Читаем Неправильный демон (СИ) полностью

И нет, я совершенно не собирался становиться классическим шаманом, да и не говорилось в тех книгах о чем-то подобном. Нет. Я собирался создать свой гибрид, мультикласс. Взяв лучшие приёмы из доступного мне, я соединю их в пускай простые, а порой и примитивные алгоритмы, но эффективность которых будет в десятки раз лучше. Магия разума, магия пространства, ножевой бой и сила духов найдут своё место в фундаменте моего могущества. О да, я буду совершенен и непобедим. Я буду править миром!




- Хахахах... Ахахахахаха!




- И чего это ты тут смеешься, братик? - Внезапно всю атмосферу самовосхваления сломала появившаяся из ниоткуда в моём царстве тьмы, библиотекой другими именуемой, наряженная в костюм девочки-волшебницы старшая сестра. И весь пафос как ветром сдуло.




- Тренирую злодейский смех, конечно же. Я же будущий Повелитель Тьмы! - Пафосно воскликнул я, встав в эффектную позу на одной из невысоких стопок книг.




- Хм, говорить это действующей девочке-волшебнице в лицо... Это вызов! - Тут же заговорщически блеснули её глаза.




- Мне не страшна кара даже сильнейшей из девочек волшебниц! Мои козни не остановить! - Продолжал я толкать пафос. - Ты же мне поддашься, сестра? - На секунду выйдя из роли, спросил я у сестры.




- Конечно же, - важно кивнула она.




И я вновь вернулся к своей роли.




- Так, на чем я там остановился?




- На том, что твои козни не остановить, - милостиво подсказала мне сестра.




- Ах да, вспомнил, - благодарно кивнул ей. - Мои козни не остановить. Тьма мне мать, Раздор мой отец. Смерть мне сестра, Боль и Отчаяние мои невесты. Хаос - моё предназначение. Меня не остановить. Я - Стихия! Я - Конец! Я - Катаклизм! Я - Вечен! И все, кто пойдёт против меня, познают на себе мощь моей армии, чьи неисчислимые полчища затмевают собой небеса. Так склонись же, перед своим Владыкой, девочка-волшебница! - Закончил я свою полностью импровизированную речь и замолчал.




Прошла пара секунд и мы с сестрой только молча смотрели друг на друга, оба стоя в очень странных, но, по-нашему мнению, очень крутых позах. Прошла ещё парочка секунд, а ничего не изменилось. Через ещё пару секунд у меня зачесалось чуть ниже лопатки.




- Эм, ну хоть в щеку поцелуй, что ли. Я же старался!




- Иди сюда! - Тут же заграбастав меня в свои крепкие объятия, Серафалл принялась каваиться, используя меня не как брата, а как плюшевую сестрицу.




Вот тут я понял, что допустил очень большую ошибку. Ибо подобное будет надолго.




И именно этот момент выбрала Сона, чтобы проведать своего слишком безответственного брата, который снова засиделся в своём книжном царстве и пропустил не только обед, но и ужин. Как вы думаете, что она увидела? А увидела она весьма страшную для неё картину. Её любимого брата сейчас просто зверски мучила её старшая сестра. Иначе почему лицо её братика было столь отчаянным и бледным? А ведь оно так и кричало "беги!". В общем Сона выронила из рук поднос, а когда на звук упавшей посуды отвлеклась от своего занятия Серафалл, быстро стартовала с места прочь. Пока и её не схватили. А брат? А брат что? Он сильный, он выдержит, а она хрупкая и ей нужна постоянная защита. Вот пускай брат её и защитит. Его жертва не будет забыта.




- Кажется, ты её напугала, - тихо заметил я.




- Я? - Чуть ли не плачущим голосом переспросила она. Иногда меня просто поражает то, как быстро меняются её эмоции. Мда, эксперименты с магией для сестры прошли совсем не без последствий. Как я уже говорил, огромная сила имеет свою цену. И это часть того, чем заплатила Серафалл.




- Не плачь, сестра, она просто от неожиданности. А на самом деле она тебя любит, - утешил её, нежно обняв в ответ.




- Ты думаешь? - С капельками слёз в уголках глаз спросила она с такой надеждой в голосе...




- Конечно же! Думаю она даже завтра не откажется провести с тобой целый день. Ну и со мной заодно. Представь себе: ты, я и она целый день вместе будем веселиться. Правда класс? - тут же выдал очередной предлог для скорейшего успокоения. Сам тем временем лихорадочно думая над тем, как мне на подобное уговорить саму Сону.




- Да, это будет чудесно! Я, ты и Со-тян! Нужно лишь будет отпроситься с работы... Сефчик, а ты уже подумал над тем, кем хочешь быть?




