Читаем Россия Величие Планеты (СИ) полностью

- Но всегда побеждает германский Бог!

Шарлота покачала головой:

- В первую мировую войну такого не случилось. Хотя мы и были близки к победе!

Кристина энергично кивнула:

- Вот именно! Надо было временно пожертвовать Восточной Пруссией, но не снимать войска с Западного фронта. Тогда бы окружили и взяли бы Париж. Франция капитулирует... Она ведь разгромлена. И далее... Думаю если бы Британия проявила бы упрямство, то мы могли бы навалиться на нее совместно с Италией, Турцией и Японией. И задавили бы подводными лодками и единым действием флотов!

Магда заметила:

- Ты забыла про Россию!

Кристина поправилась:

- Я ничего не забыла! Россию бы разгромили бы после капитуляции Франции. Тем более царь Николай Второй не Сталин. Монарх России заключил бы с нами поспешный мир, потерпев поражения. И мы бы... Короче говоря Россия царских времен еще слабее коммунистической!

Шарлота хихикнула:

- Вот как! Но, конечно же, мы упустили тогда шанс. Адольф Гитлер оказался умнее. Он заключил пакт о ненападении со Сталиным, и разбил своих врагов по частям. В этом и заключается политическая мудрость!

Кристина заметила:

- Еще логичнее, было бы покончить с Британией, и лишь потом нападать на Советский союз!

Шарлота с улыбкой произнесла:

- С этим согласна я!

Герда наоборот возразила:

- Если бы мы не напали на СССР в сорок первом году, и не разгромили бы неготовые к оборонительной войне части Красной Армии, они могли обрушиться на нас, когда мы штурмовали бы Британию. Так что выхода другого у нас и не было!

Магда пожала плечами:

- Сталин осторожный политик! Он мог бы и не рискнуть на такую вот авантюру!

Герда рационально заметила:

- Скорее со стороны Сталина большая авантюра это дать нам возможность раскатать Британию. В этом случае на него бы обрушились превосходящие силы. И мы бы его закопали. А так пока Британия сопротивляется, у России был еще против нас шанс. В противном случае следует признать, что у наших врагов шансов нет!

Шарлота тоже нашла, чем возразить:

- Пока не повержены такие монстры, как СССР и США говорить, что у врага шансов нет крайне преждевременно. Мы много сделали, и прошли огромный путь, но... Впереди у нас еще немало проблем. Вот сейчас Австралия. Очередной рубеж для немецкой армии!

Герда уверенно ответила:

- Прорвем и ее! Уже была две прогулки по Швейцарии и Швеции, а в Австралии хоть намного теплее.

Шарлота хихикнула и уверенно произнесла:

- Я верю в нашу победу! Иначе просто не бывает!

Девушкам пришлось прекратить отогреваться в пустыне и двинуться снова в транспорт. Заправка прошла успешно. И к девчатам присоединились их старые приятельницы из батальона "Тигрицы".

Девушки с этого женского отряда охотились за пустыми моджахедами. Которых впрочем, было немного. И теперь они с радостью отправились покорять Австралию. Еще один континент такой желанный для вермахта.

Германия собирала силы для прыжка и готовила высадку.

Маргарет встретила старых знакомых Кристину и Герду с уважением. Все-таки получить бриллианты к рыцарскому кресту, не каждому дано! После этой компании девушек должны были отправить на осеменение и в специальный лагерь для вынашивания потомства. Так что в Российской компании, принять участие они могли и не успеть.

Красавицы впрочем, смотрелись бодро и по-боевому. Спать уже не хотелось и девушки, запершись в отдельной каюте, вели треп.

Магда, усевшись в кожаное кресло, заметила:

- Язычество при всей своей внешней логичности тоже на многие вопросы не может ответить. Например, откуда взялись многочисленные боги-демиурги?

Шарлота хихикнула и возразила:

- Точно также как и монотеизм не в силах ответить на вопрос, а откуда взялся единственный Бог, который сотворил Вселенную?

Магда пожала плечами:

- Это вопрос, как сказать... Мы верой принимаем за аксиому, что Бог Всемогущий существовал всегда. И это та аксиома, которая не требует доказательств.

Кристина заметила, качая головой:

- Представить себе вечно существующее, и бесконечно сильное, и бесконечно мудрое невозможно. Это вопреки логике. Как мы видим на Земле - простое, порождает сложное, и наблюдаем эволюцию. А тут от более сложного, пошло простое. Что противоречит наблюдаемой реальности.

Например, человечество усложняется, а не упрощается! И мы вовсе не деградируем, а наоборот становимся более совершенными!

