Читаем Проскинитарий. Хождение строителя старца Арсения Суханова в 7157 (1649) году в Иерусалим полностью

Тут же гроб Давида пророка и царя, и сына его премудрого царя Соломона в пещере, внутрь мечети, что́ была церковь великая, и в ту де пещеру никто не входит от страха, ни сами турки, но токмо кандилы в ту пещеру зажегши свешивают, а кто де туда пойдет, и тот либо ослепнет, или обезумеет, или умрет; и то сказывал жидовин, понеже они ходят туда на поклон, дают почесть турком; а в ту де пещеру никто не входит, но издалека покланяются; ино мнится того ради, пишет преподобный отец Иоанн Дамаскин в степенных песнех: «в дому Давидове страшная совершаются, огнь бо тамо паля всяк срамен ум», понеже тут же мощи Давидовы лежат; а в городе, что́ называют дом Давидов, и тут живут турки, а никакого страху нет; и ныне тем местом и церквами на Сионе владеют турки, христианам к ним невходно, а прежде того тут был монастырь римских старцев, и турки у них отняли. Подле же того монастыря за огородами на полунощной стране кладбище христианское, тут все кладутся иерусалимляне, греки, арапы, римляне, армяне, иноцы и миряне и власти, и разных вер, которые нарицаются христиане. От того ж места с горы Сионской на полуденную страну сойти в овраг, и тем оврагом идти вниз по юдоли плачевной, на правом брегу на полугоре, от Иерусалима с версту, было село скудельниче, идеже погребаются ныне странники, якоже пишется о том месте во Евангелии: «тогда видев Иуда предавый Иисуса, яко осудиша его (на смерть ужасеся и) раскаявся (прииде к церкви) возврати 30 сребренник архиереом и старцем, глаголя: согреших, предав кровь неповинную; они же реша (ему), что есть нам (еже речети)? ты узриши»; он же не разумев, да что учинить о своем согрешении, шед «поверже сребренники в церкви», якоже пишет о сем Лука евангелист в Деянии апостольском, зачало 2, сице: «о Иуде бывшем вожди емшим Иисуса, яко причтен бысть с нами, и дошел бе ему ряд службы сея, сей убо стяжа село от мзды неправедныя, и ниц быв проседеся, и излияся вся утроба его; и разумно бысть всем живущим во Иерусалиме»; а во Евангелии написано кратко: «шед удавися. Архиереи же приемше сребренники те, и реша к себе: недостоит нам вложити в корвану, понеже де цена крове есть; и совещався и купиша ими село скудельнице, в погребение странным; и наречеся село то акелдама, сиречь село крове». О том же селе пророк Иеремия глаголет: «и прияша 30 сребренник цену цененнаго, егоже цениша от сынов израилевых, и даша на селе скудельничи». И от того времени и доныне тут погребаются страннии и пришельцы иноцы и мирские, которые приходят православные христиане от разных стран поклониться Гробу Христову и святым местам, и аще изволит Бог кому от тех преставитися, и тех всех тут кладут, а не дают ничего от места того, понеже куплено ценою Христовою; а ныне тут села нет, но пусто то место; но токмо по всей горе много без числа было пещер и палаток прекрасных, издолблены из единого камени из самородного в горе; многие разрушилися, а иные целы; в тех пещерах живали скитники и бывали монастыри; само место, идеже учинено в погребение странным, над юдолию плачевною в полугоре, в брегу, в диком камени изсечены палатки многие чудным строением красным, и из палаток во иные палатки проходы, и из тех палаток поделаны тесные дверцы, как может человек проползти на коленках, и тамо палатки же, а во иные лествицы вниз яко в погреб, а во всех тех палатках иссечены из того ж камени кровати великие, и на тех кроватех полагают без гробов телеса, а иные учинены якоб закрома великие, полны накладены как дров; и иные закромы опорожнивают, которые истлеют, ино кости во иные сбирают, а плоть тленную лопатами выгребают в особые закромы и тако порожнят для иных преставльшихся; а та персть черна, яко черная земля, а смраду как мы были не было ничего, токмо как зайдешь в дальние палатки глухие, ино дух тяжек земляной, якоже в земляном глухом погребе, а во иное время были, ино смрад велик, понеже двери скутаны, смраду выходить некуда; окон нету; а телеса полагаются новопреставльшихся странных, а иерусалимские в том месте не кладутся, токмо приходящие поклонницы. Тут же и церковь преподобного отца Онуфрия,·иссечена из горы из самородного камени целого, и бывает служба по преставльшихся в субботу мясопустную, и во иные не во многие; а ныне та церковь разорена и кельи, была подписана стенным письмом. Тут же недалеко от того места поставили армяне палатку каменную велику·и высоку без дверей, токмо наверху окна, яко творила у погреба поделаны на сводах, как можно человеку пролезть, и армяне своих странных тут погребают, спуская в те окна в палатку ту. Против того села во юдоли плачевной и мало пониже кладязь, зовется Иоавль, над ним учинены палатки, тут же цистерна учинена и мечеть турская, разорилась теперь. Той Иоав был ближний человек у царя Давида, иже убил, настигши за Иорданом, царевича Авессалома, сына Давидова; Давид же опечалися, что Иоав сына его убил, а не мог поймать живого и к нему привесть, повеле Иоава убити. А от того кладезя мало пошед вверх по юдоли плачевной, недалеко от города, под гору, купель Силоамля, от града саженей с двести, а вход к ней лествица каменная якобы в походный глубокий погреб, и тамо над нею изтесано из камени место в груди глубиною, и тут вода сбирается из горы, из камени; вода сладка и чиста видом; над нею учинен свод каменный, емлют ту воду в город, возят в кожах на ишаках. О той купели пишется во Евангелии от Иоанна, зач. 