Читаем Время твоей жизни полностью

Том: Так много резинки? А какую именно?

Джо: Да любую. Накупи всех подряд.

Том: Лакрицу тоже?

Джо: Лакрицу обязательно.

Том: «Джуси Фрут»?

Джо: «Джуси Фрут».

Том: «Тутти-Фрутти»?

Джо: А разве есть такая жвачка?

Том: Кажется да.

Джо: Ладно, «Тутти-Фрутти» тоже. Купи все сорта. Все, что у них есть.

Том: «Жизнь», «Свободу», «Время» и все сорта жвачек, которые у них есть. (Собирается уходить).

Джо: (громко зовет его) И возьми еще мармелад. Разных цветов.

Том: Хорошо, Джо.

Джо: И самые длинные сигары, какие сможешь найти. Шесть штук.

Том: Сигары. Понял.

Джо: И дай доллар пацану-газетчику.

Том: О'кей, Джо.

Джо: И какому-нибудь старику тоже дай доллар.

Том: О'кей, Джо.

Джо: И дай пару долларов этим ребятам из Армии Спасения на улице. Пусть они споют вот это, вот это: «Пусть горят фонари и мерцают волны…»

Том: О'кей, Джо. Все понял. «Жизнь», «Свободу», «Время», все сорта жвачек, мармелад, шесть сигар, доллар пацану-газетчику, доллар старику, два доллара Армии Спасения. (Уходя.) «Пусть горят фонари и мерцают волны…»

Джо: Умница.

Светская Дама: Он просто ненормальный.

Светский Господин: (устало кладет ногу на ногу) Ты просила, чтоб я привел тебя в дешевую забегаловку, в «Марк Хопкинс» ты идти не захотела. И вот, ты в дешевой забегаловке. Что я могу поделать, если он сумасшедший? Ты хочешь вернуться туда, где люди не сумасшедшие?

Светская Дама: Нет, еще рано.

Светский Господин: Ну, ладно, смотри сама. И нечего каждую минуту повторять мне, что он сумасшедший.

Светская Дама: Между прочим, беситься тоже нечего.


Светский Господин не желает отвечать и расставляет ноги.

Когда Джо запел, Кит Карсон оторвался от игрального автомата и начал слушать. Пока светская пара скандалила, он подошел к столику Джо.


Кит Карсон: Ты пресвитерианин?

Джо: Я посещал пресвитерианскую воскресную школу.

Кит Карсон: Любишь петь?

Джо: Иногда. Выпьете?

Кит Карсон: Спасибо.

Джо: Бери стакан и садись.


Кит Карсон берет у Ника стакан, возвращается к столику, садится, Джо наливает ему рюмку, они чокаются и как раз в этот момент члены Армии Спасения начинают петь заказанную Джо песню. Они пьют шампанское маленькими глоточками и в какой-то подходящий момент подхватывают песню. Они то бесшабашно поют, то снова пьют. Светская Дама тоже подхватывает мелодию, но муж останавливает ее.


Мне всегда нравилась эта песня. Я обычно пел ее в полный голос. Правда мне ни разу не доводилось спасать от смерти моряка.

Кит Карсон: (кокетничает перед Светской Дамой и ей это страшно нравится.) А мне однажды довелось. Правда он был не совсем моряк. Это был цветной парень по имени Уэллингтон. Довольно толстый мужик. С отличным характером, но без друзей. Во всяком случае, до меня. Это было в Новом Орлеане. Летом 1899 года. Нет 98-ого. Я был гораздо моложе, конечно, усов у меня не было, но многие считали меня состоятельным человеком.

Джо: Ты в оружии разбираешься?

Кит Карсон: (все кокетничает) Собаку на этом съел. Даром что ли я воевал при Оджибве? Это было в районе озера Такалука, в Мичигане. (Припоминает.) Около 1881 или второго. Сражался с ними прямо на берегу озера. Заставил их плыть обратно в Канаду. Особенно одного парня, индейца, по имени Волосатая Ромашка.

Джо: (открывает коробку с револьвером) Что скажешь, какой это пистолет? Хороший?

Кит Карсон: (подпрыгивает при виде оружия) Так точно. Отличная железка. Шестизарядник. Однажды я застрелил мужика из шестизарядника. Попал ему в кисть правой руки. Он махал своему приятелю. Я решил, что это птица. Мужика звали, кажется, Карроуэй. Ларримор Карроуэй.

Джо: Ты умеешь обращаться с этой штуковиной? (Предлагает Киту Карсону взять в руки старый, огромный револьвер).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»
Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»

Работа над пьесой и спектаклем «Список благодеяний» Ю. Олеши и Вс. Мейерхольда пришлась на годы «великого перелома» (1929–1931). В книге рассказана история замысла Олеши и многочисленные цензурные приключения вещи, в результате которых смысл пьесы существенно изменился. Важнейшую часть книги составляют обнаруженные в архиве Олеши черновые варианты и ранняя редакция «Списка» (первоначально «Исповедь»), а также уникальные материалы архива Мейерхольда, дающие возможность оценить новаторство его режиссерской технологии. Публикуются также стенограммы общественных диспутов вокруг «Списка благодеяний», накал которых сравним со спорами в связи с «Днями Турбиных» М. А. Булгакова во МХАТе. Совместная работа двух замечательных художников позволяет автору коснуться ряда центральных мировоззренческих вопросов российской интеллигенции на рубеже эпох.

Виолетта Владимировна Гудкова

Драматургия / Критика / Научная литература / Стихи и поэзия / Документальное