Читаем Пусть все твои тревоги унесут единороги полностью

– Нет, совсем нет. Я выросла с собакой. Его действительно зовут Жорж? Как отца Артуро?

– Да, абсолютно! Жорж подарил этого лабрадора своему сыну на его 30-летие в прошлом году. «Таким образом я всегда буду рядом с тобой, в офисе и дома!» Не уверен, сеньорита, что сеньору Артуро нравится, когда его «отец» весь день сидит у него на спине, – усмехается Мигель.

– Ммм… В любом случае пес очень милый.


Действительно, за несколько минут Жорж привык к присутствию нового человека. Манон любит собак, и он хорошо это чувствует.


«Я не представляла своего приезда сюда. Не могу дождаться, чтобы узнать, что будет дальше».


– Следуйте за мной, сеньорита.

Мигель опережает ее и толкает тяжелую входную дверь, исписанную узорами, вырезанными в массивной древесине. Манон не может сдержать восторга, заставляющего водителя рассмеяться.

– Вау!


Перед девушкой открывается огромная гостиная в стиле хиппи-шик, достойная самых красивых журналов по дизайну. Залитая светом, проникающим из панорамных окон, из которых открывается вид на сад и окружающие холмы. На полу из тикового дерева, под зеленой стеной, расставлены глубокие диваны с мягкими подушками ярких цветов. Бирюзовый, оранжевый, цвета фуксии. Она готова поспорить, что это модель Roche Bobois, та, о которой мечтает Клэр!

В дальнем конце, с правой стороны, находится бамбуковый бар, украшенный впечатляющей коллекцией бутылок, в которых отражается солнце.

Мигель ободряюще улыбается.

– Вы еще не видели бассейн, – продолжает он. – Вот где чудеса!

– Это просто великолепно!


Обводя взглядом комнату, она обнаруживает полотна современного искусства, скульптуры из дерева и останавливается на рояле, расположенном рядом с баром. Над клавишами – склоненная голова мужчины. Рядом лежат нотные листы, стоит ряд пустых кофейных чашек.

Мигель ставит чемодан и поясняет:

– Это Маттео. В наушниках он нас не слышит. Он итальянец и автор музыки к фильмам. Жорж работает с ним и уже несколько недель принимает его у себя. Пойдемте, я вас познакомлю, – предлагает он, подходя к…

«… мужчине моей мечты!»

Она только что подняла глаза и… О боже мой! Этот день переходит от приятных сюрпризов к слишком приятным.

Тридцатилетнему Маттео позавидуют даже братья Хемсворты[5]. Он выглядит очень привлекательно: со светлыми глазами, обрамленными длинными черными ресницами, с волосами, стянутыми на затылке резинкой, он одет в бежевые льняные бермуды и джинсовую рубашку с закатанными до локтей рукавами. На загорелых руках виднеется татуировка маори.

Маттео сидит лицом к пианино, его пальцы бегают по клавишам, почти не касаясь их. Красавец выглядит потерянным в своем мире, и Манон, как зачарованная, наблюдает за ним. В тот момент, когда она подходит, чтобы поздороваться, лабрадор Жорж начинает лаять. Это отвлекает Маттео. Он снимает наушники и смотрит на девушку. Лицо расплывается в улыбке, обнажающей идеальные белые зубы.

– Эй, чао, ты, должно быть, Манон. Добро пожаловать на Ибицу! Дай мне пять минут, и я весь твой.

Фраза «я весь твой» колет ее в самое сердце. Честно говоря, с недавних пор ее личная жизнь превратилась в катастрофу… Ну еще бы, ведь последняя история любви была еще в колледже.

Розовая краска проступает на ее щеках. Манон отправляется за водителем. Она не видит Жоржа: не хватало еще споткнуться о него в гостиной. Маттео поднимает голову, заговорщически подмигивает ей: «Ах! Жорж, похоже, положил на тебя глаз, вот увидишь, он милый».

Улыбается и Мигель.

– Будьте осторожны, сеньорита Манон, пойдемте, я покажу вам вашу комнату.

Манон следует за провожатым по коридору, украшенному великолепными черно-белыми фотографиями пейзажей. Фотографу удалось передать неподвластную времени красоту волн и моря. Строго и одновременно впечатляюще.

Мигель указывает ей на первую дверь после гостиной.

