Читаем Альманах «Литературная Республика» №3/2013 полностью

Социально-экономические отношения не зависят напрямую от социально-экономических формаций: первобытной, рабовладельческой, феодальной и капиталистической, они – проявление отношений интересов индивидуумов, этой первичной основы общества, в их стремлении свободного выбора одним интересом другого. Особенность формирования современного общества и в том, что пролетариат как самостоятельное явление выступал лишь в специфических условиях западного общества XIX в. В последующем он был либо декларативной самоидентификацией, часто произвольной, либо влиял постольку, поскольку входил в состав других явлений и сил.

Да – социализм лежит в естественном проявлении развития как ситуационного первенства тех или иных частных субъектов и объектов. Да – социализм является естественным движением частных свойств – интересов индивидуумов – к полноте свободы выбора предмета их взаимодействия. И – да! Социализм вследствие вышесказанного по своей природе никогда не может достигнуть полноты собственного бытия, оставаясь более частным, чем обслуживаемое им частное, и находясь в полной зависимости от частного. Он не может быть социально-экономической формацией, и не поднимается выше простейших форм социального бытия – политики и идеологии.

И социализм не являлся социально-экономической формацией. Он был лишь политической формой достижения индивидуумами полной свободы такого выбора. Эта свобода была окончательно достигнута в 1980-х годах. Но социализм, удовлетворяя интересы индивидуумов путём их удаления от их социально-экономической роли, создавал общество, где народным массам отводится роль не эксплуатируемой части, а нечто, прикладного относительно главенствующих групп. Социально-экономические отношения упрощаются, но, поскольку их нельзя удалить полностью, их влияние заменяет человеконенавистнический, бесчеловечный тип государственности, обслуживающий их как отношения упрощённые. Человек как таковой заменяется его проявлениями – властью номенклатуры и прикладной ролью масс по отношении к ней. Идеология растлевает массы, формируя у них асоциальный тип поведения как средство наполнения контингента для лагерной экономики, искажает представления о реальных потребностях общества и личности. Разумеется, такое «развитие» исключает структурность общества как фактор, поддерживающий его системообразующие свойства. Социализм исключает системообразующие общности – народы, классы – как не соответствующие его основе – произвольно определённой, политической, а не социально-экономической структуре общества, и пытается привлечь на свою сторону общности, СЧИТАЮЩИЕСЯ несистемообразующими. Фашизм как подобие социализма на капиталистической, реальной социально-экономической основе, абсолютизирует социально-экономические отношения – последнее разумное, что остаётся у тирании, и, поставив тиранию им на службу, начинает разрушать все другие составляющие общества, апеллируя к общностям системообразующим. Но и социализм, и фашизм не учитывают главного: человек как явление является источником и системообразующих, и несистемообразующих отношений, и потому нет народов больших и малых, или классов паразитических.

Социалистическая экономика – сила, деструктуризирующая общество и общность, заменяя основополагающие общественные отношения простейшими формами социального бытия.

Перейти на страницу:

Все книги серии Литературная Республика

Похожие книги

Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»
Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»

Работа над пьесой и спектаклем «Список благодеяний» Ю. Олеши и Вс. Мейерхольда пришлась на годы «великого перелома» (1929–1931). В книге рассказана история замысла Олеши и многочисленные цензурные приключения вещи, в результате которых смысл пьесы существенно изменился. Важнейшую часть книги составляют обнаруженные в архиве Олеши черновые варианты и ранняя редакция «Списка» (первоначально «Исповедь»), а также уникальные материалы архива Мейерхольда, дающие возможность оценить новаторство его режиссерской технологии. Публикуются также стенограммы общественных диспутов вокруг «Списка благодеяний», накал которых сравним со спорами в связи с «Днями Турбиных» М. А. Булгакова во МХАТе. Совместная работа двух замечательных художников позволяет автору коснуться ряда центральных мировоззренческих вопросов российской интеллигенции на рубеже эпох.

Виолетта Владимировна Гудкова

Драматургия / Критика / Научная литература / Стихи и поэзия / Документальное
Театр
Театр

Тирсо де Молина принадлежит к драматургам так называемого «круга Лопе де Веги», но стоит в нем несколько особняком, предвосхищая некоторые более поздние тенденции в развитии испанской драмы, обретшие окончательную форму в творчестве П. Кальдерона. В частности, он стремится к созданию смысловой и сюжетной связи между основной и второстепенной интригой пьесы. Традиционно считается, что комедии Тирсо де Молины отличаются острым и смелым, особенно для монаха, юмором и сильными женскими образами. В разном ключе образ сильной женщины разрабатывается в пьесе «Антона Гарсия» («Antona Garcia», 1623), в комедиях «Мари-Эрнандес, галисийка» («Mari-Hernandez, la gallega», 1625) и «Благочестивая Марта» («Marta la piadosa», 1614), в библейской драме «Месть Фамари» («La venganza de Tamar», до 1614) и др.Первое русское издание собрания комедий Тирсо, в которое вошли:Осужденный за недостаток верыБлагочестивая МартаСевильский озорник, или Каменный гостьДон Хиль — Зеленые штаны

Тирсо де Молина

Драматургия / Комедия / Европейская старинная литература / Стихи и поэзия / Древние книги