Читаем Человек за бортом. Полярная повесть полностью

– Ну, вот что. Тебе надо в море. Пару лет походишь в рейсы, сама заработаешь, старикам своим поможешь, а там видно будет. Вот только на «пассажир» или на «сухогруз» я бы тебе не советовала. Там хоть и заработки приличные, но блуд сплошной. Будут к тебе в каюту таскаться всяк, кому бабу захочется. Домой вернешься, на стул сядешь и вздохнешь с облегчением: наконец-то ноги вместе, – цинично сформулировала Танька. – Я бы тебе посоветовала на научно-исследовательское завербоваться. Во-первых, у них кругосветки, к зарплате надбавки всякие; в хорошие порты заходят, мир повидаешь, прибарахлишься. А во-вторых, там, кроме экипажа, ученые, профессора, доценты там всякие. Глядишь, и муженька себе присмотришь, доцентика какого-нибудь. Ты же у нас девушка начитанная, с тобой и поговорить есть о чем. Кстати, у них там и библиотеки есть, можно по специальности устроиться, с твоим-то красным дипломом.

– Да кто ж меня возьмет?

– Не дрейфь, подруга, как говорят моряки. Считай, что я твой счастливый лотерейный билетик. Хотя должность у меня и невеликая – секретарь при большом начальнике, но ты же знаешь, деликатные вопросы не начальники решают, а секретари. Короче, так. Завтра же приедешь ко мне часикам к одиннадцати, я с утра в кадрах анкету возьму, заполнишь. А я потом переговорю с кем надо. Ну, за встречу, – и Татьяна подняла свой бокал.

На научно-исследовательское судно устроиться не удалось – все приписанные к питерскому морскому пароходству были в плавании. Но тут стали формировать экипаж на ледокол «Академик Смирнов». «За неимением гербовой пишем на простой, – так прокомментировала ситуацию Танька Туманова. – Соглашайся, Аська, рейс недолгий, месяцев пять, зато сразу кучу денег заработаешь, идет в Антарктиду, там к зарплате полярная надбавка будет, а это очень приличные бабки. К тому же работа – не бей лежачего. Кому там книжки читать, полярникам, что ли?»


***

Так Ася Андреева стала библиотекарем ледокола, уходящего рейсом на Южный полюс. Она, конечно, не бывала ни на пассажирских, ни на грузовых судах, не знала, какие там нравы и порядки, но здесь, на ледоколе, мужики ей проходу не давали. Стройная, голубоглазая, с высокой грудью и густыми, каштанового цвета, очень пышными волосами, она привлекала внимание мужчин уже в студенческие годы. Вот и здесь ее моментально выделили из всех женщин, какие находились на борту. Библиотека напоминала проходной двор. А поскольку цветов в море взять неоткуда, ящики Асиного стола были завалены плитками шоколада, конфетами, яблоками, мандаринами.

Но так продолжалось недолго. Внезапно хождения прекратились – как и не было ничего. Ася вздохнула с облегчением, хотя и не понимала еще истинной причины. Впрочем, вскоре все прояснилось. В библиотеку заглянул ее непосредственный начальник – старший помощник капитана, чиф, как его называли моряки. Деловым тоном поинтересовался, есть ли в библиотеке «Справочник штурмана».

– Есть, конечно, – ответила Ася, которая весь перечень литературы своей не шибко богатой библиотеки уже знала наизусть.

– Отнесите в каюту капитана, – приказал старпом. – Знаете, где каюта мастера?

– Нет, конечно. Откуда? Я же там никогда не была, – робко ответила девушка.

Старпом проводил ее до каюты – сама бы Ася враз запуталась в этих переходах между палубами, спусками и подъемами по бесконечным лестницам, – коротко постучал в дверь и, не дожидаясь ответа, удалился.

Услышав «Войдите!», Ася переступила порог и оказалась в небольшом уютном кабинете. Горела настольная лампа под зеленым абажуром. Возле письменного стола стояли два глубоких кожаных кресла. За столом, заваленным морскими лоциями, журналами в ярких обложках и бесчисленными коробками трубочного табака, сидел высокий худощавый человек, поглаживая тонкие седые усики. Ася до этого лишь несколько раз, да и то издали, видела капитана.

– Проходите, присаживайтесь, – пригласил капитан. – Меня зовут Виктор Карпович. А вас Ася? Как по батюшке.

– Ася Маратовна, просто Ася, – смущенно улыбнулась девушка.

– Красивое сочетание – Ася Маратовна, – проговорил мастер. – Ну хорошо, присаживайтесь, просто Ася, – и указал ей рукой на одно из кресел.

Она присела, держа книгу на коленях. Потом, спохватившись, положила ее на краешек стола.

– Что это? – спросил Виктор Карпович.

– «Справочник штурмана», вы же просили.

– Я?! – вроде как удивился капитан, потом, спохватившись, кивнул: – а, ну да-да. А знаете что, Ася, не выпить ли нам кофейку? – Не дожидаясь ответа, он первым встал, открыл другую дверь и пригласил девушку в соседнюю комнату.

Салон капитанской каюты был обставлен массивной солидной мебелью из дерева благородных пород, ослепительно сияли под светом ламп медные ручки, окантовка стола, затворы на иллюминаторах. В углу разместился большой холодильник, рядом, на столике, стояла кофемашина.

– С этим чудо-агрегатом управляться умеете? – спросил Виктор Карпович и, услышав утвердительный ответ, скомандовал: – Тогда – полный вперед! Из женских рук, знаете ли, и кофе вкуснее.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Земля
Земля

Михаил Елизаров – автор романов "Библиотекарь" (премия "Русский Букер"), "Pasternak" и "Мультики" (шорт-лист премии "Национальный бестселлер"), сборников рассказов "Ногти" (шорт-лист премии Андрея Белого), "Мы вышли покурить на 17 лет" (приз читательского голосования премии "НОС").Новый роман Михаила Елизарова "Земля" – первое масштабное осмысление "русского танатоса"."Как такового похоронного сленга нет. Есть вульгарный прозекторский жаргон. Там поступившего мотоциклиста глумливо величают «космонавтом», упавшего с высоты – «десантником», «акробатом» или «икаром», утопленника – «водолазом», «ихтиандром», «муму», погибшего в ДТП – «кеглей». Возможно, на каком-то кладбище табличку-времянку на могилу обзовут «лопатой», венок – «кустом», а землекопа – «кротом». Этот роман – история Крота" (Михаил Елизаров).Содержит нецензурную браньВ формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Михаил Юрьевич Елизаров

Современная русская и зарубежная проза
Белая голубка Кордовы
Белая голубка Кордовы

Дина Ильинична Рубина — израильская русскоязычная писательница и драматург. Родилась в Ташкенте. Новый, седьмой роман Д. Рубиной открывает особый этап в ее творчестве.Воистину, ни один человек на земле не способен сказать — кто он.Гений подделки, влюбленный в живопись. Фальсификатор с душою истинного художника. Благородный авантюрист, эдакий Робин Гуд от искусства, блистательный интеллектуал и обаятельный мошенник, — новый в литературе и неотразимый образ главного героя романа «Белая голубка Кордовы».Трагическая и авантюрная судьба Захара Кордовина выстраивает сюжет его жизни в стиле захватывающего триллера. События следуют одно за другим, буквально не давая вздохнуть ни герою, ни читателям. Винница и Питер, Иерусалим и Рим, Толедо, Кордова и Ватикан изображены автором с завораживающей точностью деталей и поистине звенящей красотой.Оформление книги разработано знаменитым дизайнером Натальей Ярусовой.

Дина Ильинична Рубина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза