Читаем Известный Алексеев. Т. 6. Избранные стихотворения полностью

    с подзорной трубой в руках

        и стал разглядывать в нее узор на обоях.


Приснилось бы мне,

что я гора Казбек.

    Проснулся бы —

    вся голова в снегу.

Так и ходил бы

с заснеженной головой.

А чего стесняться?

Старушки, посылающие телеграммы

Городские старушки

любят посылать телеграммы

своим полузабытым родственникам,

живущим в далеких деревнях.


Сочиняя телеграммы,

старушки вспоминают своих родственников,

плачут от умиления

и перевирают названия деревень.


Старушкам объясняют,

что таких деревень нет на свете,

а они плачут все пуще и пуще,

но теперь уже от недоумения.


Старушек просят не плакать,

отправляют их телеграммы неведомо куда,

и эти несчастные телеграммы

теряются в беспредельности мироздания.


Но старушки все плачут и плачут,

прижимая к глазам кружевные платочки,

плачут уже неведомо отчего,

и платочки у них мокрые, хоть выжми.

«Он пришел, и я сказал ему…»

Он пришел, и я сказал ему:

– Здравствуй!


Он улыбнулся мне

доброй,

открытой,

хорошей улыбкой

и удалился,

не сказав ни словечка.


И я крикнул ему:

– До свиданья!


Как это славно

с его стороны —

    он приходил,

    чтобы мне улыбнуться!

Труженики

Вчера был сильный ветер.

Все, что я построил,

он сдул.


Я не ленюсь,

я строю.

И ветер не ленится —

сдувает.


Мы с ним труженики.

«Как грустно…»

Как грустно

    уезжать и провожать!

Как горько

    покидать и оставаться!

Как радостно,

никуда не уезжая,

    встречать,

    встречать

    и встречать

и без устали

улыбаться всем приезжающим!

Я и Город

1991

Тебе и себе

(Нечто похожее на поэму)

Тебе

1

я искал тебя на утренних улицах

    ты могла идти

    в магазин за покупками

    но не шла


ты ходила за покупками после работы


я искал тебя на вечерних набережных

    ты могла гулять там

    со своим возлюбленным

    но не гуляла

вы предпочитаете другой маршрут


я искал тебя на летних пляжах

    ты могла лежать на спине

    с листочком на носу

    но не лежала

тебе было вредно загорать


я искал тебя в своих снах

    ты могла бы присниться мне

    хоть разок

    но не снилась

ты не имеешь привычки

        сниться чужим мужчинам


я искал тебя изо всех сил

и нашел

ты сидела в кафе за столиком

молчала

и загадочно улыбалась


чем не Джиоконда! —

подумал я —

только волосы какого-то странного цвета

то ли

цвета свежего снега

пасмурным мартовским утром

то ли

цвета перистых облаков

в безветренный июльский день

то ли

цвета молодого жемчуга

добываемого у берегов южной Японии

то ли

цвета сентябрьских сумерек

отраженных в озерах Карельского перешейка

    трудно понять

2

    я говорил тебе:

        не мешайте мне

        я занят важным делом

        я влюбляюсь

    я говорил тебе:

        подождите немного

        мне некогда

        я же влюбляюсь в вас!


я должен влюбляться в вас

внимательно

мне надо здорово

в вас влюбиться


– ну и как? – спрашивала ты —

получается?

– ничего – говорил я —

все идет как по маслу

– ну что? – спрашивала ты —

уже скоро?

– да да – отвечал я —

только не торопите меня

– ну скорее же скорее! —

просила ты —

мне надоело ждать! —

– потерпите еще немножко —

говорил я —

куда вам спешить?

– но почему же так долго? —

возмущалась ты —

так ужасно долго!

– потому что это навсегда —

говорил я —

потому что это навеки

– ну теперь-то уже готово? —

спрашивала ты —

сколько можно тянуть?

– да уже готово! —

сказал я

и поглядел на тебя

влюбленными глазами

– не глядите на меня так! —

сказала ты —

вы что

с ума сошли?

