Читаем Россия Величие Планеты (СИ) полностью

Теперь кальмары стали стрелять гораздо чаще. Юные гладиаторы отвечали, и попадали, но это лишь злило их преследователей. Приходилось постоянно отползать, выворачиваться, палить. Девочку, ранило в руку, затем в ногу. Ее скорость замедлилась. Тем не менее, затихнув ей, наконец, удалось выманить Трепета и всадить гранатой чуть ли не в пасть. Тот поперхнулся, его заметно смяло, на несколько минут монстр выбыл из строя, зализывая раны. Шок перешел к временной обороне, публика бесновалась, слышались крики:

- Освежуй деток! Чего вы возитесь с молокососами! Добей их!

- Но звучали и иные голоса.

- Врежьте медузам! Растерзайте слизняков! Покажите что вы люди лучше инопланетных уродов.

Внутри аквариума слышно не было, но дети видели жесты и раскрываемые рты и не смотря на раны стали прессинговать.

Шок получил несколько очередей, а затем едва ушел от выпущенной Олегом гранаты, спасла не малая для медузы скорость и способности к скольжению. Ребята прибодрились, Трепет, быстро восстанавливаясь, отползал, также постреливая. Девочка слишком расхрабрилась и получила пулю в живот. Взвизгнув, Маргарита упала, скорчившись, как червяк:

- Олег, меня кажется, убили.

Мальчик смело ответил:

- В живот не смертельно, да я перевяжу тебя, чтобы не истечь кровью.

Девочка зло ответила:

- Тебе легко говорить!

Мальчик подполз к ней, кровь била из двух мест - живота и спины, вновь прошило навылет маленькое тельце. Оторвав от пару больших кусков, от своего комбинезона Олег перевязал боевую подругу. И хотя по возрасту, она годилась ему в сестры, мальчик относился к ней как к матери.

Трепет уже полностью восстановился и даже, медузы-уродцы перешли в дружное наступление.

Огонь стал очень плотный, потом громыхнул гранатомет. Олег получил еще пару касательных ранений, осколок едва не разбил лопатку. Тут мальчик заметил что слабеет, ответный выстрел из гранатомета был не точен, он даже не уверен, удалось ли зацепить Трепет. Вот ему прострелило ногу, да еще не в мякоть, а перебив кость. Олег упал, из горла раздавались судорожные стоны. Ящики уже горели, мальчик обжег себе руку и уронил автомат, спалило ремни. Олег прыгнул к оружию, но почти в упор ударила, пуля за тем еще одна, вонзилась ему в грудь. Мальчик упал, сознание помутилось, он уже не мог удержать в руках оружие. Кальмары, видя его беспомощное состояние, приблизились вплотную. Олег постарался отползти, тогда штык ножом насквозь пробили ступню, припечатав мальчишку к ящику.

Послышалось шипение:

- Попался красный сученок! Думал, что Сталин тебя спасет! Да мы и тебя достанем ничтожный!

Затем началось методичное избиение, монстры стреляли в конечности, ломали кости, а затем били по ранам. Мальчик пару отключался, но они дули в его лицо едкими газами, и он снова приходил в себя. Олег покрылся испариной и истекал кровь. Зал бесчинствовал и требовал:

- Открути голову, и посади ее на кол!

Наконец Трепет и Шок приблизили свои неожиданно выросшие автоматы к виску ребенка.

- Помни засранец нашу доброту. - Произнесли, цедя звуки они.

Как известно накануне смерти человек может вспомнить все, вот и Олег вспомнил, что у него есть заклинание, которое превратит простого мальчишку в супергероя мультсериала. Спасибо голубой фее из сказки про Пинокио, хоть еще девочка, но сильная колдунья. Олег прочел и едва успел произнести последний звук, как резко ударили очереди. Пули вонзились в виски и разнесли черепную коробку.

- Все кончено, победители могут получить свой выигрыш. - Объявил распорядитель игр.

Зал зашумел, было очевидно, что выиграли совсем немного. Никто не обратил внимания, что голова, Олега внезапно восстановилась - словно кто-то назад отмотал киноленту. Раны на мальчике разом исчезли, и он со всего размаха врезал в их студенистые рожи. Медузы отскочили, но Олег оказался проворнее, подлетев, он схватил Шока за щупальца и с неимоверной силой швырнул его на электрическую решетку. Порождение инопланетной агрессии зажглось как лампочка, было видно, как искрят нервные узлы от прохождения тока, как конвульсивно дергаются конечности.

