При работе над нашим новым изданием я особенно тщательно следил за правильностью написания греческих слов.
Однако, при подготовке издания, нам необходимо было убедиться, что мы не просто воспроизводим особенности одного переписчика. Поэтому мы установили правило: любое написание, которое мы включаем, должно быть подтверждено как минимум двумя рукописями и не должно просто соответствовать распространенным ошибкам в этих рукописях. Мы приступили к редактированию Нового Завета, исходя из известных сегодня рукописей, но также активно применяя методы выявления ошибок переписчиков, разработанные Йонгкиндом и другими учеными. Мы ожидали, что наше издание будет существенно отличаться от других изданий. С точки зрения ученого, рассматривая множество мелких деталей, наше издание
Это также можно проиллюстрировать, рассмотрев первые четырнадцать стихов Евангелия от Иоанна. В пяти совершенно разных изданиях встречаются совершенно одинаковые слова и даже буквы:
• издание от 1516 года, сделанное на основе двух рукописей двенадцатого века;
• издания 1979, 1993 и 2012 годов Немецкого библейского общества, используемые большинством ученых;
• издание 2005 года Мориса Робинсона, который предпочитает тип текста, отраженный в рукописях Византийской империи;
• издание 2010 года, подготовленное Майклом Холмсом под эгидой Общества библейской литературы, крупнейшего в мире научного общества, занимающегося академическим изучением Библии и входящего в состав Американского совета научных обществ;
• издание 2017 года, сделанное в нашем институте Tyndale House, Кембридж.
Издания Немецкого библейского общества, Общества библейской литературы и Tyndale House следуют разным редакционным философиям, обращаясь к обширному материалу Евангелия от Иоанна, предшествующему всему, что было доступно Эразму, включая две ранних рукописи – Рукопись 66 и Рукопись 75, – которые как правило датируются началом третьего века[141]
.Но когда мы смотрим на эти первые четырнадцать стихов Евангелия от Иоанна, состоящие из 188 слов или 812 букв, мы не обнаруживаем каких-либо различий в этих изданиях. Эразм, основываясь на рукописях, которые оказались в его распоряжении в Базеле, Швейцария, накануне Реформации, справился с этой задачей с таким же успехом, как и ученые двадцать первого века, которые имеют доступ к знаниям, накопленным за последние пятьсот лет. В нашем распоряжении были все рукописи, обнаруженные во всех великих библиотеках и монастырях Европы и Ближнего Востока, а также все ранние папирусы, скрытые в песках Египта со времен Римской империи. Это свидетельствует о том, что текст Евангелий, который передавался на протяжении веков, остался в целостности и сохранности и ему смело можно доверять.
Однако я хочу рассмотреть этот вопрос немного глубже.
Читая этот материал, можно согласиться, что текст Евангелий при передаче не претерпел существенных изменений по сравнению с ранним периодом. Но при этом можно резонно спросить, а не мог ли текст измениться до появления самых ранних копий. Этот вопрос можно рассмотреть с разных точек зрения.
Во-первых, помните, что цель этой книги – не доказать истинность Евангелий, а продемонстрировать, что существуют разумные причины им доверять. Надеюсь, к концу этой книги я продемонстрирую, что доверие к Евангелиям более рационально, чем любая из альтернатив. История – это не математика и прямых доказательств здесь не существует.
Во-вторых, чтобы доказать, что что-то не изменилось значит доказать отрицание. А доказать отрицание часто невозможно.
В-третьих, можно продемонстрировать, что нет веских причин думать, что текст изменился. Именно это я и попытался сделать в данной главе.