Так вот мое начало,Вот сверкающий бетонИ выгнутый на взлете самолет…Судьба меня качала,Но и сам я не святой,Я сам толкал ее на поворот.Простеганные ветрамиИ сбоку, и в упор,Приятели из памяти встают:Разбойными корветами,Вернувшимися в порт,Покуривают трубочки: «Салют!»Моя ж дорога синяяЛетит за острова,Где ждут меня на выгнутой гореПодернутая инеемПожухлая траваИ пепел разговоров на заре.Так вот обломок шпаги,Переломленной о сталь,Вот первое дыхание строки.Вот чистый лист бумаги,Вот непройденная даль,И море вытекает из реки.Отбросив все случайное,Забудем суету,С наивной верой понесем мы вновьВеселое отчаянье,Скупую доброту,Надежду на последнюю любовь.И с мыслями, которыеЕдва наметят путь,Тропа должна несмелая пройти.Диспетчеры истории —Пройдем мы, ту тропуВ широкую дорогу превратив.Так вот мое начало,Вот сверкающий бетонИ выгнутый на взлете самолет…Судьба меня качала,Но и сам я не святой,Я сам толкал ее на поворот.1964–1973
ПЕРВЫЙ СНЕГ
Всей семьей, конечно, не иначе,Посреди недели занятойМы смотрели вместе передачуПод таким названьем: «Артлото».Все в ней дружно пели и плясали,Словно час нагрянул торжества.Были очень крупные детали,Были очень легкие слова.Мы смотрели телевизор,А за окнами шел снег.А когда погасла наша рама,Мы рванулись к стеклам: Боже мой! —Начиналась осенью программа,А закончилась уже зимой.Все, конечно, хором загалдели:Снег лежал, как пуховой платок.Видно, мы чего-то проглядели,Проглядев программу «Артлото».На фонарь шел снег и на дорогу,Был предельно чист он и суров,Будто шло послание от Бога,Передача с неземных миров.Там велись великие беседы,Подводя неведомый итог,Там никто, пожалуй, и не ведалО каком-то нашем «Артлото».Был бы здесь какой-нибудь провидец,Он сказал бы: «Бросьте ерунду —Первый снег нам предстоит увидетьКалендарно в будущем году».Только будет ли нам та удача?Будет год ли, будет ли ясней?Повторят ли снова передачуПод таким названьем: «Первый снег»?Мы смотрели телевизор,А за окнами шел снег…Февраль 1973