Читаем Саквояжники (CARPETBAGGERS) полностью

CORD ELECTRONICS PRESENTS -"Корд Электронике представляет".
Suddenly, the card was replaced by a picture, a Western scene with a man riding a horse toward the camera.А за буквами - сцена из боевика: мужчина на лошади скакал прямо в объектив камеры.
The camera dollied in real close on the face and I saw it was Nevada.Когда лицо мужчины показали крупным планом, я увидел, что это Невада.
I recognized the scene, too. It was the chase scene from The Renegade.Сцену я тоже узнал, это был эпизод из "Предателя".
For five minutes, we watched the scene in silence.Минут пять мы молча смотрели на экран.
"Well, I'll be damned," Nevada said, when it was over.- Черт меня побери, - произнес Невада, когда просмотр закончился.
I looked across at Robair. There was an expression of rapt wonder on his face.Я взглянул на Робера, на лице его было написано восхищение и изумление.
He looked at me. "There's what I call a miracle, Mr. Jonas," he said softly. "Now I can watch a movie in my own home without goin' to sit in no nigger heaven."- Вот это я понимаю чудо, мистер Джонас, - тихо сказал Робер, - теперь я смогу смотреть кино дома, а не сидеть на галерке с неграми.
"So that's why they all want to buy my old pictures," Nevada said.- Так вот почему все хотят купить мои старые фильмы, - сказал Невада.
I looked up at him.Я посмотрел на него.
"What do you mean?"- Что ты имеешь в виду?
"You know those ninety-odd pictures we made and I own now?" I nodded. "People been after me to sell 'em. Offered me good money for 'em, too. Five thousand dollars each."- Ты помнишь те дополнительные девяносто фильмов, которые я сделал и которые теперь принадлежат мне? - Я кивнул. - Меня обхаживают, чтобы я продал их, предлагают хорошие деньги, по пять тысяч за картину.
I stared at him. "One thing I learned in the picture business," I said. "Never sell outright what you can get a percentage on."- В кинобизнесе я уяснил одну вещь, - сказал я. -Никогда не следует продавать права на то, с чего можно получать проценты.
"You mean rent it to 'em like I do to a theater?"- Ты имеешь в виду сдавать их в прокат, как в кинотеатры?
"That's right," I said. "I know those broadcasting companies.- Конечно, я знаю эти вещательные компании.
If they'll buy it for five, they plan to make fifty out of it."Если они покупают вещь за пять тысяч, значит, собираются выжать из нее пятьдесят.
"I'm no good at big deals like that," Nevada said. "Would you be willin' to handle it for me, Mac?"- Я не силен в таких сделках, - сказал Невада. -Мак, может быть ты мне поможешь?
"I don't know, Nevada. I'm no agent."- Не знаю, Невада, я ведь не агент.
"Go ahead and do it, Mac," I said. "Remember what you told me about making a point where it counts?"- Займись этим, Мак, - сказал я. - Вспомни, как ты учил меня брать на заметку все, что стоит денег.
He smiled suddenly.Макаллистер неожиданно улыбнулся.
"O.K., Nevada."- Хорошо, Невада.
Перейти на страницу:

Все книги серии Голливудская трилогия

Саквояжники (CARPETBAGGERS)
Саквояжники (CARPETBAGGERS)

«...А вслед за армией северян пришла другая армия. Эти люди приходили сотнями, хотя каждый их них путешествовал в одиночку. Приходили пешком, приезжали на мулах, верхом на лошадях, в скрипучих фургонах и красивых фаэтонах. Люди были самые разные по виду и национальности. Они носили темные костюмы, обычно покрытые дорожной пылью, широкополые шляпы, защищавшие их белые лица от жаркого, чужого солнца. За спинами у них через седла или на крышах фургонов обязательно были приторочены разноцветные сумки, сшитые из потрепанных, изодранных лоскутков покрывал, в которых помещались их пожитки. От этих сумок и пришло к ним название "саквояжники". И они брели по пыльным дорогам и улицам измученного Юга, плотно сжав рты, рыская повсюду глазами, оценивая и подсчитывая стоимость имущества, брошенного и погибшего в огне войны. Но не все из них были негодяями, так как вообще не все люди негодяи. Некоторые из них даже научились любить землю, которую они пришли грабить, осели на ней и превратились в уважаемых граждан...»

Гарольд Роббинс

Классическая проза ХX века

Похожие книги

Дублинцы
Дублинцы

Джеймс Джойс – великий ирландский писатель, классик и одновременно разрушитель классики с ее канонами, человек, которому более, чем кому-либо, обязаны своим рождением новые литературные школы и направления XX века. В историю мировой литературы он вошел как автор романа «Улисс», ставшего одной из величайших книг за всю историю литературы. В настоящем томе представлена вся проза писателя, предшествующая этому великому роману, в лучших на сегодняшний день переводах: сборник рассказов «Дублинцы», роман «Портрет художника в юности», а также так называемая «виртуальная» проза Джойса, ранние пробы пера будущего гения, не опубликованные при жизни произведения, таящие в себе семена грядущих шедевров. Книга станет прекрасным подарком для всех ценителей творчества Джеймса Джойса.

Джеймс Джойс

Классическая проза ХX века
Переизбранное
Переизбранное

Юз Алешковский (1929–2022) – русский писатель и поэт, автор популярных «лагерных» песен, которые не исполнялись на советской эстраде, тем не менее обрели известность в народе, их горячо любили и пели, даже не зная имени автора. Перу Алешковского принадлежат также такие произведения, как «Николай Николаевич», «Кенгуру», «Маскировка» и др., которые тоже снискали народную любовь, хотя на родине писателя большая часть их была издана лишь годы спустя после создания. По словам Иосифа Бродского, в лице Алешковского мы имеем дело с уникальным типом писателя «как инструмента языка», в русской литературе таких примеров немного: Николай Гоголь, Андрей Платонов, Михаил Зощенко… «Сентиментальная насыщенность доведена в нем до пределов издевательских, вымысел – до фантасмагорических», писал Бродский, это «подлинный орфик: поэт, полностью подчинивший себя языку и получивший от его щедрот в награду дар откровения и гомерического хохота».

Юз Алешковский

Классическая проза ХX века
Соглядатай
Соглядатай

Написанный в Берлине «Соглядатай» (1930) – одно из самых загадочных и остроумных русских произведений Владимира Набокова, в котором проявились все основные оригинальные черты зрелого стиля писателя. По одной из возможных трактовок, болезненно-самолюбивый герой этого метафизического детектива, оказавшись вне привычного круга вещей и обстоятельств, начинает воспринимать действительность и собственное «я» сквозь призму потустороннего опыта. Реальность больше не кажется незыблемой, возможно потому, что «все, что за смертью, есть в лучшем случае фальсификация, – как говорит герой набоковского рассказа "Terra Incognita", – наспех склеенное подобие жизни, меблированные комнаты небытия».Отобранные Набоковым двенадцать рассказов были написаны в 1930–1935 гг., они расположены в том порядке, который определил автор, исходя из соображений их внутренних связей и тематической или стилистической близости к «Соглядатаю».Настоящее издание воспроизводит состав авторского сборника, изданного в Париже в 1938 г.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Владимир Владимирович Набоков

Классическая проза ХX века
Шкура
Шкура

Курцио Малапарте (Malaparte – антоним Bonaparte, букв. «злая доля») – псевдоним итальянского писателя и журналиста Курта Эриха Зукерта (1989–1957), неудобного классика итальянской литературы прошлого века.«Шкура» продолжает описание ужасов Второй мировой войны, начатое в романе «Капут» (1944). Если в первой части этой своеобразной дилогии речь шла о Восточном фронте, здесь действие происходит в самом конце войны в Неаполе, а место наступающих частей Вермахта заняли американские десантники. Впервые роман был издан в Париже в 1949 году на французском языке, после итальянского издания (1950) автора обвинили в антипатриотизме и безнравственности, а «Шкура» была внесена Ватиканом в индекс запрещенных книг. После экранизации романа Лилианой Кавани в 1981 году (Малапарте сыграл Марчелло Мастроянни), к автору стала возвращаться всемирная популярность. Вы держите в руках первое полное русское издание одного из забытых шедевров XX века.

Курцио Малапарте , Максим Олегович Неспящий , Олег Евгеньевич Абаев , Ольга Брюс , Юлия Волкодав

Фантастика / Классическая проза ХX века / Прочее / Фантастика: прочее / Современная проза