- Что "креветка" не нравиться, как тебя жарят! - Подколол мальчик.

Затем Олег бросился на Трепет:

- Справедливость требует, чтобы и ты получила разряда. Воплощение космического фашизма.

Следующий бросок оказался еще сильнее, тварь прилипла.

Мальчик сделал нос, потом подразнил зал. Его слова передавались через микрофоны, да и шум боя был отлично слышен:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сила
Сила

Что бы произошло с миром, если бы женщины вдруг стали физически сильнее мужчин? Теперь мужчины являются слабым полом. И все меняется: представления о гендере, силе, слабости, правах, обязанностях и приличиях, структура власти и геополитические расклады. Эти перемены вместе со всем миром проживают проповедница новой религии, дочь лондонского бандита, нигерийский стрингер и американская чиновница с политическими амбициями – смену парадигмы они испытали на себе первыми. "Сила" Наоми Алдерман – "Рассказ Служанки" для новой эпохи, это остроумная и трезвая до жестокости история о том, как именно изменится мир, если гендерный баланс сил попросту перевернется с ног на голову. Грядут ли принципиальные перемены? Станет ли мир лучше? Это роман о природе власти и о том, что она делает с людьми, о природе насилия. Возможно ли изменить мир так, чтобы из него ушло насилие как таковое, или оно – составляющая природы homo sapiens? Роман получил премию Baileys Women's Prize (премия присуждается авторам-женщинам).

Алексей Тверяк , Григорий Сахаров , Дженнифер Ли Арментроут , Иван Алексеевич Бунин

