Читаем Я продолжаю влюбляться в тебя… полностью

Я пришел в казино,Где бывал Достоевский.Где ему не везло.И он все проиграл.От обиды за классика,Как бы в отместкуЯ поставил на картуКрутой гонорар.Все, что я за недавние дниЗаработал, —Я доверил удаче,Не веря в нее…И похож был, наверное, на идиота,Обменяв на азартЗдравомыслье свое.Как гласило предание —Федор Михалыч,За последний свой срывРасплатиться не смог.И жила во мне мысль,Что, быть может, я за́ ночьЗа него отыграюТот маленький долг.Но хватило и часа…Я дилера «сглазил».Он ушел в пораженьеПоверив в мой пас…И почудилось мне,Что доволен был классик,С небольшого портретаСмотревший на нас.2014. Баден-Баден

«Я не чувствую свой возраст…»

Я не чувствую свой возрастИ не думаю о нем.Но душа моя, как хворост,Вновь охвачена огнем.И невидимое пламяОбжигает нас с тобой.Это я сжигаю память,Что хранила нашу боль.Боль от горестных предательствТех, кому поверил я,Как, наверно, верят братьям,Если мы одна семья.Боль от разочарований,От разрушенных надежд.Посреди былых развалинЯ ищу иной рубеж.Но жестоко наше время.Сколько зла таится в нем…На черта мне это бремя.И спасаюсь я огнем.2014

«Под вечер дома стол накрою…»

Под вечер дома стол накроюИ водружу коньяк на стол.Поставлю баночку с икрою,Что я в загашнике нашел.Поднимут головы тюльпаны,Как будто на дворе весна.И если вдруг я ждать устану,То пригублю из стакана́.И закушу простой оливкой.Присяду около огня.А ты войдешь такой счастливой,И счастьем озаришь меня.Я обниму тебя…Как будто,Не виделись мы много дней.И прошепчу в тиши —«Анюта,Ну, проходи к столу скорей…»У нас ни повода, ни даты,Обычный вечер декабря.Наверно, сердце виновато,Что мне так плохо без тебя.2014

«Я стал на время нелюдим…»

Я стал на время нелюдим.Сижу в «Гамбринусе» один.Один в просторном баре.А за окном – Цветной бульвар.Он оживлен… Хоть тоже стар.Но будет пуст едва ли.Я много встреч имел на дню.И потому, наверно,Так одиночество ценю.Пусть даже и в таверне…И вот сижу наединеС самим собой, изгоем.Но что-то стало грустно мнеС нахлынувшим покоем.С надеждой я звоню тебе.Мы врозь с тобой так редко.Я здесь как ветка в декабре,Заброшенная ветка.А ты, как прежде, при делах.В которых даже мелочьНе можешь делать впопыхах.Скажи, а что мне делать…И выхожу я в суетуЗеленого бульвара…Стою среди толпыИ ждуОчей твоих лукавых.2014

«Был долог путь к тебе…»

Перейти на страницу:

Все книги серии Подарочные издания. Поэзия

Похожие книги

Уильям Шекспир — природа, как отражение чувств. Перевод и семантический анализ сонетов 71, 117, 12, 112, 33, 34, 35, 97, 73, 75 Уильяма Шекспира
Уильям Шекспир — природа, как отражение чувств. Перевод и семантический анализ сонетов 71, 117, 12, 112, 33, 34, 35, 97, 73, 75 Уильяма Шекспира

Несколько месяцев назад у меня возникла идея создания подборки сонетов и фрагментов пьес, где образная тематика могла бы затронуть тему природы во всех её проявлениях для отражения чувств и переживаний барда.  По мере перевода групп сонетов, а этот процесс  нелёгкий, требующий терпения мной была формирования подборка сонетов 71, 117, 12, 112, 33, 34, 35, 97, 73 и 75, которые подходили для намеченной тематики.  Когда в пьесе «Цимбелин король Британии» словами одного из главных героев Белариуса, автор в сердцах воскликнул: «How hard it is to hide the sparks of nature!», «Насколько тяжело скрывать искры природы!». Мы знаем, что пьеса «Цимбелин король Британии», была самой последней из написанных Шекспиром, когда известный драматург уже был на апогее признания литературным бомондом Лондона. Это было время, когда на театральных подмостках Лондона преобладали постановки пьес величайшего мастера драматургии, а величайшим искусством из всех существующих был театр.  Характерно, но в 2008 году Ламберто Тассинари опубликовал 378-ми страничную книгу «Шекспир? Это писательский псевдоним Джона Флорио» («Shakespeare? It is John Florio's pen name»), имеющей такое оригинальное название в титуле, — «Shakespeare? Е il nome d'arte di John Florio». В которой довольно-таки убедительно доказывал, что оба (сам Уильям Шекспир и Джон Флорио) могли тяготеть, согласно шекспировским симпатиям к итальянской обстановке (в пьесах), а также его хорошее знание Италии, которое превосходило то, что можно было сказать об исторически принятом сыне ремесленника-перчаточника Уильяме Шекспире из Стратфорда на Эйвоне. Впрочем, никто не упомянул об хорошем знании Италии Эдуардом де Вер, 17-м графом Оксфордом, когда он по поручению королевы отправился на 11-ть месяцев в Европу, большую часть времени путешествуя по Италии! Помимо этого, хорошо была известна многолетняя дружба связавшего Эдуарда де Вера с Джоном Флорио, котором оказывал ему посильную помощь в написании исторических пьес, как консультант.  

Автор Неизвестeн

Критика / Литературоведение / Поэзия / Зарубежная классика / Зарубежная поэзия