Шарлота хихикнула и заметила:

- Логично! Эволюция богов и приводит к созданию всемогущего Бога-демиурга!

Магда жестко заметила:

- Подобная философия может погубить душу!

Шарлота прищурилась и брякнула:

- Но вот вопрос, какой возраст у вселенной?

Магда пожала сильными, развитыми плечами:

- Неизвестно! И к чему такой вопрос?

Шарлота рационально ответила:

- Это имеет отношение к бунту Сатаны. Сатана один из самых ранних ангелов, если не самый ранний. Как его называют - Сын Зари! И если он взбунтовался, то наверное не слишком много времени прошло с момента его сотворения и бунта. А то получается, столько миллиардов лет вел себя спокойно и вдруг задурил.

Магда нахмурилась и проворковала:

- И что с этого?

Умная Шарлота заметила:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сила
Сила

Что бы произошло с миром, если бы женщины вдруг стали физически сильнее мужчин? Теперь мужчины являются слабым полом. И все меняется: представления о гендере, силе, слабости, правах, обязанностях и приличиях, структура власти и геополитические расклады. Эти перемены вместе со всем миром проживают проповедница новой религии, дочь лондонского бандита, нигерийский стрингер и американская чиновница с политическими амбициями – смену парадигмы они испытали на себе первыми. "Сила" Наоми Алдерман – "Рассказ Служанки" для новой эпохи, это остроумная и трезвая до жестокости история о том, как именно изменится мир, если гендерный баланс сил попросту перевернется с ног на голову. Грядут ли принципиальные перемены? Станет ли мир лучше? Это роман о природе власти и о том, что она делает с людьми, о природе насилия. Возможно ли изменить мир так, чтобы из него ушло насилие как таковое, или оно – составляющая природы homo sapiens? Роман получил премию Baileys Women's Prize (премия присуждается авторам-женщинам).

Алексей Тверяк , Григорий Сахаров , Дженнифер Ли Арментроут , Иван Алексеевич Бунин