34: «егда ходил Иисус со ученики Своими, и обрете человека слепа от рождества; ученицы же вопрошаше Иисуса, глаголюще: Господи, сей согреши, или родители его, да слеп родился? он же рече: ни сей согреши, ни родителя его, но да явятся дела Божия на нем; Мне подобает делати дела пославшаго Мя Отца... и сия рек плюну на землю, и сотвори брение от плюновения и помаза очи слепому брением, и рече ему: иди и умыйся в Силоамстей купели... он же умывся и прозре»[229]. А сказывают про ту купель, егда возврати Бог от Вавилова заплененных от сынов Израилевых, и прииде пророк Иеремия, и с ним весь плен сионь на тот поток Кедрский, и возжадалися, и помолися пророк Богу, и даде ему Бог ту воду; а иных вод и рек и кладезей во Иерусалиме нет, окроме сих. От той купели идти вверх по юдоли плачевной, и на правой руке под горою Елеонскою против святая святых гроб царевича Авессалома, сына Давидова, егоже убил Иоав, на древе ему повисшу, понеже кудряв бе, и власы велии имый; чуден есть гроб той, высечен из горы великой, камень самородный, и очищены стены, и внутрь высечен якобы палатка четвероугольна шатровая, из единого камени вся высечена, а не составная, ни известию смазана, от низу даже до верху как вылита в олове; тут же и иные гробы, також чудным строением из единого камени высечены из горы, гроб Иакова брата Божия, гроб Захарии пророка. От Авессаломова гроба прямо вверх потоком Кедрским, против гефсиманских врат, было село Гевсимания, идеже гроб Пречистой Богородицы, яже нарицается Богородичен дом; близ есть града Иерусалима, на самом же потоке Кедрском, по-гречески о клафмос тон докрион, еже есть юдоль плачевная; из Иерусалима меж летним и зимним востоком от гефсиманских врат градных 150 сажен; и ныне то место нет не единого двора, токмо церковь едина, в самом юдольном месте в земле, ровно с землею, в ней же гроб Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии, церковь иссечена из камени, и выкладены стены каменем тесаным, и своды сведены мало не с землею ровны, но свод токмо мало повыше земли; внутри высока и велика; длина той церкви 20 сажен великих, а поперек от стены до лествицы 8 сажен невступно; внутрь учинена крестообразно лествица, шириною четырех сажен, на ней 47 ступеней внутрь, да в ней за дверьми два ступеня, и всего 49; на половине лествицы на восточной стене были гробы Иоакима и Анны, а ныне тут престол и бывает служба; ширина ступеням четверть без двух вершков, сам гроб Пресвятой Богородицы стоит среди церкви близко ко алтарю якоб теремочек четвероуголен, палатка высечена из горы, якоже Гроб Христов, в нее две двери, одна с западу, а другая на полночь, а гроб Пресвятой Богородицы в том теремке под восточною стеною якоб лавочка оклеена досками мраморными, длиною от стены до стены 9 пядей, а в ширину скупо аршин, от полу в высоту аршин добрый, и на той лавочке положено было тело Пресвятой Богородицы, и оттоле невидимо бысть. Внутрь той полатки, в высоту может человек рукою до верху досягнути, а на середке на самом верху окно круглое для дыму от паникадил; двери невелики, как можно человеку одному нагнувшись влести; а всех человек войдет семь или восемь; в ней же паникадил скляничных висит 21, горят с маслом над гробом Богородицыным; изнутри палатка та стены все ровны по полтора саженя небольших, а в высоту от мосту до верху столько ж; в той же палатке на полуденной стене сделано место, где магометане приходя молятся; також и в великой этой церкви на полуденной же стене учинено место в стене, где магометане кланяются, близко от той палатки. А великая церковь была вся подписана и вымощена мелкими мраморы цветными узорчатыми; алтарной переграды нету, все просто; тут же и армянский, и грузинский, и хабежский, и коптский престолы, каменны голые приделаны под стеною в разных местах, на них служат на праздник; а римские служат внутрь палатки на самом гробу Богородицыном на большем престоле; приходя греки по все субботы и недели по праздникам, служат службу, а поклонницы разных чинов тутошние иерусалимские жильцы, старцы и жены, и мужи приходят слушати; а в четверток вечер и пяток по утру до полудня приходят турки и жены их с детьми, и для того образов тут не держат, понеже турки образов ни которых не любят, ругаются им и разбивают их. А сверху той великой церкви был де монастырь великий, а ныне нет ничего, все до основания разбито по самый свод церковный, и кумбе нету, а около все пашню пашут.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Слово о полку Игореве
Слово о полку Игореве

Исследование выдающегося историка Древней Руси А. А. Зимина содержит оригинальную, отличную от общепризнанной, концепцию происхождения и времени создания «Слова о полку Игореве». В книге содержится ценный материал о соотношении текста «Слова» с русскими летописями, историческими повестями XV–XVI вв., неординарные решения ряда проблем «слововедения», а также обстоятельный обзор оценок «Слова» в русской и зарубежной науке XIX–XX вв.Не ознакомившись в полной мере с аргументацией А. А. Зимина, несомненно самого основательного из числа «скептиков», мы не можем продолжать изучение «Слова», в частности проблем его атрибуции и времени создания.Книга рассчитана не только на специалистов по древнерусской литературе, но и на всех, интересующихся спорными проблемами возникновения «Слова».

Александр Александрович Зимин

Литературоведение / Научная литература / Древнерусская литература / Прочая старинная литература / Прочая научная литература / Древние книги