– Здесь спальня Жанны, дочери друга месье Жоржа. Она графический дизайнер. У нее была депрессия в Париже, и отец решил отправить ее на Ибицу. Она много работает. И вас не побеспокоит, не волнуйтесь.

– Напротив, я рада, что на вилле есть еще одна девушка.

– Подождите, сейчас я вас познакомлю, – говорит Маттео.

Слышится глухой голос:

– Нет, не сейчас, занята!

– Сеньорита Жанна, это Манон, финансовый директор Stella во Франции. Вы хотите с ней познакомиться?

– Ах нет, не сейчас! Я работаю и хочу, чтобы меня не беспокоили все это время!

«Мило!»

– Не волнуйтесь, – уверяет Мигель, – она хорошая девушка, но у нее много работы, и она быстро выходит из себя. И потому, я думаю, предпочитает побыть одна. Она не слишком любит людей.

– А откуда вы все это знаете, Мигель?

– За время работы у сеньора Жоржа я видел многое. Я мог бы написать книгу. Моя жена говорит, что я очень наблюдателен. Проходите, ваша комната последняя в конце коридора, справа. Окна выходят как раз на бассейн.

Мигель толкает дверь в великолепную светлую комнату.

– Вау!

– Будьте осторожны, сеньорита, это как минимум третий раз, когда вы говорите «вау!», – смеется он.

– Ах, да! Но вы видели комнату? Она огромная.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Бремя любви
Бремя любви

Последний из псевдонимных романов. Был написан в 1956 году. В это время ей уже перевалило за шестой десяток. В дальнейшем все свое свободное от написания детективов время писательница посвящает исключительно собственной автобиографии. Как-то в одном из своих интервью миссис Кристи сказала: «В моих романах нет ничего аморального, кроме убийства, разумеется». Зато в романах Мэри Уэстмакотт аморального с избытком, хотя убийств нет совсем. В «Бремени любви» есть и безумная ревность, и жестокость, и жадность, и ненависть, и супружеская неверность, что в известных обстоятельствах вполне может считаться аморальным. В общем роман изобилует всяческими разрушительными пороками. В то же время его название означает вовсе не бремя вины, а бремя любви, чрезмерно опекающей любви старшей сестры к младшей, почти материнской любви Лоры к Ширли, ставшей причиной всех несчастий последней. Как обычно в романах Уэстмакотт, характеры очень правдоподобны, в них даже можно проследить отдельные черты людей, сыгравших в жизни Кристи определенную роль, хотя не в ее правилах было помещать реальных людей в вымышленные ситуации. Так, изучив характер своего первого мужа, Арчи Кристи, писательница смогла описать мужа одной из героинь, показав, с некоторой долей иронии, его обаяние, но с отвращением – присущую ему безответственность. Любить – бремя для Генри, а быть любимой – для Лоры, старшей сестры, которая сумеет принять эту любовь, лишь пережив всю боль и все огорчения, вызванные собственным стремлением защитить младшую сестру от того, от чего невозможно защитить, – от жизни. Большой удачей Кристи явилось создание достоверных образов детей. Лора – девочка, появившаяся буквально на первых страницах «Бремени любви» поистине находка, а сцены с ее участием просто впечатляют. Также на страницах романа устами еще одного из персонажей, некоего мистера Болдока, автор высказывает собственный взгляд на отношения родителей и детей, при этом нужно отдать ей должное, не впадая в менторский тон. Родственные связи, будущее, природа времени – все вовлечено и вплетено в канву этого как бы непритязательного романа, в основе которого множество вопросов, основные из которых: «Что я знаю?», «На что могу уповать?», «Что мне следует делать?» «Как мне следует жить?» – вот тема не только «Бремени любви», но и всех романов Уэстмакотт. Это интроспективное исследование жизни – такой, как ее понимает Кристи (чье мнение разделяет и множество ее читателей), еще одна часть творчества писательницы, странным и несправедливым образом оставшаяся незамеченной. В известной мере виной этому – примитивные воззрения издателей на имидж автора. Опубликован в Англии в 1956 году. Перевод В. Челноковой выполнен специально для настоящего издания и публикуется впервые.

Агата Кристи , Мэри Уэстмакотт , Элизабет Хардвик

Детективы / Короткие любовные романы / Любовные романы / Классическая проза / Классические детективы / Прочие Детективы