Читаем На одном дыхании. Самоучитель по медитации в современном мире полностью

Вы готовы умереть прямо сейчас? Вы готовы так прожить сегодняшний день, чтобы этой ночью упокоиться с миром? Кажется, что это трудно, но такова практика, если вы отвергаете ее, сожаления всегда будут терзать вас. Если вы хотите прекратить свои страдания и избегнуть сожалений, единственный способ этого добиться ― полностью проживать каждую минуту из отведенных вам. Вот и всё. Есть только один путь, помогающий справиться с неуверенностью, страхом и страданием, и он заключается в том, чтобы жить настоящим, глубоко его осмысливая. Поступая так, вы избавитесь от сожалений.

Это тот путь, который когда-то избрал юноша, обреченный умереть через три месяца. Он принял решение прожить каждый день из оставшегося ему времени так полно, как он только может. Когда он только начал следовать принятому решению, то сразу почувствовал, как отчаяние покидает его, и очень скоро совершенно оправился от недуга. Это было чудо. Несмотря на то что врач вынес ему смертный приговор, молодой человек прожил еще целых пятнадцать лет. Я нарек его в Дхарме Чан Синх, что означает «истинная жизнь». Не будучи обреченным на смерть, он не знал, что такое реальная жизнь. Но столкнувшись со смертью, Чан Синх познал жизнь, так как с того момента, как срок его был определен, он пребывал здесь и сейчас каждую минуту каждого дня.

Альбер Камю в своем романе «Посторонний» использует выражение «момент осознания». Когда главный герой романа ― Мерсо ― узнает, что приговорен к смертной казни за совершенное им убийство, в нем зарождаются беспокойство, страх и гнев. В отчаянии он лежит на тюремной койке и смотрит сквозь оконную решетку. Вначале он видит квадратик голубого неба, такой пронзительно-голубой, что Мерсо впервые ощущает свое единение с небом. Десятилетия он жил, не замечая его высоты и света. Конечно, время от времени он поднимал к нему глаза, но не видел его по-настоящему. Теперь же, за три дня до смерти, главный герой смог глубоко постичь небо. Наступил момент осознания.

Мерсо решает прожить каждую минуту из тех, что ему остались, полно и глубоко. Вот вам заключенный, который предается глубокой медитации. Он проживает в камере отпущенные ему три дня, пребывая внутри этого голубого квадратика неба. Это его свобода. В полдень последнего дня жизни Мерсо к нему приходит католический священник, чтобы совершить обряд отпущения грехов, но узник отказывается от общения со святым отцом. Мерсо не хочет терять то недолгое время, что ему осталось, на разговоры со священником и даже не позволяет ему переступить порог камеры. Он говорит: «Священник живет словно мертвец. Он не я, я истинно живой».

Возможно, все мы живем подобно мертвецам ― движемся через жизнь в своих трупах, не соприкасаясь с ней и поддерживая ее видимость планами, тревогами и гневом, не будучи способными укрепиться в здесь и сейчас и прожить полностью то время, что у нас еще есть. Мы обязаны пробудиться! Обязаны сделать момент осознания возможным! Вот практика, что спасет нас, вот она, революция.


Неужели все самые прекрасные моменты вашей жизни уже в прошлом? Спросив себя об этом, большинство ответит, что нет, все еще нет и что они по-прежнему ожидают наступления счастья.


Не важно, сколько нам лет, все мы думаем, что самое лучшее ожидает нас впереди. Возможно, мы и опасаемся, что оно произойдет слишком поздно, но продолжаем надеяться. Однако правда в том, что если мы продолжим жить бездумно, как живем сейчас, без осознанности, ожидаемый нами момент никогда не наступит.

Учение Будды объясняет прямо и просто, как превратить настоящее в самый значительный и прекрасный момент вашей жизни. Настоящее должно им стать. Все, что вам для этого понадобится, ― свобода. Освободитесь от тревог и забот о прошлом, будущем и тому подобных вещах.

Вам поможет в этом глубокое понимание непостоянства. Очень полезно удерживать концентрацию на непостоянстве всего живого. Вы думаете, что другие люди пребудут с вами всегда, но это неправда, они непостоянны так же, как вы сами. Так что если вы можете сделать или сказать что-то, чтобы осчастливить других, делайте и говорите это прямо сейчас. Или сейчас, или никогда.

Умирание ― важная составляющая буддийской практики, не менее важная, чем прожитие жизни. Смерть так же значима, как и рождение, поскольку они со-существуют, без одного нет другого, они ходят рука об руку и их взаимодействие обуславливает возможность самой жизни.

А потому не бойтесь смерти. Она лишь продолжение, такое же, как рождение. В каждый отдельный миг она свершается в вашем теле ― одни клетки умирают, чтобы дать жизнь другим клеткам. Смерть необходима для жизни, без нее не было бы рождения, как без правой стороны не может быть левой. Не цепляйтесь за надежду на вечную жизнь, примите и то и другое ― и рождение, и смерть.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Иисус Неизвестный
Иисус Неизвестный

Дмитрий Мережковский вошел в литературу как поэт и переводчик, пробовал себя как критик и драматург, огромную популярность снискали его трилогия «Христос и Антихрист», исследования «Лев Толстой и Достоевский» и «Гоголь и черт» (1906). Но всю жизнь он находился в поисках той окончательной формы, в которую можно было бы облечь собственные философские идеи. Мережковский был убежден, что Евангелие не было правильно прочитано и Иисус не был понят, что за Ветхим и Новым Заветом человечество ждет Третий Завет, Царство Духа. Он искал в мировой и русской истории, творчестве русских писателей подтверждение тому, что это новое Царство грядет, что будущее подает нынешнему свои знаки о будущем Конце и преображении. И если взглянуть на творческий путь писателя, видно, что он весь устремлен к книге «Иисус Неизвестный», должен был ею завершиться, стать той вершиной, к которой он шел долго и упорно.

Дмитрий Сергеевич Мережковский

Философия / Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика / Образование и наука
Библия. Синодальный перевод (RST)
Библия. Синодальный перевод (RST)

Данный перевод Библии был осуществлён в течение XIX века и авторизован Святейшим Правительствующим Синодом для домашнего (не богослужебного) чтения. Синодальный перевод имеет высокий авторитет и широко используется не только в православной Церкви, но и в других христианских конфессиях.Перевод книг Ветхого Завета осуществлялся с иврита (масоретского текста) с некоторым учётом церковнославянского текста, восходящего к переводу семидесяти толковников (Септуагинта); Нового Завета — с греческого оригинала. Литературный язык перевода находится под сильным влиянием церковнославянского языка. Стоить заметить, что стремление переводчиков следовать православной догматике привело к тому, что в результате данный перевод содержит многочисленные отклонения от масоретского текста, а также тенденциозные интерпретации оригинала.

Библия , РБО

Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика