Никаких визуальных эффектов не было, но движение Дес Гана, несомненно, являлось восьмиударным колющим комбо «Звёздные брызги». Это был высокоуровневый навык, которым сама Асуна по прозвищу Молния когда-то пользовалась с успехом. Этот навык для рапиры не включал в себя рубящих ударов, поэтому его можно было применять и с родственным рапире эстоком.
На настенной панели Кирито, весь израненный, раз за разом пытался разорвать дистанцию. Однако маскхалатник в правом окне странными скользящими движениями следовал за ним по пятам. Кирито продолжал отступать, едва-едва избегая ударов эстока.
Пиканье стоящего рядом монитора участилось, и Асуна взглянула на него: пульс Кадзуто понялся уже до 160. Асуна перевела взгляд на лицо лежащего перед ней юноши.
На лбу у него проступили бисеринки пота, и, судя по выражению лица, Кадзуто было больно. Приоткрытый рот напряжённо впускал и выпускал воздух. Медсестра Аки тоже заметила его состояние, глаза за линзами очков смотрели озабоченно.
— Я заставила его перед полным погружением принять много воды… но прошло уже больше четырёх часов. Если он так потеет, есть угроза обезвоживания. Ему нельзя… ненадолго разлогиниться?
Услышав эти слова медсестры, Асуна закусила губу, потом сказала:
— Кирито-кун не услышит, что бы мы здесь ни сказали… К тому же он сейчас в турнире PvP. Я не знаю, можно ли там разлогиниваться…
Участникам турниров, проводимых в ALO, временно запрещают выход из игры, чтобы не давать игрокам умышленно «вываливаться», когда они оказываются в невыгодном положении: если в VRMMO такое проделать, это будет очень неприятно окружающим.
Затем Асуна добавила:
— В принципе, амусфера следит за мозговым кровообращением и разлогинит Кирито-куна раньше, чем уровень обезвоживания станет опасным, но…
Медсестра кивнула и ответила:
— Хорошо. Пока будем просто наблюдать. Он не пациент, так что я не могу давать ему воду через капельницу.
— Да… конечно.
Голос Асуны прозвучал напряжённо. Если Кадзуто окажется под капельницей, он словно вернётся во времена SAO.
Нет, кое-что радикально отличается. На голове у Кадзуто сейчас не нейрошлем со смертельной ловушкой внутри, а амусфера с надёжной системой обеспечения безопасности. И даже если Асуна сорвёт серебряное кольцо с головы Кадзуто, ему ничего не будет угрожать. Просто Кирито исчезнет из пустыни, которую показывают на экране, и тут же вернётся в палату — вернётся к Асуне. Кошмарный меч врага по имени Штербен никогда больше не дотянется до Кадзуто.
Асуна отчаянным усилием подавила в себе это желание. Кирито-Кадзуто сейчас как мечник вкладывается в сражение целиком и полностью. Асуна, конечно же, не имеет права ему мешать. Но может ли она хоть что-то для него сделать? Она совсем рядом, неужели она ничего не может передать ему, сражающемуся в параллельном мире?
— Мама, возьми… — внезапно раздался из динамика телефона тихий голос Юи. — Пожалуйста, возьми папу за руку. Амусфера не может полностью прерывать внешние воздействия, это не нейрошлем. Папа обязательно ощутит тепло маминой руки. Моя рука не может касаться вашего мира, но… пожалуйста, прикоснись… и за меня тоже…
Под конец её голос сильно задрожал. У Асуны защемило сердце, она с силой замотала головой и ответила:
— Нет… это не так, папа обязательно почувствует руку Юи-тян. Давай вместе поддержим папу… поддержим Кирито-куна.
С этими словами она вложила телефон в бессильную левую руку Кадзуто, а потом обхватила её своими руками. В палате было тепло, почти жарко, но ладонь Кадзуто оставалась холодна как лёд. Если Асуна сожмёт пальцы слишком сильно, может сработать функция автоматического выхода из погружения, поэтому девушка держала Кадзуто за руку совсем легонько, но изо всех сил старалась передать ему своё тепло и свои чувства. На экран Асуна больше не смотрела. Она закрыла глаза и молча молилась.
Холодная как лёд левая рука Кадзуто дёрнулась еле заметно, но явственно.
Он был силён. Скорость, баланс, выбор момента удара — всё без малейшего изъяна. Немногие мечники из числа проходчиков были столь же искусны.
Но как он таким стал? Этот тип из «Весёлого гроба», обитающий внутри аватара Дес Гана, во время того рейда даже не видел моего меча. Я без проблем срубил его хит-пойнты до половины, после чего он отступил.
Похоже, полгода в Чёрножелезном дворце его здорово изменили. Он отточил своё мастерство, и двигала им жажда отомстить проходчикам (и мне, как одному из них), уничтожившим «Весёлый гроб». Он, конечно, не мог получать деньги и опыт, но постоянная отработка навыков мечника позволяла ему совершенствоваться. Сколько тысяч раз — десятков тысяч раз — он повторял одни и те же движения в своей тёмной холодной камере? И в результате навыки для эстока намертво впечатались ему в мозг.