Читаем Искусство XX века. Ключи к пониманию: события, художники, эксперименты полностью

В спокойной безвоенной обстановке стали активно развиваться технологии, в больших количествах производились товары, способные облегчить домашний быт, а материальный уровень жизни повышался. Индустрия развлечений стала доступной большему количеству людей, а особое развлекательное новшество – телевидение – вошло в каждый дом. 1960-е годы – время погружения в мир материальных радостей, товаров и услуг. Всё это не могло не повлиять на новую систему образов в искусстве, вновь открывшую яркий и привлекательный внешний мир.

Первые примеры новых интересов хорошо видны в английском искусстве. Тягостное содержание картин «лондонской школы» утрачивает актуальность, постепенно уходит на второй план, и на авансцене появляются совсем другие произведения – такие, как работа Ричарда Гамильтона «Что делает наши дома такими разными, такими привлекательными». Выполненная в столь любимой XX веком технике коллажа, композиция представляет собой вырезки из журналов с рекламой самых разных товаров: ветчины и пылесосов, молодости и красоты, леденцов на палочке и бобинных магнитофонов – всё узнаваемо и понятно. Кадру из рекламного ролика на экране телевизора вторит вид из окна со светящимися вывесками, афишами, предлагающими качественно развлечься. Этот коллаж 1956 года обозначил культурные ориентиры грядущего десятилетия. Для абстрактного экспрессионизма вещи не имели значения, а теперь героем искусства стали именно они, окружающие человека в реальности с её магазинами, салонами красоты, телевидением, журналами. Так от абстракции маятник искусства качнулся в сторону самой понятной и осязаемой предметности.

Товары массового потребления, увековеченные английским художником Ричардом Гамильтоном, стали героями нового направления, названного популярным искусством, или поп-артом, которому было суждено занять главное место в искусстве 1960–1970-х годов, но не в Европе, а в США. Экономический рост, который переживала Америка после войны, позволил ей занять ведущие позиции на политической сцене и в искусстве.


Ричард Гамильтон. Так что же делает наши сегодняшние дома такими разными, такими привлекательными? 1956 г. Музей искусств, Тюбингем

Благодаря стремительно развивающимся медиа американский поп-арт стал самым узнаваемым направлением XX века.

Звезда поп-арта взошла в 1962 году, когда его фактический создатель, Энди Уорхол, изобразил стоящие в ряд бутылки кока-колы, тем самым сделав предметом искусства вещь с коммерческим имиджем. На первый взгляд работа Уорхола свелась к превращению рекламного плаката в живописное произведение, когда художественными средствами он изобразил всем известное и всеми покупаемое. Избрав самый американский и самый узнаваемый бренд, художник обратился к герою своего времени: любителю приобретать, поклоннику ярких этикеток, такому, как все, не склонному к поиску глубин бытия. Изобразив известную всем бутылку, художник взял лишь её оболочку, за которой не видно самого напитка, но в этом и заключается философское содержание произведения. Поп-арт расцветает в обществе потребления[26], в котором возникли совершенно новые ценности и ориентиры. Стремление обладать чем-либо для большинства превратилось в важнейшую цель, а в США, где всевозможные товары производятся в огромных количествах, удовлетворить это было очень просто.

Желание покупать оказалось сильнее, чем использовать купленное, функция приобретённой вещи утратила значение.

Так бутылки колы Уорхола не только напоминают о возможности приобретать сколь угодно много, но и говорят о превосходстве бренда перед назначением товара.

Изображение бутылок намекает на успех национальной торговой марки во всём мире, а также напоминает о такой важной американской ценности, как равенство. Сам Уорхол с восхищением указывал на демократичность кока-колы, вкус которой всегда одинаков и для королевы, и для безработного. В мире, где бренды могут повысить или понизить статус человека, кола всех уравнивает.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Истина в кино
Истина в кино

Новая книга Егора Холмогорова посвящена современному российскому и зарубежному кино. Ее без преувеличения можно назвать гидом по лабиринтам сюжетных хитросплетений и сценическому мастерству многих нашумевших фильмов последних лет: от отечественных «Викинга» и «Матильды» до зарубежных «Игры престолов» и «Темной башни». Если представить, что кто-то долгое время провел в летаргическом сне, и теперь, очнувшись, мечтает познакомиться с новинками кинематографа, то лучшей книги для этого не найти. Да и те, кто не спал, с удовольствием освежат свою память, ведь количество фильмов, к которым обращается книга — более семи десятков.Но при этом автор выходит далеко за пределы сферы киноискусства, то погружаясь в глубины истории кино и просто истории — как русской, так и зарубежной, то взлетая мыслью к высотам международной политики, вплетая в единую канву своих рассуждений шпионские сериалы и убийство Скрипаля, гражданскую войну Севера и Юга США и противостояние Трампа и Клинтон, отмечая в российском и западном кинематографе новые веяния и старые язвы.Кино под пером Егора Холмогорова перестает быть иллюзионом и становится ключом к пониманию настоящего, прошлого и будущего.

Егор Станиславович Холмогоров

Искусствоведение
Искусство жизни
Искусство жизни

«Искусство есть искусство жить» – формула, которой Андрей Белый, enfant terrible, определил в свое время сущность искусства, – является по сути квинтэссенцией определенной поэтики поведения. История «искусства жить» в России берет начало в истязаниях смехом во времена Ивана Грозного, но теоретическое обоснование оно получило позже, в эпоху романтизма, а затем символизма. Эта книга посвящена жанрам, в которых текст и тело сливаются в единое целое: смеховым сообществам, формировавшим с помощью групповых инсценировок и приватных текстов своего рода параллельную, альтернативную действительность, противопоставляемую официальной; царствам лжи, возникавшим ex nihilo лишь за счет силы слова; литературным мистификациям, при которых между автором и текстом возникает еще один, псевдоавторский пласт; романам с ключом, в которых действительное и фикциональное переплетаются друг с другом, обретая или изобретая при этом собственную жизнь и действительность. Вслед за московской школой культурной семиотики и американской poetics of culture автор книги создает свою теорию жизнетворчества.

Шамма Шахадат

Искусствоведение
Искусство на повестке дня. Рождение русской культуры из духа газетных споров
Искусство на повестке дня. Рождение русской культуры из духа газетных споров

Книга Кати Дианиной переносит нас в 1860-е годы, когда выставочный зал и газетный разворот стали теми двумя новыми пространствами публичной сферы, где пересекались дискурсы об искусстве и национальном самоопределении. Этот диалог имел первостепенное значение, потому что колонки газет не только описывали культурные события, но и определяли их смысл для общества в целом. Благодаря популярным текстам прежде малознакомое изобразительное искусство стало доступным грамотному населению – как источник гордости и как предмет громкой полемики. Таким образом, изобразительное искусство и журналистика приняли участие в строительстве русской культурной идентичности. В центре этого исследования – развитие общего дискурса о культурной самопрезентации, сформированного художественными экспозициями и массовой журналистикой.

Катя Дианина

Искусствоведение