Читаем Искусство XX века. Ключи к пониманию: события, художники, эксперименты полностью

Столь непростые для восприятия примеры фигуративной живописи созданы английскими художниками в 1940–1950-е годы, их деятельность была определена общим названием «лондонская школа», однако сами мастера считали подобное объединение условным. Наиболее известные среди них – Фрэнсис Бэкон, Люсьен Фрейд, Франк Ауэрбах, Леон Коссоф, а направление, к которому они оказались ближе всего, – экспрессионизм. Художники были очень разными по темпераменту, мировоззрению и живописной манере, однако всех мастеров объединили время и события: Вторая мировая война, ядерная угроза и холокост, а также особый взгляд на человека и его уязвимое, недолговечное, потерявшее опору тело, вызывающее содрогание, а не восхищение.

Пугающая телесность образов, созданных художниками «лондонской школы», окончательно утвердила выход искусства за рамки категории прекрасного, соответствуя миру, в котором есть атомная бомба и концлагеря.

Воплотив в своём искусстве одну из важнейших идей XX века – движение, Колдер стал создателем кинетического искусства – современного направления, в котором произведение находится в постоянном изменении. Динамика позволяет видеть в скульптуре новое, она завораживает, а медленный темп движения успокаивает.

Неуловимость и изменчивость формы мобиля созвучна быстроте мелькающих мгновений человеческой жизни.

Исторические события первой половины и середины XX столетия заставили художников, музыкантов, писателей и философов переосмыслить отношение к миру. Искусство этого большого периода сложно, надрывно, философично, интеллектуально и элитарно. К началу 1960-х годов, постепенно удаляясь от размышлений о страшном, оно заговорит на новом языке – языке поп-арта.


Александр Колдер. Риту 1. 1946 г. Частная коллекция


Глава 6

Назад к вещам. Поп-арт, китч и эпоха постмодерна

Поп-арт – это для всех.

Энди Уорхол

Каждое новое десятилетие XX века будто опровергает предыдущее, радикально пересматривая жизненные ориентиры, ценности, нормы, моду и, конечно, возможности искусства. Если послевоенные 1950-е годы были временем расцвета абстрактной живописи, призывавшей отказаться от разговора о пугающем мире вокруг, изучая глубины индивидуального, то 1960-е вернулись к радикальной предметности и обозначили совсем иной вектор развития искусства.

Придя в себя от тягот и лишений Второй мировой, окрепнув и встав на ноги, западный мир выполнил перезагрузку и открыл безграничные радости новых возможностей, данных техническим прогрессом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Истина в кино
Истина в кино

Новая книга Егора Холмогорова посвящена современному российскому и зарубежному кино. Ее без преувеличения можно назвать гидом по лабиринтам сюжетных хитросплетений и сценическому мастерству многих нашумевших фильмов последних лет: от отечественных «Викинга» и «Матильды» до зарубежных «Игры престолов» и «Темной башни». Если представить, что кто-то долгое время провел в летаргическом сне, и теперь, очнувшись, мечтает познакомиться с новинками кинематографа, то лучшей книги для этого не найти. Да и те, кто не спал, с удовольствием освежат свою память, ведь количество фильмов, к которым обращается книга — более семи десятков.Но при этом автор выходит далеко за пределы сферы киноискусства, то погружаясь в глубины истории кино и просто истории — как русской, так и зарубежной, то взлетая мыслью к высотам международной политики, вплетая в единую канву своих рассуждений шпионские сериалы и убийство Скрипаля, гражданскую войну Севера и Юга США и противостояние Трампа и Клинтон, отмечая в российском и западном кинематографе новые веяния и старые язвы.Кино под пером Егора Холмогорова перестает быть иллюзионом и становится ключом к пониманию настоящего, прошлого и будущего.

Егор Станиславович Холмогоров

Искусствоведение
Искусство жизни
Искусство жизни

«Искусство есть искусство жить» – формула, которой Андрей Белый, enfant terrible, определил в свое время сущность искусства, – является по сути квинтэссенцией определенной поэтики поведения. История «искусства жить» в России берет начало в истязаниях смехом во времена Ивана Грозного, но теоретическое обоснование оно получило позже, в эпоху романтизма, а затем символизма. Эта книга посвящена жанрам, в которых текст и тело сливаются в единое целое: смеховым сообществам, формировавшим с помощью групповых инсценировок и приватных текстов своего рода параллельную, альтернативную действительность, противопоставляемую официальной; царствам лжи, возникавшим ex nihilo лишь за счет силы слова; литературным мистификациям, при которых между автором и текстом возникает еще один, псевдоавторский пласт; романам с ключом, в которых действительное и фикциональное переплетаются друг с другом, обретая или изобретая при этом собственную жизнь и действительность. Вслед за московской школой культурной семиотики и американской poetics of culture автор книги создает свою теорию жизнетворчества.

Шамма Шахадат

Искусствоведение
Искусство на повестке дня. Рождение русской культуры из духа газетных споров
Искусство на повестке дня. Рождение русской культуры из духа газетных споров

Книга Кати Дианиной переносит нас в 1860-е годы, когда выставочный зал и газетный разворот стали теми двумя новыми пространствами публичной сферы, где пересекались дискурсы об искусстве и национальном самоопределении. Этот диалог имел первостепенное значение, потому что колонки газет не только описывали культурные события, но и определяли их смысл для общества в целом. Благодаря популярным текстам прежде малознакомое изобразительное искусство стало доступным грамотному населению – как источник гордости и как предмет громкой полемики. Таким образом, изобразительное искусство и журналистика приняли участие в строительстве русской культурной идентичности. В центре этого исследования – развитие общего дискурса о культурной самопрезентации, сформированного художественными экспозициями и массовой журналистикой.

Катя Дианина

Искусствоведение