Читаем Иметь и не потерять полностью

Подкатывал юбилейный для Северска год – четырехсотлетие. Дата неординарная – общегосударственная. И потому Северск должен был выглядеть не как заштатный городишко, а как подлинный юбиляр – достойно во всех отношениях, и прежде всего – внешне. В то время руководил городом молодой и дальновидный председатель горисполкома – Ефимов Андрей Григорьевич. Он и возглавил всю работу по улучшению облика площадей, скверов и улиц города, исторически ценных зданий.

Вызвал он к себе Петра Лукашова и меня в привесок и поставил задачу: изготовить к такому-то сроку сто пятьдесят уличных светильников, художественно оформленных под старину. Заказ, как снег на голову свалился, а у нас свои планы, свои обязательства, но и к просьбе городского начальства не пристало относиться неуважительно – наизнанку вывернись, а сделай.

Не согрела нас предстоящая трудовая перспектива. Более того, изрядно озадаченными вернулись мы к себе в колонию и тотчас погрузились в совместные размышления, закрывшись в кабинете Лукашова. А думать было о чем: перво-наперво нужно было сконструировать модель фонаря, согласовать ее с городом, затем разработать чертежи и, самое главное, изготовить. Наш парк механического оборудования, включая металлообрабатывающие станки, позволял выполнять и не такие заказы, но технологической оснастки на изготовление уличных светильников у нас не имелось, а это дополнительные конструкторские работы, на которые необходимо определенное (а не зная, что к чему) и неопределенное время. Сроки, сроки… Думки – задумки…

Поехал я в исторический музей и взял оттуда на время под большим нажимом градоначальника на руководство музея чудом сохранившийся старинный фонарь восемнадцатого века, некогда освещавший главные въездные ворота Северска. Его внешний вид и лег в основу конструкторских решений при разработке светильника нового образца.

Но легко увидеть, легко сказать, а не просто сделать. Казалось бы, что там – фонарь прост, как табуретка. Да не тут-то было! Все там гнутые и витые ажурные украшения из кованого железа наши кузнецы могли осилить, пусть не без проблем. А вот куполообразная крышка из тонких выгнутых лепестков – задача непростая: мы еще не использовали метод вытяжки холодного листового металла. Да и со специальными стеклами была закавыка. Пришлось поломать голову, в том числе и мне, как говорят: ложиться и вставать с одной и той же мыслью – о фонаре. Не раз садился я за кульман, а также выполнял на рабочем месте те или иные технологические операции, прихватывая по два-три часа после окончания рабочей смены. И все же общими усилиями мы нашли оптимальный метод изготовления тонких, сферически выгнутых, крышек на уличные светильники, и с теплостойкими стеклами все решилось.

Первый фонарь был для всех, кто вложил в него не только умение, но и частицу души, вроде новорожденного дитя – его не только осматривали со всех сторон, но и щупали, убеждаясь – не бутафория ли, не закрашен ли вместо металлических пластин и замысловатого орнамента какой-нибудь картон. Что же касается меня, то неизведанное ранее чувство первооткрывателя, перешагнувшего через, казалось бы, невозможное на данном техническом этапе; сладкое удовлетворение долгих усилий конструктора, едва ли ни целую неделю воспаряли над всеми другими эмоциями – я как бы жил в ощутимом ореоле какой-то неизвестной ауры. Поддерживала мой душевный настрой и Таня, искренне радуясь и за меня, и за наш общий успех.

Опытный образец светильника был представлен городскому начальству и получил одобрение. Началась трудовая «запарка» по изготовлению большой партии фонарей. Снова производственные проблемы, жесткий технический контроль на всех этапах изготовления изделия, авральные хлопоты по материальному обеспечению внепланового заказа, и опять многое проходило через меня, через мои физические и умственные напряжения. А вследствие предельных усилий всего людского состава, задействованного в этой работе, ответственный заказ был выполнен в оговоренный срок, и сто пятьдесят декоративных фонарей украсили Северский кремль. Простояли они там до более широкой реконструкции уникального исторического памятника, и были заменены на новые светильники с гербом города Северска, которые устанавливались уже на литых чугунных опорах.

Так, благодаря юбилею Северска, и поднялось производство по изготовлению декоративных уличных светильников, ставшее после основой моей предпринимательской деятельности.

Перейти на страницу:

Все книги серии Сибириада

Дикие пчелы
Дикие пчелы

Иван Ульянович Басаргин (1930–1976), замечательный сибирский самобытный писатель, несмотря на недолгую жизнь, успел оставить заметный след в отечественной литературе.Уже его первое крупное произведение – роман «Дикие пчелы» – стало событием в советской литературной среде. Прежде всего потому, что автор обратился не к идеологемам социалистической действительности, а к подлинной истории освоения и заселения Сибирского края первопроходцами. Главными героями романа стали потомки старообрядцев, ушедших в дебри Сихотэ-Алиня в поисках спокойной и счастливой жизни. И когда к ним пришла новая, советская власть со своими жесткими идейными установками, люди воспротивились этому и встали на защиту своей малой родины. Именно из-за правдивого рассказа о трагедии подавления в конце 1930-х годов старообрядческого мятежа роман «Дикие пчелы» так и не был издан при жизни писателя, и увидел свет лишь в 1989 году.

Иван Ульянович Басаргин

Проза / Историческая проза
Корона скифа
Корона скифа

Середина XIX века. Молодой князь Улаф Страленберг, потомок знатного шведского рода, получает от своей тетушки фамильную реликвию — бронзовую пластину с изображением оленя, якобы привезенную прадедом Улафа из сибирской ссылки. Одновременно тетушка отдает племяннику и записки славного предка, из которых Страленберг узнает о ценном кладе — короне скифа, схороненной прадедом в подземельях далекого сибирского города Томска. Улаф решает исполнить волю покойного — найти клад через сто тридцать лет после захоронения. Однако вскоре становится ясно, что не один князь знает о сокровище и добраться до Сибири будет нелегко… Второй роман в книге известного сибирского писателя Бориса Климычева "Прощаль" посвящен Гражданской войне в Сибири. Через ее кровавое горнило проходят судьбы главных героев — сына знаменитого сибирского купца Смирнова и его друга юности, сироты, воспитанного в приюте.

Борис Николаевич Климычев , Климычев Борис

Детективы / Проза / Историческая проза / Боевики

Похожие книги