Фантастика / Прочее / Прочая старинная литература / Религия / Древние книги
История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2
История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский История русской литературы с древнейших времен по 1925 год История русской литературы с древнейших времен по 1925 г.В 1925 г. впервые вышла в свет «История русской литературы», написанная по-английски. Автор — русский литературовед, литературный критик, публицист, князь Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890—1939). С тех пор «История русской литературы» выдержала не одно издание, была переведена на многие европейские языки и до сих пор не утратила своей популярности. Что позволило автору составить подобный труд? Возможно, обучение на факультетах восточных языков и классической филологии Петербургского университета; или встречи на «Башне» Вячеслава Иванова, знакомство с плеядой «серебряного века» — О. Мандельштамом, М. Цветаевой, А. Ахматовой, Н. Гумилевым; или собственные поэтические пробы, в которых Н. Гумилев увидел «отточенные и полнозвучные строфы»; или чтение курса русской литературы в Королевском колледже Лондонского университета в 20-х годах... Несомненно одно: Мирский являлся не только почитателем, но и блестящим знатоком предмета своего исследования. Книга написана простым и ясным языком, блистательно переведена, и недаром скупой на похвалы Владимир Набоков считал ее лучшей историей русской литературы на любом языке, включая русский. Комментарии Понемногу издаются в России важнейшие труды литературоведов эмиграции. Вышла достойным тиражом (первое на русском языке издание 2001 года был напечатано в количестве 600 экз.) одна из главных книг «красного князя» Дмитрия Святополк-Мирского «История русской литературы». Судьба автора заслуживает отдельной книги. Породистый аристократ «из Рюриковичей», белый офицер и убежденный монархист, он в эмиграции вступил в английскую компартию, а вначале 30-х вернулся в СССР. Жизнь князя-репатрианта в «советском раю» продлилась недолго: в 37-м он был осужден как «враг народа» и сгинул в лагере где-то под Магаданом. Некоторые его работы уже переизданы в России. Особенность «Истории русской литературы» в том, что она писалась по-английски и для англоязычной аудитории. Это внятный, добротный, без цензурных пропусков курс отечественной словесности. Мирский не только рассказывает о писателях, но и предлагает собственные концепции развития литпроцесса (связь литературы и русской цивилизации и др.). Николай Акмейчук Русская литература, как и сама православная Русь, существует уже более тысячелетия. Но любознательному российскому читателю, пожелавшему пообстоятельней познакомиться с историей этой литературы во всей ее полноте, придется столкнуться с немалыми трудностями. Школьная программа ограничивается именами классиков, вузовские учебники как правило, охватывают только отдельные периоды этой истории. Многотомные академические издания советского периода рассчитаны на специалистов, да и «призма соцреализма» дает в них достаточно тенденциозную картину (с разделением авторов на прогрессивных и реакционных), ныне уже мало кому интересную. Таким образом, в России до последнего времени не существовало книг, дающих цельный и непредвзятый взгляд на указанный предмет и рассчитанных, вместе с тем, на массового читателя. Зарубежным любителям русской литературы повезло больше. Еще в 20-х годах XIX века в Лондоне вышел капитальный труд, состоящий из двух книг: «История русской литературы с древнейших времен до смерти Достоевского» и «Современная русская литература», написанный на английском языке и принадлежащий перу… известного русского литературоведа князя Дмитрия Петровича Святополка-Мирского. Под словом «современная» имелось в виду – по 1925 год включительно. Книги эти со временем разошлись по миру, были переведены на многие языки, но русский среди них не значился до 90-х годов прошлого века. Причиной тому – и необычная биография автора книги, да и само ее содержание. Литературоведческих трудов, дающих сравнительную оценку стилистики таких литераторов, как В.И.Ленин и Л.Д.Троцкий, еще недавно у нас публиковать было не принято, как не принято было критиковать великого Л.Толстого за «невыносимую абстрактность» образа Платона Каратаева в «Войне и мире». И вообще, «честный субъективизм» Д.Мирского (а по выражению Н. Эйдельмана, это и есть объективность) дает возможность читателю, с одной стороны, представить себе все многообразие жанров, течений и стилей русской литературы, все богатство имен, а с другой стороны – охватить это в едином контексте ее многовековой истории. По словам зарубежного биографа Мирского Джеральда Смита, «русская литература предстает на страницах Мирского без розового флера, со всеми зазубринами и случайными огрехами, и величия ей от этого не убавляется, оно лишь прирастает подлинностью». Там же приводится мнение об этой книге Владимира Набокова, известного своей исключительной скупостью на похвалы, как о «лучшей истории русской литературы на любом языке, включая русский». По мнению многих специалистов, она не утратила своей ценности и уникальной свежести по сей день. Дополнительный интерес к книге придает судьба ее автора. Она во многом отражает то, что произошло с русской литературой после 1925 года. Потомок древнего княжеского рода, родившийся в семье видного царского сановника в 1890 году, он был поэтом-символистом в период серебряного века, белогвардейцем во время гражданской войны, известным литературоведом и общественным деятелем послереволюционной русской эмиграции. Но живя в Англии, он увлекся социалистическим идеями, вступил в компартию и в переписку с М.Горьким, и по призыву последнего в 1932 году вернулся в Советский Союз. Какое-то время Мирский был обласкан властями и являлся желанным гостем тогдашних литературных и светских «тусовок» в качестве «красного князя», но после смерти Горького, разделил участь многих своих коллег, попав в 1937 году на Колыму, где и умер в 1939.«Когда-нибудь в будущем, может, даже в его собственной стране, – писал Джеральд Смит, – найдут способ почтить память Мирского достойным образом». Видимо, такое время пришло. Лучшим, самым достойным памятником Д.П.Мирскому служила и служит его превосходная книга. Нелли Закусина "Впервые для массового читателя – малоизвестный у нас (но высоко ценившийся специалистами, в частности, Набоковым) труд Д. П. Святополк-Мирского". Сергей Костырко. «Новый мир» «Поздней ласточкой, по сравнению с первыми "перестроечными", русского литературного зарубежья можно назвать "Историю литературы" Д. С.-Мирского, изданную щедрым на неожиданности издательством "Свиньин и сыновья"». Ефрем Подбельский. «Сибирские огни» "Текст читается запоем, по ходу чтения его без конца хочется цитировать вслух домашним и конспектировать не для того, чтобы запомнить, многие пассажи запоминаются сами, как талантливые стихи, но для того, чтобы еще и еще полюбоваться умными и сочными авторскими определениями и характеристиками". В. Н. Распопин. Сайт «Book-о-лики» "Это внятный, добротный, без цензурных пропусков курс отечественной словесности. Мирский не только рассказывает о писателях, но и предлагает собственные концепции развития литпроцесса (связь литературы и русской цивилизации и др.)". Николай Акмейчук. «Книжное обозрение» "Книга, издававшаяся в Англии, написана князем Святополк-Мирским. Вот она – перед вами. Если вы хотя бы немного интересуетесь русской литературой – лучшего чтения вам не найти!" Обзор. «Книжная витрина» "Одно из самых замечательных переводных изданий последнего времени". Обзор. Журнал «Знамя» Источник: http://www.isvis.ru/mirskiy_book.htm === Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890-1939) ===

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (Мирский) , (Мирский) Дмитрий Святополк-Мирский

Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги