Читаем Похождения Тома Соуэра полностью

Это разршало споръ, и вс предложенныя приключенія были разыграны, какъ то подобало. Дале Томъ сталъ снова Робинъ Гудомъ и погибъ, истекая кровью, вслдствіе предательства монахини, не перевязавшей его раны. Наконецъ, Джо, олицетворяя въ себ цлую шайку плачущихъ разбойниковъ, оттащилъ его скорбно въ сторону, далъ ему въ его слабющія руки лукъ, и Томъ проговорилъ: «Тамъ, гд упадетъ эта стрла, тамъ и схороните бднаго Робинъ Гуда, подъ зеленой дубравой!» Онъ выпустилъ стрлу, упалъ навзничь и долженъ былъ скончаться, но угодилъ въ крапиву и потому вскочилъ, — слишкомъ бойко для мертвеца.

Оба мальчика одлись, запрятали свои доспхи и пошли, сожаля о томъ, что теперь уже не водится разбойниковъ, и ршительно не понимая, чмъ же могла новйшая цивилизація похвастаться взамнъ ихъ. Они говорили, что предпочли бы лучше пробыть хотя бы одинъ годъ разбойниками въ Шервудскомъ лсу, чмъ быть президентами Соединенныхъ Штатовъ всю свою жизнь.

ГЛАВА IX

Въ половин десятаго Томъ и Сидъ должны были лечь въ постель, по обыкновенію. Они прочли свои молитвы, и Сидъ скоро заснулъ, Томъ не сдалъ и ждалъ съ жгучимъ нетерпніемъ. Когда ему стало казаться, что разсвтъ уже близокъ, пробило только десять! Было отчего придти въ отчаяніе. Онъ былъ готовъ ругаться и швырять, чмъ попало, чтобы облегчить себ нервы, но боялся разбудить Сида. И онъ лежалъ смирно, вперивъ глаза въ темноту. Всюду господствовала томительная тишина. Но мало помалу изъ этого безмолвія стали выдляться едва уловимые звуки. Слышалось тиканье часовъ; старыя балки покрякивали тихонько, на лстниц что-то скрипнуло. Ясно было, что духи разгуливаются. Изъ комнаты тети Полли доносился ровный, подавленный храпъ. Началось надодливое стрекотанье кузнечиковъ, не поддающихся никакому человческому обузданію, а вслдъ затмъ, въ стн, у самаго изголовья кроватей, стнной сверчокъ сталъ отбивать свою страшную дробь, заставившую Тома вздрогнуть: вдь это отсчитывались чьи-нибудь дни на земл! Потомъ гд-то далеко завыла собака и ей отвтилъ другой, еще боле отдаленный вой. Томъ погибалъ. Наконецъ, ему стало легче; времена кончились, наступала вчность; онъ сталъ засыпать противъ воли… Часы пробили одиннадцать, но онъ уже не слыхалъ этого. И тогда, примшиваясь къ его полу-возникающимъ сновидніямъ, пронеслось самое меланхолическое кошачье мяуканье. Оно было прервано стукомъ сосдняго отворившагося окна, чьимъ-то окрикомъ: «Брысь!.. Дьяволъ!» и звономъ пустой бутылки, ударившейся въ дровяной сарай тети Полли. Все это совершенно разбудило Тома, и черезъ какую-нибудь минуту онъ былъ уже одть, вылзъ изъ окна и пробирался на четверенькахъ по крыш своей темницы… Во время этого путешествія, онъ тоже мяукнулъ раза два осторожно, потомъ спрыгнулъ на крышу сарайчика, а съ него и на землю. Гекльберри Финнъ ждалъ его здсь съ своею дохлою кошкой. Мальчики пустились въ путь и скрылись во мгл. Черезъ полчаса, они шагали уже по высокой трав кладбища.

Кладбище было устроено на старинный западный ладъ. Оно было расположено на холм, въ полутора мили отъ поселка, и обнесено ветхою изгородью, мстами нагнувшеюся внутрь, а на остальномъ протяженіи наружу, но не державшуюся прямо нигд. Травы и всякія заросли заполонили его повсюду; вс старыя могилы провалились; памятниковъ вовсе не было; надъ могилами торчали только деревянныя, источенныя червями тумбы, просившія себ тщетно опоры. Когда-то на всхъ ихъ было начертано: «Здсь покоится…», но ничего нельзя было прочесть на большинств изъ нихъ дале, даже при дневномъ свт.

Легкій втеръ стоналъ между деревьями и Томъ думалъ со страхомъ, что это, можетъ быть, души умершихъ жалуются на то, что ихъ тревожатъ. Мальчики мало разговаривали, да и то шепотомъ, подъ впечатлніемъ ночного времени, мста и внушительной тишины, окружавшей ихъ. Они скоро нашли выдававшуюся новую насыпь, которая имъ требовалась, и пріютились подъ тремя высокими вязами, которые росли купой въ нсколькихъ шагахъ отъ могилы. Потомъ они стали ждать молча, и ждали очень долго, какъ имъ казалось. Гуканье филина вдалек было единственнымъ звукомъ, нарушавшимъ мертвую тишину. Мысли Тома угнетали его. Онъ долженъ былъ сдлать усиліе, чтобы заговорить.

— Гекки, — прошепталъ онъ, — какъ ты думаешь, нравится это покойникамъ, что мы здсь?

Гекльберри отвтилъ тоже шепотомъ:

— Почему знать… А очень страшно, не правда-ли?

— Еще бы!

Наступило продолжительное молчаніе; мальчики обдумывали дло молча. Томъ шепнулъ снова:

— Слушай, Гекки… Какъ ты полагаешь, Госсъ Уильямсъ слышитъ нашъ разговоръ?

— Разумется. По крайней мр, духъ его слышитъ.

Томъ замтилъ, помолчавъ:

— Лучше мн было бы сказать: мистеръ Уильямсъ. Но я обидть его не хотлъ. Вс звали его Госсъ Уильямсъ.

— Слдуетъ быть разборчивымъ, когда говоришь о покойникахъ, Томъ.

Это было нахлобучкой, и разговоръ снова затихъ. Но Томъ схватилъ вдругъ своего товарища за руку и произнесъ:

— Шшъ!..

— Что такое, Томъ?.. — И оба они съ бьющимся сердцемъ прижались другъ къ другу.

— Шшъ!.. Вотъ, опять!.. — Разв не слышишь?

— Я…

— Ну вотъ, теперь ты услыхалъ…

Перейти на страницу:

Похожие книги