Читаем Том 7. Изборник. Рукописные книги полностью

Путь мой трудный, путь мой длинный.Я один в стране пустынной,Но услады есть в пути,Улыбаюсь, забавляюсь,Сам собою вдохновляюсь,И не скучно мне идти.Широки мои поляны,И белы мои туманы,И светла луна моя,И поёт мне ветер вольныйРечью буйной, безглагольнойПро блаженство бытия.

«Околдовал я всю природу…»

Околдовал я всю природу,И оковал я каждый миг.Какую страшную свободуЯ, чародействуя, постиг!И развернулась без пределаМоя предвечная вина,И далеко простёрлось тело,И так разверзлась глубина!Воззвав к первоначальной силе,Я бросил вызов небесам,Но мне светила возвестили,Что я природу создал сам.

«День сгорал, недужно бледный…»

День сгорал, недужно бледный  И безумно чуждый мне.Я томился и метался  В безнадёжной тишине.Я не знал иного счастья, –  Стать недвижным, лечь в гробу.За метанья жизни пленной  Клял я злобную судьбу.Жизнь меня дразнила тупо,  Возвещая тайну зла:Вся она, в гореньи трупа,  Мной замышлена была.Это я из бездны мрачной  Вихри знойные воззвал,И себя цепями жизни  Для чего-то оковал.И среди немых раздолий,  Где царил седой Хаос,Это Я своею волей  Жизнь к сознанию вознёс.

«В долгих муках разлученья…»

В долгих муках разлученьяОтвергаешь ты меня,Забываешь час творенья,Злою карою забвеньяДень мечтательный казня.Что же, злое, злое чадо,Ты ко мне не подойдёшь?Или жизни ты не радо?Или множества не надо,И отдельность – только ложь?Не для прихоти мгновеннойЯ извёл тебя из тьмы,Чтобы в день, теперь забвенный,Но когда-то столь блаженный,Насладились жизнью мы.В беспредельности стремленьяВоплотить мои мечты,Не ушёл я от творенья,Поднял бремя воплощенья,Стал таким же, как и ты.

«Опьянение печали, озаренье тихих, тусклых свеч…»

Опьянение печали, озаренье тихих, тусклых свеч, –Мы не ждали, не гадали, не искали на земле и в небе встреч.Обагряя землю кровью, мы любовью возрастили те цветы,Где сверкало, угрожая, злое жало безнадёжной красоты.И в пустынях терпеливых нами созданной землиВ напряжении мечтанья и желанья вдруг друг друга мы нашли,Для печали и для боли, для безумия, для гроз…Торжество безмерной Воли, это Я тебя вознёс.

«На гибельной дороге…»

Перейти на страницу:

Все книги серии Собрание стихотворений

Похожие книги

Уильям Шекспир — природа, как отражение чувств. Перевод и семантический анализ сонетов 71, 117, 12, 112, 33, 34, 35, 97, 73, 75 Уильяма Шекспира
Уильям Шекспир — природа, как отражение чувств. Перевод и семантический анализ сонетов 71, 117, 12, 112, 33, 34, 35, 97, 73, 75 Уильяма Шекспира

Несколько месяцев назад у меня возникла идея создания подборки сонетов и фрагментов пьес, где образная тематика могла бы затронуть тему природы во всех её проявлениях для отражения чувств и переживаний барда.  По мере перевода групп сонетов, а этот процесс  нелёгкий, требующий терпения мной была формирования подборка сонетов 71, 117, 12, 112, 33, 34, 35, 97, 73 и 75, которые подходили для намеченной тематики.  Когда в пьесе «Цимбелин король Британии» словами одного из главных героев Белариуса, автор в сердцах воскликнул: «How hard it is to hide the sparks of nature!», «Насколько тяжело скрывать искры природы!». Мы знаем, что пьеса «Цимбелин король Британии», была самой последней из написанных Шекспиром, когда известный драматург уже был на апогее признания литературным бомондом Лондона. Это было время, когда на театральных подмостках Лондона преобладали постановки пьес величайшего мастера драматургии, а величайшим искусством из всех существующих был театр.  Характерно, но в 2008 году Ламберто Тассинари опубликовал 378-ми страничную книгу «Шекспир? Это писательский псевдоним Джона Флорио» («Shakespeare? It is John Florio's pen name»), имеющей такое оригинальное название в титуле, — «Shakespeare? Е il nome d'arte di John Florio». В которой довольно-таки убедительно доказывал, что оба (сам Уильям Шекспир и Джон Флорио) могли тяготеть, согласно шекспировским симпатиям к итальянской обстановке (в пьесах), а также его хорошее знание Италии, которое превосходило то, что можно было сказать об исторически принятом сыне ремесленника-перчаточника Уильяме Шекспире из Стратфорда на Эйвоне. Впрочем, никто не упомянул об хорошем знании Италии Эдуардом де Вер, 17-м графом Оксфордом, когда он по поручению королевы отправился на 11-ть месяцев в Европу, большую часть времени путешествуя по Италии! Помимо этого, хорошо была известна многолетняя дружба связавшего Эдуарда де Вера с Джоном Флорио, котором оказывал ему посильную помощь в написании исторических пьес, как консультант.  

Автор Неизвестeн

Критика / Литературоведение / Поэзия / Зарубежная классика / Зарубежная поэзия