Читаем Искусство XX века. Ключи к пониманию: события, художники, эксперименты полностью

Чем дальше художник работал с цветом, тем важнее становилась его роль. В картине Red, Orange, Tan and Purple части разделены по горизонтали, и композиция картины кажется более структурированной. Ротко наносил краски на холст слоями различных оттенков, экспериментировал с составами красок и грунта, чтобы в результате цвет на холсте казался неоднородным, сложным и подвижным. Чаще всего палитра чередуется между холодными и тёплыми сочетаниями – здесь фиолетовый и бледно-жёлтый окружены ярким оранжевым облаком. Оранжевый будто постепенно обволакивает и затягивает эти цветовые поля, а вместе с ними и взгляд зрителя. Чтобы не прерывалось движение цвета, художник наносил краску и на те части холста, которые выходят на торцы подрамника. Это делало невозможным наличие рамы – она сковала бы и ограничила движение цвета и взгляда зрителя, сделала бы невозможным полноценное погружение в картину.

В прямоугольных частях полотен Ротко не стоит видеть конкретные геометрические формы – это цветовые поля, они не имеют конкретного значения.

Его живопись воздействует не на интеллект и подсознание, а предполагает интуитивное восприятие и полное погружение.

Для этого рассматривать полотна нужно с расстояния не дальше 40 см, чтобы не чувствовать границы между собой и пространством картины, мысленно входить в него. Это позволяет зрителю в полной мере почувствовать воздействие сложного подвижного цвета, ощутить яркую эмоцию.

Ротко писал, что «искусство – это путешествие в неведомый мир, в которое могут отправиться те, кто не боится рискнуть»[24]. Этот мир невозможно описать словами, у каждого он свой, но это мир, с которым человек утрачивает связь в течение жизни, уходя в житейские заботы. Именно поэтому, по мнению Ротко, живопись должна быть абстрактной, не нагруженной образами и смыслами. От них должно избавиться сознание, чтобы восстановить потерянные связи с мирозданием, ощутить внутри себя особую энергию.

Понимание новой роли живописи сформировалось под воздействием философии дзен-буддизма, крайне актуальной в США послевоенного периода. Из-за разочарования в христианстве, опровергнутых войной гуманистических идеалов усилился интерес к альтернативным религиозным учениям.

Одной из важнейших ценностей для дзен-буддизма является практика созерцания человеком его внутреннего мира. Это требует отрешённого от суеты сознания, которого можно достигнуть путём медитации. Крайне важно концентрироваться на том, что происходит в данный момент времени, не предаваться размышлениям, фантазиям, беспокойству о прошлом и будущем, одним словом, ощутить в полной мере состояние «здесь и сейчас». В результате медитации человек находит внутри себя тишину, пустоту. Пустота – важная ценность дзен-буддистской философии: ощутить пустоту – значит освободиться, наполниться чистотой и увидеть мир, не искажённый субъективными взглядами и оценками.

К такой медитации и должны располагать картины Марка Ротко. Их трудно описывать, о них непросто рассуждать именно потому, что они представляют собой нечто отрешённое от знакомого зримого мира.

Картины Марка Ротко – одновременно живопись и сложная философия, однако далёкому от дзен-буддизма обывателю искусство абстрактного экспрессионизма казалось эффектным, удачным для оформления роскошных интерьеров бизнес-центров, отелей и других общественных мест. Сеть дорогих ресторанов «Четыре сезона» заказала Марку Ротко серию полотен для одного из заведений, расположенных в небоскрёбе на Манхэттене. Выполнив работу, художник отказался от гонорара и не отдал картины ресторану – слишком сильным было несоответствие собственного восприятия живописи и той функции, которую она должна была выполнять в столь роскошном месте.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Истина в кино
Истина в кино

Новая книга Егора Холмогорова посвящена современному российскому и зарубежному кино. Ее без преувеличения можно назвать гидом по лабиринтам сюжетных хитросплетений и сценическому мастерству многих нашумевших фильмов последних лет: от отечественных «Викинга» и «Матильды» до зарубежных «Игры престолов» и «Темной башни». Если представить, что кто-то долгое время провел в летаргическом сне, и теперь, очнувшись, мечтает познакомиться с новинками кинематографа, то лучшей книги для этого не найти. Да и те, кто не спал, с удовольствием освежат свою память, ведь количество фильмов, к которым обращается книга — более семи десятков.Но при этом автор выходит далеко за пределы сферы киноискусства, то погружаясь в глубины истории кино и просто истории — как русской, так и зарубежной, то взлетая мыслью к высотам международной политики, вплетая в единую канву своих рассуждений шпионские сериалы и убийство Скрипаля, гражданскую войну Севера и Юга США и противостояние Трампа и Клинтон, отмечая в российском и западном кинематографе новые веяния и старые язвы.Кино под пером Егора Холмогорова перестает быть иллюзионом и становится ключом к пониманию настоящего, прошлого и будущего.

Егор Станиславович Холмогоров

Искусствоведение
Искусство жизни
Искусство жизни

«Искусство есть искусство жить» – формула, которой Андрей Белый, enfant terrible, определил в свое время сущность искусства, – является по сути квинтэссенцией определенной поэтики поведения. История «искусства жить» в России берет начало в истязаниях смехом во времена Ивана Грозного, но теоретическое обоснование оно получило позже, в эпоху романтизма, а затем символизма. Эта книга посвящена жанрам, в которых текст и тело сливаются в единое целое: смеховым сообществам, формировавшим с помощью групповых инсценировок и приватных текстов своего рода параллельную, альтернативную действительность, противопоставляемую официальной; царствам лжи, возникавшим ex nihilo лишь за счет силы слова; литературным мистификациям, при которых между автором и текстом возникает еще один, псевдоавторский пласт; романам с ключом, в которых действительное и фикциональное переплетаются друг с другом, обретая или изобретая при этом собственную жизнь и действительность. Вслед за московской школой культурной семиотики и американской poetics of culture автор книги создает свою теорию жизнетворчества.

Шамма Шахадат

Искусствоведение
Искусство на повестке дня. Рождение русской культуры из духа газетных споров
Искусство на повестке дня. Рождение русской культуры из духа газетных споров

Книга Кати Дианиной переносит нас в 1860-е годы, когда выставочный зал и газетный разворот стали теми двумя новыми пространствами публичной сферы, где пересекались дискурсы об искусстве и национальном самоопределении. Этот диалог имел первостепенное значение, потому что колонки газет не только описывали культурные события, но и определяли их смысл для общества в целом. Благодаря популярным текстам прежде малознакомое изобразительное искусство стало доступным грамотному населению – как источник гордости и как предмет громкой полемики. Таким образом, изобразительное искусство и журналистика приняли участие в строительстве русской культурной идентичности. В центре этого исследования – развитие общего дискурса о культурной самопрезентации, сформированного художественными экспозициями и массовой журналистикой.

Катя Дианина

Искусствоведение