Фантастика / Прочее / Прочая старинная литература / Религия / Древние книги
История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2
История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский История русской литературы с древнейших времен по 1925 год История русской литературы с древнейших времен по 1925 г.В 1925 г. впервые вышла в свет «История русской литературы», написанная по-английски. Автор — русский литературовед, литературный критик, публицист, князь Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890—1939). С тех пор «История русской литературы» выдержала не одно издание, была переведена на многие европейские языки и до сих пор не утратила своей популярности. Что позволило автору составить подобный труд? Возможно, обучение на факультетах восточных языков и классической филологии Петербургского университета; или встречи на «Башне» Вячеслава Иванова, знакомство с плеядой «серебряного века» — О. Мандельштамом, М. Цветаевой, А. Ахматовой, Н. Гумилевым; или собственные поэтические пробы, в которых Н. Гумилев увидел «отточенные и полнозвучные строфы»; или чтение курса русской литературы в Королевском колледже Лондонского университета в 20-х годах... Несомненно одно: Мирский являлся не только почитателем, но и блестящим знатоком предмета своего исследования. Книга написана простым и ясным языком, блистательно переведена, и недаром скупой на похвалы Владимир Набоков считал ее лучшей историей русской литературы на любом языке, включая русский. Комментарии Понемногу издаются в России важнейшие труды литературоведов эмиграции. Вышла достойным тиражом (первое на русском языке издание 2001 года был напечатано в количестве 600 экз.) одна из главных книг «красного князя» Дмитрия Святополк-Мирского «История русской литературы». Судьба автора заслуживает отдельной книги. Породистый аристократ «из Рюриковичей», белый офицер и убежденный монархист, он в эмиграции вступил в английскую компартию, а вначале 30-х вернулся в СССР. Жизнь князя-репатрианта в «советском раю» продлилась недолго: в 37-м он был осужден как «враг народа» и сгинул в лагере где-то под Магаданом. Некоторые его работы уже переизданы в России. Особенность «Истории русской литературы» в том, что она писалась по-английски и для англоязычной аудитории. Это внятный, добротный, без цензурных пропусков курс отечественной словесности. Мирский не только рассказывает о писателях, но и предлагает собственные концепции развития литпроцесса (связь литературы и русской цивилизации и др.). Николай Акмейчук Русская литература, как и сама православная Русь, существует уже более тысячелетия. Но любознательному российскому читателю, пожелавшему пообстоятельней познакомиться с историей этой литературы во всей ее полноте, придется столкнуться с немалыми трудностями. Школьная программа ограничивается именами классиков, вузовские учебники как правило, охватывают только отдельные периоды этой истории. Многотомные академические издания советского периода рассчитаны на специалистов, да и «призма соцреализма» дает в них достаточно тенденциозную картину (с разделением авторов на прогрессивных и реакционных), ныне уже мало кому интересную. Таким образом, в России до последнего времени не существовало книг, дающих цельный и непредвзятый взгляд на указанный предмет и рассчитанных, вместе с тем, на массового читателя. Зарубежным любителям русской литературы повезло больше. Еще в 20-х годах XIX века в Лондоне вышел капитальный труд, состоящий из двух книг: «История русской литературы с древнейших времен до смерти Достоевского» и «Современная русская литература», написанный на английском языке и принадлежащий перу… известного русского литературоведа князя Дмитрия Петровича Святополка-Мирского. Под словом «современная» имелось в виду – по 1925 год включительно. Книги эти со временем разошлись по миру, были переведены на многие языки, но русский среди них не значился до 90-х годов прошлого века. Причиной тому – и необычная биография автора книги, да и само ее содержание. Литературоведческих трудов, дающих сравнительную оценку стилистики таких литераторов, как В.И.Ленин и Л.Д.Троцкий, еще недавно у нас публиковать было не принято, как не принято было критиковать великого Л.Толстого за «невыносимую абстрактность» образа Платона Каратаева в «Войне и мире». И вообще, «честный субъективизм» Д.Мирского (а по выражению Н. Эйдельмана, это и есть объективность) дает возможность читателю, с одной стороны, представить себе все многообразие жанров, течений и стилей русской литературы, все богатство имен, а с другой стороны – охватить это в едином контексте ее многовековой истории. По словам зарубежного биографа Мирского Джеральда Смита, «русская литература предстает на страницах Мирского без розового флера, со всеми зазубринами и случайными огрехами, и величия ей от этого не убавляется, оно лишь прирастает подлинностью». Там же приводится мнение об этой книге Владимира Набокова, известного своей исключительной скупостью на похвалы, как о «лучшей истории русской литературы на любом языке, включая русский». По мнению многих специалистов, она не утратила своей ценности и уникальной свежести по сей день. Дополнительный интерес к книге придает судьба ее автора. Она во многом отражает то, что произошло с русской литературой после 1925 года. Потомок древнего княжеского рода, родившийся в семье видного царского сановника в 1890 году, он был поэтом-символистом в период серебряного века, белогвардейцем во время гражданской войны, известным литературоведом и общественным деятелем послереволюционной русской эмиграции. Но живя в Англии, он увлекся социалистическим идеями, вступил в компартию и в переписку с М.Горьким, и по призыву последнего в 1932 году вернулся в Советский Союз. Какое-то время Мирский был обласкан властями и являлся желанным гостем тогдашних литературных и светских «тусовок» в качестве «красного князя», но после смерти Горького, разделил участь многих своих коллег, попав в 1937 году на Колыму, где и умер в 1939.«Когда-нибудь в будущем, может, даже в его собственной стране, – писал Джеральд Смит, – найдут способ почтить память Мирского достойным образом». Видимо, такое время пришло. Лучшим, самым достойным памятником Д.П.Мирскому служила и служит его превосходная книга. Нелли Закусина "Впервые для массового читателя – малоизвестный у нас (но высоко ценившийся специалистами, в частности, Набоковым) труд Д. П. Святополк-Мирского". Сергей Костырко. «Новый мир» «Поздней ласточкой, по сравнению с первыми "перестроечными", русского литературного зарубежья можно назвать "Историю литературы" Д. С.-Мирского, изданную щедрым на неожиданности издательством "Свиньин и сыновья"». Ефрем Подбельский. «Сибирские огни» "Текст читается запоем, по ходу чтения его без конца хочется цитировать вслух домашним и конспектировать не для того, чтобы запомнить, многие пассажи запоминаются сами, как талантливые стихи, но для того, чтобы еще и еще полюбоваться умными и сочными авторскими определениями и характеристиками". В. Н. Распопин. Сайт «Book-о-лики» "Это внятный, добротный, без цензурных пропусков курс отечественной словесности. Мирский не только рассказывает о писателях, но и предлагает собственные концепции развития литпроцесса (связь литературы и русской цивилизации и др.)". Николай Акмейчук. «Книжное обозрение» "Книга, издававшаяся в Англии, написана князем Святополк-Мирским. Вот она – перед вами. Если вы хотя бы немного интересуетесь русской литературой – лучшего чтения вам не найти!" Обзор. «Книжная витрина» "Одно из самых замечательных переводных изданий последнего времени". Обзор. Журнал «Знамя» Источник: http://www.isvis.ru/mirskiy_book.htm === Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890-1939) ===

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (Мирский) , (Мирский) Дмитрий Святополк-Мирский

Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги