Безумная, скорееОстанови его. Твой брат погиб.Смеральдина
Ах, изваяние заговорило!(Ее ужас.)
Барбарина
Вот невидаль! Я к этому привыкла.Брат умер?(Вынимает кинжал, который блещет.)
Что ты говоришь? Молчи,Кинжал сверкает, глупая; брат жив.Помпея
Жестокая, тщеславная, ты хочешьЖдать в буйной слепоте, пока не хлынетКровь по кинжалу, чтоб потом напрасноЖалеть о гибели родного брата?Смеральдина
(дрожа)
Она права. Ведь вы с ума сошли.Барбарина
Так, значит, я должна страдать, не зная,Кем рождена? Должна переноситьВсеобщие упреки? Не иметьЗеленой Птички и не быть достойнойРуки монарха? Нет, уж это слишком!Помпея
Поверь, никто не может, Барбарина,Сильней, чем я, желать Зеленой Птички.Но смерть грозит всем, кто стремится к ней.Мне Ренцо дорог. Но ведь ты – сестра,Тебе он ближе. На меня взгляни.Меня тщеславье сделало такою.Ужасен гнев небес. Не домогайсяРуки монарха и страшись всем сердцемЕго любви. Вот все, что я скажу.Останови же брата, будет поздно.Барбарина
Мне этот голос проникает в сердце;Я вся дрожу. Меня терзает страхЗа брата… и безумное желанье,Чтоб он достал мне Птичку… Что мне делать?Ах, лишь бы Ренцо жил! А эту прихотьМне надо позабыть. За мной, служанка;Иду сама к жилищу Людоеда.(Уходит.)
Смеральдина
Поистине, когда кого-нибудьМы любим, мы не в силах с ним расстаться;И хоть она совсем сошла с ума,Она дойдет до двери Людоеда.А все из себялюбия; посмотрим.Явление V
Дворцовая зала. Панталоне
один.Панталоне
С лестницы меня спустила, мошенница этакая. Видано ли это, чтобы монаршего посла, являющегося от имени монарха с предложением брака к никому не ведомой замухрышке, не требующего в приданое ничего, кроме графина воды и яблока, спускали с лестницы, как старый башмак! А все-таки эти странности, то, что вода, и яблоки, и зеленые птицы препятствуют такому браку, наводят меня на большие размышления. Мне вот как будто совесть не велит пособничать этой любви… Почем знать? Эти двое малышей, которых я так хорошо упаковал и бросил в реку… Почем знать? Эти тоже близнецы… Потом слова этого знаменитого поэта… Почем знать? В этой девочке несомненно чувствуется апельсинная порода. В общем, я, конечно, не смею говорить, опасаясь за свою шкуру; но у меня совесть неспокойна. Говорят, они дети Труффальдино и Смеральдины; но ведь стоит только поразмыслить: отец и мать разве служат детям таким образом, а потом эти дворцы, эти чудеса, эти непроходимые богатства, этого колбасой так скоро не добудешь. Черт меня побери, пойду и порасспрошу этак поделикатнее Смеральдину и Труффальдино и постараюсь выведать у них всю подноготную, и, если дело окажется так, как я подозреваю, не пожалею шкуры, все выложу; потому что если случится брак отца с дочерью, то от подобных трагедий можно себе глаза выколоть, как Эдип, и повесить себя за шею на мясном крюке, как откормленную индейку[18]
. (Уходит.)Явление VI
Тарталья, Тартальона.
Тарталья убегает от матери.
Тартальона
Да не беги ты от меня!Тарталья
Мамаша,Я вас изгнал из сердца, вы мне мерзки,Велите вас похоронить, пора.Тартальона
Ах, ведьмино отродье, ах, мошенник!(В ярости.)
Мне это надоело, рогоносец!Чтоб ты не смел жениться на безродной,На выскочке! Я не хочу невесткиБез племени, я не хочу быть бабкойКакого-нибудь гнусного потомства!