Тьфу, болтун, не дури!Я старуха, конечно, простая, Во дворце ТюильриСорок лет уже пыль подметаю. Видно, богу грешна, — Просыпаюсь от сна,Посмотрела, а в пламени свечекЭтот красный стоит человечек. Боже правый, молю, Помоги королю! А случалось не раз,Только ночь подойдет, тут как тут он, Рыж, горбат, косоглаз,В плащ кровавый, как дьявол, закутан, Нос загнулся крючком, Пляшет, скачет бочком,Хриплым голосом воет, хохочет,Во дворцах перемены пророчит… Боже правый, молю, Помоги королю! В девяносто второмПоявлялся он часто не зря нам, Приказал из хоромУбираться попам и дворянам, Поднял красный колпак, Об пол стукнул вот так,Что дыханье в груди моей сперло,Марсельезу орет во все горло. Боже правый, молю, Помоги королю! Подметала я — глядь,Он по желобу лезет на крышу, Чтоб меня испугать,Говорит — Робеспьера услышу, Весь напудрен, завит, Принял набожный вид,Сам смеется над саном духовным,Существом заклинает Верховным. Боже правый, молю, Помоги королю! Но террор отшумел,Поминальные свечи померкли. Он вернуться посмел,Закричал: «Императора свергли!» — И султан казака Вдел в дыру козырька,И солдатскую песню лихуюЗатянул под волынку лихую. Боже правый, молю, Помоги королю! Так запомни и верь,Что дождешься ты гостя ночного! В ту же самую дверьТретью ночь он является снова, Продолжает игру, Словно певчий в хору,И к земле пригибается низко,В черной шляпе своей иезуитской. Боже правый, молю, Помоги королю!