С шерстяными общаться было сложно и неприятно. Тупые обезьяны рычали, плевались, пытались драться и клялись сохранить точные координаты своих логовищ в тайне, чтобы враги не догадались. И только Тарзан сумел кое-как пояснить, где же они, собственно, находятся. Насколько автор понял, они заняли восток нынешней Тосканы. От Тирренского моря их отделяет Зона.
Сколько-нибудь точных карт Зоны не нашлось ни у кого. То есть я точно знаю, что такие карты есть, но сталкеры их берегут и посторонним не показывают. Ясно только, что она захватывает побережье Лигурийского моря и тянется от Пизы (где находится Поле Чудес) и почти до самой Директории.
Большой вопрос — где находится Монолит. Сталкер Шанс, которому для разговорчивости пришлось но́лить двенадцатилетнего "Макаллана", рассказал, что он якобы был вблизи Монолита и видел развалины какого-то древнего города, огромные и величественные. Не исключено, что это был Рим. Однако Шанс — тот ещё чертопиздел, соврёт — недорого возьмёт. Кажется, зря я на него "Макаллан" тратил.
Интересной проблемой является местоположение Бибердорфа. Все сходились на том, что город находится в месте, именуемом Uncanny Valley, однако ни на одной, самой условной карте, такого места нет. Один старый мозгоклюй, впрочем, утверждал, что это место называется не Uncanny Valley, а Uncunny Valley, но что это такое, не объяснил, а только похихикал гадливо.
По поводу Директории. Несмотря на наличие подробнейших карт самого города, есть большая проблема с его местонахождением. Вероятнее всего, это Неаполь: все легенды и предания указывают на это. Однако в городе есть древнеримская канализация, а катакомбы Неаполя для таких целей никогда не использовались. Хотя опять же — кто знает, что там понастроено и с какими целями?
Евск находится где-то немного севернее Директории. Скорее всего, он был построен уже после Хомокоста, так что с точной привязкой к современным картам могут быть проблемы.
Самая же непонятная ситуация — с тем, что находится южнее. Все жители Директории утверждали, что под Городом находится сельская местность, простирающаяся не слишком далеко. Некий жук-дармоед вспомнил про сельцо Лече, где делают кровяные колбасы и какой-то местный местный вариант рататуя. Можно предположить, что это Лечче — хотя и не предполагать этого тоже можно. О Сицилии никто ничего не слышал, о Калабрии — тоже. Создаётся впечатление, что земля южнее залива Таранто просто отсутствует. Хотя один старый, замшелый рыбон долго рассказывал об огромной отмели между Тирренским и Ионическим морем, с остатками древних сооружений на дне. Учитывая мощь древнего оружия, вполне возможно предположить, что соответствующие территории были разрушены и затонули. К сожалению, отмель захвачена головоногими из S.P.E.C.T.R.E, что там делается — никто не знает.
Что касается прочих доменов — Хемуля, Московии, Лапландии и так далее — то их расположение установить не удалось. Известно, что Московия и Лапландия находятся где-то на севере Европы, но вот где именно — хрен его душу знает. Один хемуль, впрочем, похвалялся, что в их домене имеется древний оперный театр. Судя по описаниям, он очень похож на венский — однако это может быть и подделка, и позднейшая копия. Есть некоторые основания предположить, что домен Лапландия находится именно там, где и нынешняя Лапландия — то есть на севере Финноскандии. И опять же — основания-то есть, но довольно шаткие.
Зато с Тора-Борыой всё просто. Она ровно там, где и сейчас. О границах домена в строгом смысле говорить не приходится — потому что равных соперников вблизи нет. Король правит там, где хочет править.
Где находится дерево Вак-Вак, установить не удалось. Что и неудивительно: оно вряд ли стремится к тому, чтобы ему нанесли визит недружелюбные существа с топорами.
На том автор свои изыскания и завершил.
Конечно, можно было бы их и продолжить. И даже нарисовать карту — хотя бы приблизительную — которая в той или иной степени могла бы послужить подспорьем. Но автор больше полагается на воображение читателя. К тому же морально-нравственное содержание романа не зависит от километража. Но ежели кому интересен именно километраж, никто не препятствует самому посидеть над картами и нарисовать какой-то свой вариант, кто ж против. Не я уж точно, именно так.
ДВАДЦАТЬ СЕДЬМОЙ КЛЮЧИК, МНОГОСМЫСЛЕННЫЙ. КАК Я ПРИБЛИЖАЛСЯ
Я приближался к месту моего назначения. Эта фраза из "Капитанской дочки" — а также из пелевинского романа, некогда наделавшего шуму, а потом тихо скончавшегося в ватных объятьях того особого свойства признания, которое так легко переходит в забвение — как нельзя лучше описывала то, что происходило со мною, с моим жизненным миром.