- Повелитель Тьмы, я так понимаю, не подходит для ответа? Ну, я так и думал. Думаю заняться магией, - и это правда, ведь мой путь развития больше, чем на половину, базируется на моих магических познаниях и умениях.




- Вот как, хочешь быть, как твоя сестра? - Обрадовалась та такой новости.




- Хочу быть лучше, чем ты!




- И правильно! Это очень хорошо, что ты хочешь подобного.




- Сестра, ты же будешь мне помогать в этом?




- Всеми силами, брат. В любое время. (и почему я вспомнил пацанские цитатники? прим: Акэно)




- Тогда можешь мне объяснить принцип многомерного межмирового массового портала? А то я не до конца его понял, - шаркнув ножкой в смущении, спросил я.




Перейти на страницу:

Похожие книги

Ледяной плен
Ледяной плен

«Метро 2033» Дмитрия Глуховского — культовый фантастический роман, самая обсуждаемая российская книга последних лет. Тираж — полмиллиона, переводы на десятки языков плюс грандиозная компьютерная игра! Эта постапокалиптическая история вдохновила целую плеяду современных писателей, и теперь они вместе создают «Вселенную Метро 2033», серию книг по мотивам знаменитого романа. Герои этих новых историй наконец-то выйдут за пределы Московского метро. Их приключения на поверхности Земли, почти уничтоженной ядерной войной, превосходят все ожидания. Теперь борьба за выживание человечества будет вестись повсюду!Говорят, где-то во льдах Антарктики скрыта тайная фашистская база «211». Во время Второй мировой войны там разрабатывались секретные виды оружия, которые и сейчас, по прошествии ста лет, способны помочь остаткам человечества очистить поверхность от радиации и порожденных ею монстров. Но для девушки Леры важно лишь одно: возможно, там, в ледяном плену, уже двадцать лет томятся ее пропавшие без вести родители…

Alony , Дмитрий Александрович Федосеев , Игорь Вардунас , Игорь Владимирович Вардунас

