Член Союза журналистов Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Автор книг о великих князьях Дома Романовых и о знаменитом антрепренере С. П. Дягилеве.

Наталия Дмитриевна Чернышова-Мельник

Искусствоведение
Современный танец в Швейцарии. 1960–2010
Современный танец в Швейцарии. 1960–2010

Как в Швейцарии появился современный танец, как он развивался и достиг признания? Исследовательницы Анн Давье и Анни Сюке побеседовали с представителями нескольких поколений швейцарских танцоров, хореографов и зрителей, проследив все этапы становления современного танца – от школ классического балета до перформансов последних десятилетий. В этой книге мы попадаем в Кьяссо, Цюрих, Женеву, Невшатель, Базель и другие швейцарские города, где знакомимся с разными направлениями современной танцевальной культуры – от классического танца во французской Швейцарии до «аусдрукстанца» в немецкой. Современный танец кардинально изменил консервативную швейцарскую культуру прошлого, и, судя по всему, процесс художественной модернизации продолжает набирать обороты. Анн Давье – искусствовед, директор Ассоциации современного танца (ADC), главный редактор журнала ADC. Анни Сюке – историк танца, независимый исследователь, в прошлом – преподаватель истории и эстетики танца в Школе изящных искусств Женевы и университете Париж VIII.

Анн Давье , Анни Сюке

Культурология

Похожие книги

Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Карина Саркисьянц , Михаил Михайлович Козаков

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное
Актеры советского кино
Актеры советского кино

Советский кинематограф 1960-х — начала 1990-х годов подарил нам целую плеяду блестящих актеров: О. Даль, А. Солоницын, Р. Быков, М. Кононов, Ю. Богатырев, В. Дворжецкий, Г. Бурков, О. Янковский, А. Абдулов… Они привнесли в позднесоветские фильмы новый образ человека — живого, естественного, неоднозначного, подчас парадоксального. Неоднозначны и судьбы самих актеров. Если зритель представляет Солоницына как философа и аскета, Кононова — как простака, а Янковского — как денди, то книга позволит увидеть их более реальные характеры. Даст возможность и глубже понять нерв того времени, и страну, что исчезла, как Атлантида, и то, как на ее месте возникло общество, одного из главных героев которого воплотил на экране Сергей Бодров.Автор Ирина Кравченко, журналистка, историк искусства, известная по статьям в популярных журналах «STORY», «Караван историй» и других, использовала в настоящем издании собранные ею воспоминания об актерах их родственников, друзей, коллег. Книга несомненно будет интересна широкому кругу читателей.

Ирина Анатольевна Кравченко

Театр