Читаем Великие герои Эллады. Ясон. Орфей полностью

Щупальца чьи-то прилипли к изящным ногам,

Сразу не стало привычных движений свободы,

В страхе она обратилась к великим богам:

«Боги Олимпа, спасите скорее Форкиду!

В действах своих необдуманных я не грешна!

Я нанести неспособна бессмертным обиду,

Не понимаю, великие, в чём же вина!»

484

Но не ответили боги на эти воззванья,

Тучи сгустились, покой олимпийцев храня,

Только Нефела заплакала, видя страданья,

Слёзы её охладили пыланье огня…

Скилла на берег стремилась, от боли немея,

Медленно тело достигло подножия скал:

Ниже от пояса выросли страшные шеи,

Головы их показали ужасный оскал!

485

Ноги девицы утратили прежнюю стройность,

Выросли лапы собачьи, двенадцать числом,

В новом обличье являлась для глаз непристойность,

Стала красавица ужасом, монстром и злом!

Там и осталась навеки ужасная Скилла

Облюбовала пещеру себе на скале,

Деве-чудовищу жить на утёсе уныло,

Радость одна: поедать мореходов во мгле.

486

Если корабль аргонавтов, забот не имея,

Близко от белой скалы путь проложит себе,

Вытянет Скилла ужасные длинные шеи,

И шестерым это станет финалом в судьбе!»

Вспомнилась Гере другая несчастная дева,

Что обитала в проливе под тёмной скалой —

Это Харибда, владелица жадного зева,

Ставшая крупной, всегда ненасытной, и злой:

487

«Дочь всемогущего бога морей Посейдона

И первородной богини – великой Земли —

В юности съела заветных коров Гериона,

Что на Эрифии жили в закатной дали.

Зевсу-царю не понравилось это обжорство,

Он пригрозил ненасытной своим перуном!

Но титанида вступила с ним в противоборство:

«Я не боюсь и расправлюсь ещё с табуном!»

488

Зевс на решения скор – вмиг отправился к брату:

«Я не караю за дерзость твоих дочерей!

Только терпеть не хочу послушанья утрату —

Сам накажи, брат, Харибду свою поскорей!»

И Колебатель Земли безо всякого спора

Бросил Харибду в проливе на дно под скалу:

«Чтоб ненасытность твоя не являла позора,

Рыбой питайся, попав к животу в кабалу!»

489

Но не хватало Харибде тунца и ставриды —

До небывалых размеров разросся живот,

Водоворотом огромным стал рот титаниды,

Судна глотала она, словно в юности скот.

Возле неё не пройти аргонавтам безвредно,

Втянет Харибда добротный корабль в глубину,

Чтобы проплыть мореходам в проливе победно,

Надо позвать на Олимп нереиду одну…»

490

Гера послала Гермеса в моря за Фетидой —

Цепь приключений «Арго» не имела звена,

И попросила, чтоб крепкой надёжной эгидой

Для аргонавтов в проливе служила она…

Спешно Фетида вернулась под воду к проливу,

И позвала среброногих сестёр-нереид:

«Гера просила помочь дать пройти горделиво

Судну «Арго», коим правит герой-эолид!»

491

День провели аргонавты на дивной равнине,

Местный богач подарил мореходам быка,

К берегу фрукты доставили в ёмкой корзине,

Пифос наполнили чистой водой родника.

Вечер друзья провели в долгожданных беседах,

Слышался долго у моря спокойного смех,

Вновь потекли разговоры о скорых победах,

Песней Орфей вдохновлял моряков на успех.

492

Эос увидела миг их поспешной побудки:

Подняты вскоре на судно со дна якоря,

Вновь на «Арго» суета, разговоры и шутки,

«Смело, герои, вперёд!» – улыбнулась заря.

Дружно и быстро ударили вёсла о воду,

Кормчий весёлый направил галеру на юг,

Бурные ветры уже не мешали походу,

К дому пора, завершая значительный крюк.

493

Вот показались суровые скалы пролива,

И аргонавтам открылся чарующий вид:

Справа и слева от них плыли неторопливо

Две вереницы пленительных дев-нереид.

Всех поразило явленье прекрасной Фетиды,

Встала богиня на самом носу корабля,

Это присутствие было надёжней эгиды,

Замер могучий Анкей на корме у руля…

494

Воды застыли, как в стужу Эвксинское море,

Гелий смотрел с любопытством на это с небес,

Зеркало видел титан на широком просторе,

Судно не трогали монстры – одно из чудес!

Спрятались головы псов ужасающей Скиллы,

Плотно Харибда закрыла чудовищный зев,

Очи Фетиды сверкали огнём, как бериллы,

Взгляд был грозней, чем Зевеса великого гнев!

495

Кормчий Анкей на Фетиду смотрел с удивленьем —

Море, казалось, склонилось пред ней, как трава,

Пройден ужасный пролив под её управленьем,

Вскоре исчезла богиня в лучах торжества.

Бездну узрев за кормою и псов над горою,

Поняли: кануть могли в беспросветную мглу,

Возликовали тогда аргонавты-герои

И возносили великим богиням хвалу…

Аргонавты у Алкиноя

496

Праздник устроила Гере ревнивой Фетида —

Судно любимца прошло мимо грозных преград!

Но ожидали другие в пути эолида —

Не пролетит безопасно сквозь них Бореад!

Нежные руки уже потирала царица:

«Скоро вернётся Ясон в Пагассийский залив!

Встретит героев с великим восторгом столица,

Будет от зависти скрытой супруг мой гневлив!

497

Скоро покинут пролив… – осеклась вдруг Аргея. —

Планкты ещё впереди пред фигурой моей!

Знаю, кто нужен! – сказала богиня, светлея. —

Пусть Амфитрита поможет галере друзей!»

Мигом Гермес устремился к жене Посейдона,

Он передал Амфитрите желанье богов:

«Планкты пройти надо быстрой галере Ясона,

Но под водою немало огня очагов!»

498

Плыли недолго по синим волнам мореходы,

Вдруг впереди заклубился белёсый туман,

Стали горячими бурные пенные воды —

Много чудес дал морям их отец – Океан!

Перейти на страницу:

Все книги серии Великие герои Эллады

Похожие книги

Семь красавиц
Семь красавиц

"Семь красавиц" - четвертая поэма Низами из его бессмертной "Пятерицы" - значительно отличается от других поэм. В нее, наряду с описанием жизни и подвигов древнеиранского царя Бахрама, включены сказочные новеллы, рассказанные семью женами Бахрама -семью царевнами из семи стран света, живущими в семи дворцах, каждый из которых имеет свой цвет, соответствующий определенному дню недели. Символика и фантастические элементы новелл переплетаются с описаниями реальной действительности. Как и в других поэмах, Низами в "Семи красавицах" проповедует идеалы справедливости и добра.Поэма была заказана Низами правителем Мераги Аладдином Курпа-Арсланом (1174-1208). В поэме Низами возвращается к проблеме ответственности правителя за своих подданных. Быть носителем верховной власти, утверждает поэт, не означает проводить приятно время. Неограниченные права даны государю одновременно с его обязанностями по отношению к стране и подданным. Эта идея нашла художественное воплощение в описании жизни и подвигов Бахрама - Гура, его пиров и охот, во вставных новеллах.

Низами Гянджеви , Низами Гянджеви

Мифы. Легенды. Эпос / Древние книги / Древневосточная литература