Читаем Sisterdark / Сястра-Цемра(СИ) полностью

Затое Яромка забвае лёгка весела, людз для яго, нбы смецце. для мяне, атрымлваецца, таксама. Невыпадкова ён назва мяне свам прозвшчам. 'Прывтанне, Ляпец'. Пэна, намяка, што мы з м аднаго поля ягадк. мае ж рацыю, падлюга. Ён любць забваць, я таксама. Ён напалову Пачвара, я спакваля ператвараюся Цемру... Цкава, яго таксама дыяснкразя на Пячатку? Кудмень блакруе слу Пачвары - здаецца, яна мае тую ж прыроду, што Цемра. Асоба ншага, аднак, пры гэтым застаецца незакранутай. Калсьц ён бы чалавекам, цяпер ён паразтуючая снасць, што чаплася пасрэднка, як клешч, някм Пячаткам яго не выб'еш... Так, Лёня тут ужо н пры чым. Сам па сабе ён цямць не больш, чым зомб з прастрэленай галавой, см яго чынкам круе ншы... сётк, кал ён з заточкай па парку швэндася, ён дзейнча паводле сваёй вол, ц жо не?.. Хаця, якая рознца? Ён, прынамс, спрабава супрацляцца. А я... Я гатова добраахвотна кнуцца абдымк Цемры, аддацца ёй ва ладу без усякага супрацву. Ненавдзець забваць, забваць з радасным гканнем. Прывтанне, пан палцай... то бок, у сэнсе, Ляпец...


Не, Сястрычка, так не гадзцца. Нкуды не гадзцца. Хто, наогул, у доме гаспадар, я ц яна?.. Я стаяла пасярод пустыннай вулцы, спрабуючы сабрацца з думкам. Патроху мне далося супакоцца, чахарда галаве, нарэшце, спынлася. Цемра па-ранейшаму была тут, я адчувала, як яна врыць клякоча ва мне, але я жо зяла яе пад кантроль. Як дрэсрошчык тыгра. Упр звёрз лухту, паранашы яе з машынай для забойства. Яна жывая стота. Драпежнк. я трымаю яе на кароткай шворцы. Спакойна, млая, спакойна. Нчога не робм без каманды 'фас'... Не, Захар, канечне, таксама внаваты. Сам паклка ншага, пусц яго сваю душу. А цяпер... Што цяпер? Кольк хвлн таму сё было адназначна - знайсц яго прыкончыць. Аднак лютасць мая сцшылася, я разумела, што не жадаю яму смерц. Гэта Ляпцы забвал з пакалення пакаленне - вось ужо дзе сямейка маньяка, - а я не стану. Не хачу. Але, з ншага боку, што я буду рабць, кал ён выйдзе накнецца на мяне?.. Добра, што-небудзь зымправзуем. Па абставнах.


Агледзешыся, я зразумела, што знаходжуся на вулцы прыватным сектары, што вяла напрост да цэнтральнай плошчы. Туды, дзе нядзелю планавася мтынг, дзе зараз сканцэнтравался фальшывыя атазак, набтыя нежыццю. У гэтыя планы, аднак, ужо хтосьц нёс карэктывы. На першы погляд, у горадзе нчога не адбывалася. Цшыня, у вокнах н агеньчыка, лхтары гараць - цьмяна, цераз адзн. Эканомя электраэнерг. Вакол лхтаро раяцца сняжынк срэбнай жамярой, ды паблсквае ледзяная корка на ходнку, выкладзеным ружова-шэрай плткай. Ноч у правнцы, нчога выбтнага. Але я глядзела на горад скрозь Цемру бачыла рэчы, схаваныя ад людскх вачэй.


На двары бы Апакалпсс, горад пагрузся хаос. У нябёсах па-над дахам цьме зеленаваты золак - тое самае тагасветнае ззянне, што пераследвала мяне жахлвых мроях. Цяпер гэта зраблася рэчаснасцю. Слуп халоднага зелянявага полымя здымася таксама над Овелькай з боку Чортава моста. Свяцся ц то сам мост, ц то рака пад м. Крынца гэтага мёртвага святла знаходзлася за Брамай - сёння яна мусла адчынцца, дэманы Гпербарэ чакал на парозе, м засталося тольк атрымаць ключ, каб увайсц. А па горадзе, усцяж спусцелых вулц, ценям гойсал вакалак.


Я думках назвала х 'вакалакам', хаця насамрэч я не ведала, што яны такое адкуль узялся. Па мах назраннях, рухался яны аднекуль з боку гарадскх моглак, аднак да ажылых мерцвяко яны был непадобныя. Кал жо парановаць з мфчным стотам, то больш за сё яны нагадвал менавта вако-пярэваратня.


Упершыню я бачыла х каля старой лесапльн. Адтуль я ляцела, як на спрынтэрскай дыстанцы, мяне не было часу х разглядваць. Адзнае, што я заважыла той момант, была нейкая шэрая маса, што валтузлася снезе побач з фургонам, на якм мяне прывезл сюды. Мне здалося тады, што гэта вак ц здзчэлыя сабак - зелянявым святле золку я адрознла завостраныя вушы, худыя хрыбты ашчацненыя загрык. Прыпашы да зямл, яны з гырканнем гурчаннем дагрызал тое, што засталося ад спадара Стрыгна. Прызнацца, адчула я злараднасць. Што, Герман Бенцыяныч, нечаканчык? Туды вам дарога, сёй вашай яснавяльможнай херы таксама. На лёгкм кацеры, як той сказа. Гперабарэйцы недаробленыя.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Судьба. Книга 1
Судьба. Книга 1

Роман «Судьба» Хидыра Дерьяева — популярнейшее произведение туркменской советской литературы. Писатель замыслил широкое эпическое полотно из жизни своего народа, которое должно вобрать в себя множество эпизодов, событий, людских судеб, сложных, трагических, противоречивых, и показать путь трудящихся в революцию. Предлагаемая вниманию читателей книга — лишь зачин, начало будущей эпопеи, но тем не менее это цельное и законченное произведение. Это — первая встреча автора с русским читателем, хотя и Хидыр Дерьяев — старейший туркменский писатель, а книга его — первый роман в туркменской реалистической прозе. «Судьба» — взволнованный рассказ о давних событиях, о дореволюционном ауле, о людях, населяющих его, разных, не похожих друг на друга. Рассказы о судьбах героев романа вырастают в сложное, многоплановое повествование о судьбе целого народа.

Хидыр Дерьяев

Проза / Роман, повесть / Советская классическая проза / Роман
60-я параллель
60-я параллель

«Шестидесятая параллель» как бы продолжает уже известный нашему читателю роман «Пулковский меридиан», рассказывая о событиях Великой Отечественной войны и об обороне Ленинграда в период от начала войны до весны 1942 года.Многие герои «Пулковского меридиана» перешли в «Шестидесятую параллель», но рядом с ними действуют и другие, новые герои — бойцы Советской Армии и Флота, партизаны, рядовые ленинградцы — защитники родного города.События «Шестидесятой параллели» развертываются в Ленинграде, на фронтах, на берегах Финского залива, в тылах противника под Лугой — там же, где 22 года тому назад развертывались события «Пулковского меридиана».Много героических эпизодов и интересных приключений найдет читатель в этом новом романе.

Георгий Николаевич Караев , Лев Васильевич Успенский

Проза / Проза о войне / Военная проза / Детская проза / Книги Для Детей