Фантастика / Постапокалипсис / Прочая старинная литература / Древние книги / Исторические любовные романы / Боевая фантастика
История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2
История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский История русской литературы с древнейших времен по 1925 год История русской литературы с древнейших времен по 1925 г.В 1925 г. впервые вышла в свет «История русской литературы», написанная по-английски. Автор — русский литературовед, литературный критик, публицист, князь Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890—1939). С тех пор «История русской литературы» выдержала не одно издание, была переведена на многие европейские языки и до сих пор не утратила своей популярности. Что позволило автору составить подобный труд? Возможно, обучение на факультетах восточных языков и классической филологии Петербургского университета; или встречи на «Башне» Вячеслава Иванова, знакомство с плеядой «серебряного века» — О. Мандельштамом, М. Цветаевой, А. Ахматовой, Н. Гумилевым; или собственные поэтические пробы, в которых Н. Гумилев увидел «отточенные и полнозвучные строфы»; или чтение курса русской литературы в Королевском колледже Лондонского университета в 20-х годах... Несомненно одно: Мирский являлся не только почитателем, но и блестящим знатоком предмета своего исследования. Книга написана простым и ясным языком, блистательно переведена, и недаром скупой на похвалы Владимир Набоков считал ее лучшей историей русской литературы на любом языке, включая русский. Комментарии Понемногу издаются в России важнейшие труды литературоведов эмиграции. Вышла достойным тиражом (первое на русском языке издание 2001 года был напечатано в количестве 600 экз.) одна из главных книг «красного князя» Дмитрия Святополк-Мирского «История русской литературы». Судьба автора заслуживает отдельной книги. Породистый аристократ «из Рюриковичей», белый офицер и убежденный монархист, он в эмиграции вступил в английскую компартию, а вначале 30-х вернулся в СССР. Жизнь князя-репатрианта в «советском раю» продлилась недолго: в 37-м он был осужден как «враг народа» и сгинул в лагере где-то под Магаданом. Некоторые его работы уже переизданы в России. Особенность «Истории русской литературы» в том, что она писалась по-английски и для англоязычной аудитории. Это внятный, добротный, без цензурных пропусков курс отечественной словесности. Мирский не только рассказывает о писателях, но и предлагает собственные концепции развития литпроцесса (связь литературы и русской цивилизации и др.). Николай Акмейчук Русская литература, как и сама православная Русь, существует уже более тысячелетия. Но любознательному российскому читателю, пожелавшему пообстоятельней познакомиться с историей этой литературы во всей ее полноте, придется столкнуться с немалыми трудностями. Школьная программа ограничивается именами классиков, вузовские учебники как правило, охватывают только отдельные периоды этой истории. Многотомные академические издания советского периода рассчитаны на специалистов, да и «призма соцреализма» дает в них достаточно тенденциозную картину (с разделением авторов на прогрессивных и реакционных), ныне уже мало кому интересную. Таким образом, в России до последнего времени не существовало книг, дающих цельный и непредвзятый взгляд на указанный предмет и рассчитанных, вместе с тем, на массового читателя. Зарубежным любителям русской литературы повезло больше. Еще в 20-х годах XIX века в Лондоне вышел капитальный труд, состоящий из двух книг: «История русской литературы с древнейших времен до смерти Достоевского» и «Современная русская литература», написанный на английском языке и принадлежащий перу… известного русского литературоведа князя Дмитрия Петровича Святополка-Мирского. Под словом «современная» имелось в виду – по 1925 год включительно. Книги эти со временем разошлись по миру, были переведены на многие языки, но русский среди них не значился до 90-х годов прошлого века. Причиной тому – и необычная биография автора книги, да и само ее содержание. Литературоведческих трудов, дающих сравнительную оценку стилистики таких литераторов, как В.И.Ленин и Л.Д.Троцкий, еще недавно у нас публиковать было не принято, как не принято было критиковать великого Л.Толстого за «невыносимую абстрактность» образа Платона Каратаева в «Войне и мире». И вообще, «честный субъективизм» Д.Мирского (а по выражению Н. Эйдельмана, это и есть объективность) дает возможность читателю, с одной стороны, представить себе все многообразие жанров, течений и стилей русской литературы, все богатство имен, а с другой стороны – охватить это в едином контексте ее многовековой истории. По словам зарубежного биографа Мирского Джеральда Смита, «русская литература предстает на страницах Мирского без розового флера, со всеми зазубринами и случайными огрехами, и величия ей от этого не убавляется, оно лишь прирастает подлинностью». Там же приводится мнение об этой книге Владимира Набокова, известного своей исключительной скупостью на похвалы, как о «лучшей истории русской литературы на любом языке, включая русский». По мнению многих специалистов, она не утратила своей ценности и уникальной свежести по сей день. Дополнительный интерес к книге придает судьба ее автора. Она во многом отражает то, что произошло с русской литературой после 1925 года. Потомок древнего княжеского рода, родившийся в семье видного царского сановника в 1890 году, он был поэтом-символистом в период серебряного века, белогвардейцем во время гражданской войны, известным литературоведом и общественным деятелем послереволюционной русской эмиграции. Но живя в Англии, он увлекся социалистическим идеями, вступил в компартию и в переписку с М.Горьким, и по призыву последнего в 1932 году вернулся в Советский Союз. Какое-то время Мирский был обласкан властями и являлся желанным гостем тогдашних литературных и светских «тусовок» в качестве «красного князя», но после смерти Горького, разделил участь многих своих коллег, попав в 1937 году на Колыму, где и умер в 1939.«Когда-нибудь в будущем, может, даже в его собственной стране, – писал Джеральд Смит, – найдут способ почтить память Мирского достойным образом». Видимо, такое время пришло. Лучшим, самым достойным памятником Д.П.Мирскому служила и служит его превосходная книга. Нелли Закусина "Впервые для массового читателя – малоизвестный у нас (но высоко ценившийся специалистами, в частности, Набоковым) труд Д. П. Святополк-Мирского". Сергей Костырко. «Новый мир» «Поздней ласточкой, по сравнению с первыми "перестроечными", русского литературного зарубежья можно назвать "Историю литературы" Д. С.-Мирского, изданную щедрым на неожиданности издательством "Свиньин и сыновья"». Ефрем Подбельский. «Сибирские огни» "Текст читается запоем, по ходу чтения его без конца хочется цитировать вслух домашним и конспектировать не для того, чтобы запомнить, многие пассажи запоминаются сами, как талантливые стихи, но для того, чтобы еще и еще полюбоваться умными и сочными авторскими определениями и характеристиками". В. Н. Распопин. Сайт «Book-о-лики» "Это внятный, добротный, без цензурных пропусков курс отечественной словесности. Мирский не только рассказывает о писателях, но и предлагает собственные концепции развития литпроцесса (связь литературы и русской цивилизации и др.)". Николай Акмейчук. «Книжное обозрение» "Книга, издававшаяся в Англии, написана князем Святополк-Мирским. Вот она – перед вами. Если вы хотя бы немного интересуетесь русской литературой – лучшего чтения вам не найти!" Обзор. «Книжная витрина» "Одно из самых замечательных переводных изданий последнего времени". Обзор. Журнал «Знамя» Источник: http://www.isvis.ru/mirskiy_book.htm === Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890-1939) ===

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (Мирский) , (Мирский) Дмитрий Святополк-Мирский

Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги