Читаем Все имеет свою цену, или принц для Гарри (СИ) полностью

- Не отвлекай меня ... Неуч ... Ты кроме квиддича ничего не знаешь! – подражая голосу Элиана, ворчал Гарри. – Не фамильяр, друг – помощник, а Снейп какой-то! То ему не так, это не эдак. Нет бы объяснить, рассказать. Я не тупой – пойму, так нет же, нужно возмущаться и шипеть.

Прибывая в таком безрадостном настроении, наш юный герой начал осматривать свой родовой замок. Нужно сказать, что об Элиане и обиде на него юноша забыл очень быстро. Даже под толстым слоем пыли галереи и комнаты выглядели величественно и богато. В коридорах на стенах висели огромные гобелены с изображениями битв разных эпох. Кое – где стояли статуи драконов и змей. Гарри прошел только по второму этажу и осмотрел несколько комнат, но это заняло много времени. Он уже давно забыл, что должен был только оценить состояние комнат для ремонта и вернуться в холл. Юноша рассматривал очередной гобелен, когда за его спиной вспыхнуло голубое пламя.

- И что ты тут застрял? Я же просил тебя вернуться через час в холл, – Элиан возмущенно хлопал крыльями, сидя на старинной змеиной статуе.

- Элиан!? Я тут гобелены рассматривал и увлёкся. Они будто живые. Великолепные работы! Если их почистить, то они, наверное, станут ещё лучше, восхищенно отозвался парень.

- Да, да, да. Я понял. Ты слонялся по дому бесцельно целый час и наверняка про ремонт забыл, – со вздохом резюмировал фамильяр.

- Ой, действительно забыл. Но я могу сейчас пройтись и осмотреться, – Гарри оторвался от созерцания гобелена и повернулся к Элиану.

- Уже не надо, потом лучше у эльфов спросишь, уж они-то точно смогут сказать, что и где нужно починить. А сейчас позови Криппи, неплохо было бы позавтракать.

- Хорошо. Криппи! – позвал юный лорд.

- Господин звал Криппи? – домовик поклонился юноше.

- Да, скажи, ты пробудил домовиков? – Гарри вспомнил, что старый эльф пошел будить остальных.

- Да, хозяин. Замок и все домовики уже проснулись. Так же ваша спальня уже готова, она на третьем этаже, – сказал Криппи, скрипучим старческим голосом.

- О, это замечательно! – отозвался Гарри.

- Завтрак, скажи про завтрак, я так голоден, что могу съесть гиппогрифа, если бы они были съедобны, – скулил дрозд.

- Криппи, а ты не мог бы приготовить нам завтрак? А то мы с Элианом ничего не ели с самого утра.

- Как пожелает хозяин. Когда хозяин желает позавтракать? И согласится ли хозяин позавтракать на кухне: столовую ещё не успели привести в надлежащий вид.

- Элиан, ты потерпишь полчаса? – мысленно обратился Гарри к дрозду. – А то они не смогут прямо сейчас что-то приготовить. Ведь у них, наверное, и продуктов нет.

- Хорошо, полчаса я потерплю, но не больше! – сварливо ответил фамильяр.

- Кухня нас вполне устроит, а завтрак подай через полчаса. Только тебе придется показать нам туда дорогу.

- Будет исполнено, хозяин, – ответил домовик и исчез.

- Если у нас до завтрака ещё полчаса, то давай пройдемся, а я расскажу, чем мы будем заниматься в замке, – Элиан перелетел на плечо юноши.

Они прошли по нескольким галереям, прежде чем дрозд заговорил.

- Сейчас, Гарри, мы за несколько дней попытаемся привести замок в порядок, хотя бы небольшую его часть. Я договорился с одним моим очень хорошим другом, он найдет для тебя учителей. Они прибудут дня через три, так что к этому времени нужно подготовить для них спальни. Все письменные предметы тебе будут преподавать в кабинете, а практические – в фехтовальном зале. Этот замок очень старый, так что я уверен, что тут есть такой зал. Сразу говорю, нагрузки будут очень большими, а учителя требовательными. Так что не ной, это потом поможет тебе достичь твоих целей.

- Ясно, – тяжело вздохнул Гарри.- Я и так думал, что тут не курорт будет, но я готов.

- Вот и прекрасно, тогда давай медленно двигаться в сторону кухни.

Ремонт и уборка замка заняла около трёх дней. Была испорчена временем кровля, кое-какие комнаты нужно было переделывать, где-то необходим был косметический ремонт. В общем, Элиан предложил позвать строительную бригаду гоблинов: они работали очень быстро, но и брали за работу довольно много. Но это того стоило. Итогом тяжелой работы был огромный, великолепный замок, который вновь блистал своей красотой. Гобелены были снова ярки, золото и бронза начищены до блеска, все сияло чистотой и новизной.

Во время ремонта Элиан посоветовал Гарри написать в магазин Мадам Малкин и попросить её выслать одежду по новому адресу. И теперь среди блистающей красоты замка наш юный лорд в дорогой одежде выглядел, как часть этого великолепия, а не как случайно оказавшийся на балу сапожник.

- Ну вот. Теперь ты больше похож на представителя древней фамилии, – довольно говорил Элиан, рассматривая спустившегося в новой одежде Гарри. – Но над стилем и прической ещё стоит поработать, но этим займемся позже. Все готово?

- Да, спальни подготовлены. Только знаешь, Элиан, я как-то неуютно чувствую себя в этой одежде, – на парне были черные брюки классического покроя и шелковая темно-зеленая рубашка, а поверх одета изумрудная мантия, расшитая серебряной нитью. А на правой руке красовался фамильный перстень.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Кино и история. 100 самых обсуждаемых исторических фильмов
Кино и история. 100 самых обсуждаемых исторических фильмов

Новая книга знаменитого историка кинематографа и кинокритика, кандидата искусствоведения, сотрудника издательского дома «Коммерсантъ», посвящена столь популярному у зрителей жанру как «историческое кино». Историки могут сколько угодно твердить, что история – не мелодрама, не нуар и не компьютерная забава, но режиссеров и сценаристов все равно так и тянет преподнести с киноэкрана горести Марии Стюарт или Екатерины Великой как мелодраму, покушение графа фон Штауффенберга на Гитлера или убийство Кирова – как нуар, события Смутного времени в России или объединения Италии – как роман «плаща и шпаги», а Курскую битву – как игру «в танчики». Эта книга – обстоятельный и высокопрофессиональный разбор 100 самых ярких, интересных и спорных исторических картин мирового кинематографа: от «Джонни Д.», «Операция «Валькирия» и «Операция «Арго» до «Утомленные солнцем-2: Цитадель», «Матильда» и «28 панфиловцев».

Михаил Сергеевич Трофименков

Кино / Прочее / Культура и искусство
После банкета
После банкета

Немолодая, роскошная, независимая и непосредственная Кадзу, хозяйка ресторана, куда ходят политики-консерваторы, влюбляется в стареющего бывшего дипломата Ногути, утонченного сторонника реформ, и становится его женой. Что может пойти не так? Если бывший дипломат возвращается в политику, вняв призывам не самой популярной партии, – примерно все. Неразборчивость в средствах против моральной чистоты, верность мужу против верности принципам – когда политическое оборачивается личным, семья превращается в поле битвы, жертвой рискует стать любовь, а угроза потери независимости может оказаться страшнее грядущего одиночества.Юкио Мисима (1925–1970) – звезда литературы XX века, самый читаемый в мире японский автор, обладатель блистательного таланта, прославившийся как своими работами широчайшего диапазона и разнообразия жанров (романы, пьесы, рассказы, эссе), так и ошеломительной биографией (одержимость бодибилдингом, крайне правые политические взгляды, харакири после неудачной попытки монархического переворота). В «После банкета» (1960) Мисима хотел показать, как развивается, преображается, искажается и подрывается любовь под действием политики, и в японских политических и светских кругах публикация вызвала большой скандал. Бывший министр иностранных дел Хатиро Арита, узнавший в Ногути себя, подал на Мисиму в суд за нарушение права на частную жизнь, и этот процесс – первое в Японии дело о писательской свободе слова – Мисима проиграл, что, по мнению некоторых критиков, убило на корню злободневную японскую сатиру как жанр.Впервые на русском!

Юкио Мисима

Проза / Прочее / Зарубежная классика