3

среди тысяч медлительных

знавших любовь

многоопытных женщин

и девушек резвых

с пушком на округлых щеках

я выбрал тебя


и я поставил тебя

на высокий пьедестал


ты стоишь там

и поправляешь кофточку

слегка смущенная

    но ничего

    скоро привыкнешь

ты стоишь там

и смотришь на меня сверху

слегка испуганно

    но не беда

    скоро осмелеешь

а я гляжу на тебя снизу

и удивляюсь


вот оно

это существо

    с глазами цвета крепкого кофе

вот оно

это существо

    с подмышками пахнущими

                            корицей

вот оно

это существо

    которому нет подобных!


вот она стоит

и улыбается довольная

ей уже нравится

на пьедестале

4

ты отдалась мне

в сумерках

на берегу реки

сумерки были

    серые

    декадентские

твое тело было

    смуглым от загара

    и пахло осенью

я был так счастлив

    что едва не рехнулся

а река была

    Волгой

    в верхнем течении


ты отдалась мне

на берегу Волги

в сухом высоком бурьяне

в начале октября

часов в девять вечера


ты сказала:

я хочу отдаться тебе

на берегу Волги!

и отдалась

5

я долго глядел

как угасал закат


когда все было кончено

я позвонил тебе и сказал:

милая

закат уже угас!


преобладало

    густо-алое

    ослепительно-золотое

    и пронзительно-лимонное

а победило

    темно-зеленое

    мрачно-синее

    и безнадежно-фиолетовое


ноты не горюй милая —

завтра загорится новый закат


обязательно позвони мне завтра! —

сказала ты


с тех пор

я звоню тебе каждый вечер

но все закаты гаснут

все до одного

6

я вижу тебя

в полумраке


я вижу твой затылок

я вижу твою шею

я вижу твои лопатки сжатые вместе

и белые незагоревшие твои ягодицы я вижу

я вижу линию твоего бедра

круто взбегающую вниз

и полого уходящую вниз

к колену

я вижу эту священную линию женского бедра

пред которой склоняется мир

я вижу твою голень

похожую на крупную рыбу

и твою пятку

ни на что не похожую

на этом все и кончается


по моим предположениям

существуют еще горы

                реки

                города

                и расписания движения поездов

                по железным дорогам


но мои предположения

могут и не подтвердиться


пока что я вижу только тебя

ты лежишь на боку

ко мне спиной

я поснулся

Перейти на страницу:

Похожие книги

В Ливане на войне
В Ливане на войне

Исай Авербух родился в 1943 г. в Киргизии, где семья была в эвакуации. Вырос в Одессе. Жил также в Караганде, Москве, Риге. По образованию — историк и филолог. Начинал публиковаться в газетах Одессы, Караганды, Алма-Аты в 1960–1962 гг. Далее стал приемлем лишь для Самиздата.В 1971 г. репатриировался в Израиль. Занимался исследованиями по истории российского еврейства в Иерусалимском университете, публиковал свои работы на иврите и по-английски. Пять лет вёл по «Голосу Израиля» передачу на СССР «Недельная глава Торы». В 1979–1980 гг. преподавал еврейскую историю в Италии.Был членом кибуца, учился на агрономических курсах, девять лет работал в сельском хозяйстве (1980–1989): выращивал фруктовые сады в Иудее и Самарии.Летом 1990 г. основал в Одессе первое отделение Сохнута на Украине, преподавал иврит. В качестве экскурсовода за последние десять лет провёз по Израилю около шести тысяч гостей из бывшего СССР.Служил в израильской армии, был участником Войны Йом-Кипур в 1973 г. и Ливанской войны в 1982 г.Стихи И.Авербух продолжал писать все годы, публиковался редко, но его поэма «Прощание с Россией» (1969) вошла в изданную Нью-Йоркским университетом антологию «ЕВРЕЙСКИЕ СЮЖЕТЫ В РУССКОЙ ПОЭЗИИ» (1973).Живет в Иерусалиме, в Старом городе.Эта книжка И.Авербуха — первая, но как бы внеочередная, неожиданно вызванная «злобой дня». За нею автор намерен осуществить и другие публикации — итоги многолетней работы.Isaiy Averbuch, Beit El str. 2, apt. 4, 97500, Old City, Jerusalem, Israel tel. 02-6283224. Иерусалим, 5760\2000. Бейрут, август — сентябрь, 1982, Иерусалим, 2000

Исай Авербух

Поэзия / Поэзия